Гы-гы, здравствуйте девочки. Я, Порфирий Михалыч, беспесды заслуженный мастер спорта, рад вас приветствовать на нашем факультативе по плаванию. Так как вы нихуя плавать не умеете, мы будем заниматься поиском скрытых резервов. Времени мало, Олимпийские игры на носу. Давайте быстренько перекличка, и в воду.
- Малькова. - Я! - Мохнаткина. - Я! - ХнёваЗынёваУпрёваГринёва … бла-бла-бла … Киселёва! - Тута! - Замечательно. Все в сборе, можно начинать.
- Быстренько, быстренько в воду.
- Итак, Киселева, что надо делать, чтобы быстро плавать? - Быстро махать руками и ногами, Порфирий Михайлович? - Правильно. Но китайские боевики мы смотреть не будем. Бывает так, что руками-ногами машешь, а соперник всё равно догоняет. Что тогда? - Скрытые резервы, ёптыть. - Верно, Мохнаткина. Вот мы их сейчас и поищем. Те, кто знаком с реактивным принципом уже должны догадаться где их искать. - В пизде. - Гы-гы, Мохнаткина, жжошь! Респект тебе.
- Внимательно втыкаем теорию. Каждая из вас имеет между ног нехуйственный биологический компрессор. Если расслабить, а потом резко сократить мышцы влагалища, выстреливает реактивная струя, и вы приобретаете необходимое ускорение. Это еще раз подчеркивает тот факт, что женщина произошла от кальмара.
- Но Порфирий Михалыч, когда мы разожмем мышцы, при всасывании воды ускорение будет с обратным знаком. Мы так и останемся на месте фильтруя воду бассейна? - Малькова, когда ты сократишь мышцы, ты будешь уже далеко. Ну а если серьезно, то во время такта впуска, назовём его так, гы-гы, как раз и надо махать руками и ногами. Таким образом, при выпуске струи руки и ноги могу
Ещё совсем молодым мальчишкой, он увидел её цветную фотографию в одном из глянцевых журналов и с того самого момента потерял покой. Красивая, одетая в зелено-голубое, излучающая безмерную радость и счастье. Эта фотография в скромной деревянной стояла у него на столике у кровати.
«Ты будешь моей. Когда-нибудь ты всё равно будешь моей…».
Он читал всё, что было в той или иной степени связано с ней, аккуратно вырезал фотографии и вклеивал их в специальный альбом. Засыпал и просыпался со словами любви на губах.
Друзья и родные посмеивались над ним. «Брось ты эту затею. Она для тебя недосягаема. Женись вон на соседской девушке, она родит тебе здоровых толстощеких малышей, и будете идеальной парой».
Он не обижался на них. В конце концов, они желают ему только добра.
Его любовь отнимала у него почти всё свободное время. Он и работу нашел в той области, где, как ему казалось, у них будет больше шансов встретиться. Но года шли, а их встреча так и оставалась мечтой.
Мир менялся на глазах, стремительно в прошлое уносились годы. Он стал совсем седым, почти шестидесятилетним мужчиной. Однако, его любовь не давала искрам гаснуть в голубых глазах. Её фотография всё так же стояла на столике у кровати, правда рамка была уже золотая и от «Картье»
Он сделал потрясающую карьеру, он был очень богат. Деньги он зарабатывал и зарабатывал, но старался тратить их с умом, словно чувствуя, что рано или поздно именно они позволят ему встретиться со своей любимой.
Она словно и не изменилась за эти сорок с лишним лет. Всё также её по
В чувство её привёл запах гари. Она сидела связанная на стуле. Шипы колючей проволоки впивались в её обнажённую плоть и любое движение причиняло неимоверное страдание. По телу стекали крупные капли пота вперемешку с кровью, обжигая словно кислотой. Пытка продолжалась целую вечность. Так ей казалось.
Рядом лежало нечто, что когда-то было её Любимым. Куча оббожённой плоти, разносящей удушиво-тошнотворный запах чего-то горелого, ещё дымилась. Маньяк постарался на славу – от тела осталось лишь жалкое подобие человека. Её стошнило.
Обезображенное лицо окаймляли редкие пряди светлых волос, а вырванные клоки валялись на полу, усыпанном белым песком. В ступни впивались осколки ракушек, разрезая нежную кожу, незнающей грубой обуви. Из когда-то красивого рта, аккуратно вылепленном неизвестным Творцом, стекала струйка вишнёво-алой крови, безобразными каплями впитываясь в песок.
Руки не двигались – они вывернуты под острым углом за спину и её мучитель старательно втыкал иглы под ногти. Сил кричать уже не было. Только тихий стон, похожий на «Мама» срывался с её кровавых губ. Боль. Нестерпимая боль уже не причиняла страдания. Она выжгла все чувства и мысли о Смерти. Смерти уже не было. Была только Боль.
Мучитель осторожно вытащил цыганскую иголку из-под ногтя большого пальца. Скальпель давно ждал своей очереди. Одно движение, и ладонь упала на пол, отсечённая точным движением маньяка. Через секунду вторая ладонь, отделённая от запястья легла на ладонь на песке. Девушка не произнесла ни звука. Она ещё была жива. И вся её жизнь уместилась в одном мгновении. Мгновении бесконечной пытки.
Лобзик. Тупой лобзик. Лобзик с тупым лезвием полотна. Он прочерти
yaplakal.com