Что такое палево и как с ним бароцца? Это вапрос из серии «кто винават?», «што делать?» и «нахуя я эту бутылку вапще в песду сувала?». Палево, это вапще, если кто не знает, когда вы среди ночи, ужратый в песду, крадетесь по темному коридору в перенаселенной каммуналке, стараясь быть незамеченным, оглядываетесь по сторонам, стараетесь не шагать громко, штобы не кого не разбудить, доходите наконец-то до сартира, снимаете штоны и не садясь на стульчак даже, тихонечко так, легкой струйкой сцыте в сторонку и, почти не пыхтя и не кряхтя, высираете кокажку, потом ищо одну, после чего рукой шарите в поисках туалетной бумаги, которую хотите канешно беззвучно оторвать, но на привычном месте её нет. Рука натыкается на кусок тряпки. Тем лучше – тряпка вообще беззвучная! Вытираете жеппу и тут… о, ужас!.. тряпка тянется обратно и оказывается одеялом соседки, которая уже обнаружыла прадукты вашей жызнедеятельности у себя на жывате и громко орёт. Загораецца свет, в дверном прайоме – еще один сосед. Вакруг, не сартир нихуя, а саседская комната… Палево, хуле… Ащущения не из приятных.
Таг вот, дарагой падонаг, какие исчо виды палева ты испытал?
Некто проходил практику в Ростовской военной прокуратуре и, просматривая уголовные (и не очень) дела, наткнулся на объяснительную записку некоего каноника Платонова Е. П. Суть же самого дела заключается в том, что означенный каноник в момент крайнего душевного волнения послал военного комиссара Ворошиловского района города Ростова-на-Дону гражданина Рожкова туда, куда обычно военных комиссаров не посылают. Тот обиделся, подал заявление и т. д., и т. п. Впрочем, сам текст заявления каноника, который ниже приводится полностью, без изменений, сокращений и с сохранением всех фамилий, проиллюстрирует ситуацию гораздо ярче, нежели это смогу сделать я. Итак:
Римско-католическая церковь
Ростовское-на-Дону собрание Христиан "Слово Божие" г. Ростов-на-Дону, ул. Красноармейская, 126, тел. 676923, Исх. № 43 от 11.12.99 г.
Прокуратура Ворошиловского района г. Ростова-на-Дону, Монсеньору Украинцеву В. Б
- Заходите, заходите! Не стойте в дверях! - распахнул мужичонка дверь, услышав ковыряние в замке. - Ты что, дурак? Это же грабители! - зашипела жена, цепляясь за рукав. - Ну и что! Не люди что ли? На холоде и сквозняке стоять? - Убьют и ограбят! - взвизгнула женщина. Воры ошеломленно стояли в подъезде с отмычками. - Да кому мы нужны? У нас и брать-то нечего! Пусть зайдут, полюбуются, на холодильник наш "Юрюзань", телевизор "Горизонт"… - Убьют, ограбят и изнасилуют! - не сдавалась жена. Кажется даже предвкушая. - Гы-гы-гы, - залился в хохоте муж. - Тебя-то? Выдра очкастая! Твои сто кило сала? Мужики, у вас зеркало есть? - обратился он неожиданно к грабителям. В ответ он услышал тихое: - Нет… - А жаль! А то у нас единственное разбилось. От ужаса, наверное. - Ах так? Ну давай, заводи их. Заводи, если жить надоело, пусть все выносят! - завопила жена. - Ты мне всю жизнь испоганил, кобель! Алкаш! Что бы ты провалился, ублюдок. Денег не зарабатываешь, ничего не делаешь. Несчастье одно с тобой. Из лифта вышел почтальон и внимательно оглядел номера квартир: - Тринадцатая? - спросил он грабителей. Те кивнули. - Пупырышкин? - Я Пупырышкин. - сказал мужичонка. - Телеграмма. Распишитесь. - получив подпись, почтальон испарился, словно ниндзя. - С прискорбием сообщаем… - нервно сглотнув, принялся читать мужичонка, - Что ваша бабушка, проживавшая в Израиле, скончалась на 120-м году жизни. По поводу наследства, которое включает в себя виллу, два дома и десять миллионов евро, просим обратиться в адвокатскую контору "Братья Абрамовы", по адресу - проспект Геббельса 1.
В конце 70-х, к нам, в институт иностранных языков, постоянно приезжали на стажировку молодые люди из разных стран. Учить русский язык. Все они жили в нашей общаге в Петроверигском переулке – мрачноватом, сером здании в центре Москвы. Общага не отличалась от любой другой общаги в мире. И этим всё сказано. Иностранных студенток там спаивали и ебли, а иностранных студентов просто спаивали.
Мы, студенты старших курсов, оборзевшие от своей значимости (дембеля, бля!!!) частенько заваливались туда с вполне определенными целями и строили юных грызунов гранита науки по полной программе.
Сделаю отступление и скажу, что я в студенческие годы частенько промышлял написанием заказных рефератов по научному коммунизму (во, как!) для студентов-иностранцев. Такса была фиксированная – 2 бутылки шотландского виски и блок американских сигарет. Иностранцы легко покупали это в своих посольских магазинах или в валютной «Березке», куда доступ советским гражданам был запрещен.
1 сентября, я получил очередной гонорар за реферат, написанный по заказу одного студента-монгола по кличке Чингис-хан. Сука, вы видели когда-нибудь двухметрового монгола? Нет? А я с ним учился. Ещё с весны он мне оставался должен, и сегодня, принес должок.
Где будем пить? В общаге. Надо же отметить начало последнего курса. Втроем, я и два моих одногруппника, мы двинулись в нужном направлении.
Бабушка-вахтёрша была гречанкой. Уж не помню, каким хуем она оказалась в Москве, может, бежала от власти «чёрных полковников», может ещё почему, но женщина она была добрая и никогда не записывала нас в книгу гостей и не стучала коменданту о гулянках до утра.
Утро. Я просыпаюсь под звон будильника, спросонья нацепив недовольную физиономию. Слегка припухшую, с небольшими, но симпатичными мешками под глазами. Жена ещё спит, мирно посапывая под аккомпанемент трелей будильника. Целую её в щёчку и иду на кухню.
Ставлю чайник и натягиваю маску бодрости, промытую холодной водой из-под крана. Привычный кофе в постель приносится с маской заботы. Ненадолго на лице появляется маска любви, сменяющаяся маской удовлетворения.
Потом по очереди – спешащая, опаздывающая, извиняющаяся, деловая, отдыхающая, предобеденная, втягивающе-дымо-табачная, сплетничающая, втыкающе-интернетовская, телефоно-ожесточённо-переговорная, ожидающе-выходная.
Шесть часов – очередная маска, предвкушенческо-пивная, напялена и я несусь по проспекту на встречу к друзьям. Звонок жене и извиняющаяся маска.
Вечеринка в разгаре. Маска трезвости постепенно сменяется хмельной, полупьяной, пьяной и самой последней – вдрызг-пьяной. Они уживаются с пошло-шуточной, сально-анекдотной, заразительно-хохочущей, задумчиво-мечтательной и задушевно-общительной.
Дома маски уже еле держатся. Натянул жалостливо-просительную для объяснений с женой. Не удержалась. Пришлось натянуть раскаянно-умилительную.
Ночью стало дурно. Я прошёл в ванную и попытался водой промыть лицо. В голове образовалась какая-то пустота, расширяющаяся и выжигающая всё изнутри. Страдальческая маска еле держится на лице, готовая упасть в раковину. Я потянул её за край и стряхнул на пол. На её месте - маска брезгливого омерзения. Сорвал и её, запачкав брезгливостью следующую, удивлённо-ошарашенную. За ней следует гневная и злобная маски.
Милиционер, прогуливающийся возле метро, всем своим видом сразу вызывал уважение. Причем к одной его явственной черте – аппетиту, потому что при относительно небольшом росте был чрезвычайно упитан. Отчего казалось, что ножки у него короткие, и он перекатывается с места на место, а не ходит. Взгляд его был суров, и направлен в светлое будущее. Наверное, сам себе он напоминал шерифа с Дикого Запада. Не хватало только коня. Ну, или ковбоя еще одного. Видимо милиционер это сознавал и выискивал в толпе прохожих себе пару. Его взор остановился на парне в очках на минус шесть, со здоровенной собакой неизвестной породы. Предположительный "клиент" был неплохо одет, слегка сутуловат и немного рассеянно осматривался по сторонам. С такого точно можно было что-то поиметь. - Молодой человек! На минутку! Прапорщик Пыржин, ваши документы, – милиционер козырнул. Парень остановился и посмотрел на Пыржина с холодным удивлением энтомолога, нашедшего новый вид таракана домашнего. - Интересно, - сказал он. – Garbage. - Чего? – не понял Пыржин. Самое странное, что выражение морды собаки очень напоминало хозяйское. Она тоже была холодно удивлена и разглядывала объект сверху до низу. Даже решила понюхать. - Firewall, фу! – парень дернул поводок. – Do not touch this! Spam! Фу!
Собака оскалилась и тихонько зарычала на милиционера. Пыржин на всякий случай сделал шаг назад и тихонько повторил: - Ваши эти... документы! - Флуд. – резюмировал "клиент" и скривил губы. Пыржин вдруг подумал, что кто-то тут явно сошел с ума. Он ничего не понимал. Странная
Если американцкий блокбастир снимает кампания «Парамаунт Пикчерз», то фильм — гавно.
Если американцкий блокбастир снимает кампания «XX век Фокс», то фильм — гавно.
Если фильм — американцкий блокбастир, то фильм — гавно.
Если режыссер фильма Джэймс Кэмерон, то бюджэт картины больше пятиста миллионов долларов. Во время съемок для реальности спецэффектов пришлось взорвать статую свабоды, а патом заново ее пастроить. Главный герой пидесят четыре раза прыгает в фильме с небаскреба без парашюта. Главнова героя играет шварцнеггер, а актриса, испальняющая главную роль, после премьеры жэниццо на режысере.
yaplakal.com