Американцы в саунах лежат бесшумно, как вареники. Во всяком случае, в спорткомплексе нашего университета. Никаких там веников, колотить себя приходится руками и при этом каждый раз выслушивать идиотские вопросы типа "Are you Russian?"
И вот лежу я на днях в сауне, колочу себя нещадно, а потом в позиции пузом кверху поднимаю колени, чтобы достать и до них. И тут приключается удивительная штука - воздух застревает в глубокой впадине позвоночника чуть повыше задницы (там, где у девушек талия), и вырывается наружу с таким звуком, словно пернул гиппопотам, обожравшись гороха.
И какой все-таки вежливый народ американцы! Перни так у нас в сауне, все ринутся толпой к дверям с испуганным ржанием и воплями "Газы!". Сто градусов все-таки, воздух спертый - трагедия может приключиться от такой сокрушающей газовой атаки. А тут - шестеро мужиков сидят вокруг, и никто даже не пикнул. Реакцию на лицах я, разумеется, не оглядывал - уставился в потолок. Идиотизм положения полный - не могу же сказать: "нет-нет, это я не пукал, вам показалось!" Выйти немедленно гордость не позволяет - чего это ради? Но тут я представил, как они вежливо сидят, затаив дыхание, как узники в газовой камере, и с ужасом ждут неизбежного, и тут меня стал понемногу стал разбирать смех.
Но смеяться-то тоже нельзя! На что это похоже - сначала колотил себя с пушечными звуками, потом пернул с той же громкостью, а потом еще тупо ржать начну над собственным достижением во все горло? А что если они ПОСЛЕ ЭТОГО спросят меня: "Are you Russian?" От этой мысли мне стало совсем худо, и я ти
Крепко абидились луди на Херракла. Пиндюлями выгнали иво из сталицы. И сказали6 пака не савиршиш хуеву кучу подвигов – не возвращайся. И пашол Херракл па дароге, размазывайа па лицу сопле и слюне. В иво галаге как птица билась адна мысль: я вам всем пакажу, пидарасы. И пусть у миня незакомчиннайе ПТУшнайе абразаванийе, Хрецийа ещще не рас с гордастью вспомнит Херракла. Мама, забери миня дамой!!!! Долго он шол. Пришол к какому-то гораду, названийа каторава он низнал. Хули, пэтэушнег веть, гиаграфийу не изучал. А нада сказать, что в те тёмныйе вримина тырнета ещще небыло, т.к. вадившиися в то время в изобилии драконы пиздили правада и сдавали их на металлолом. Так вот, тырнета небыло, а народ требовал апченийа. Паэтаму в наиболийе прадвинутых гарадах саздавались специальныйе площади, которыйе назывались сцайты. Вот там-то народец местный апчался, писал на стенах и маставой всякуйу непатребщину и развлекался в силу сваих умственных спасопностей кто как мок. В этом безымянном гораде жыл капиталист Авгий. До таво сцуко багатый был, что имел свой сопственный сцайт. И был у Авгийа адин пунктик. Лашыдей он сильно любил. И, саатвецтвенно, размищал их на свайом сцайте (ну примерно как какшаки на ЯПе). За это иво сцайт называли канюшней. Народу там апчалось – хренава туча. Так как лашыдей больше там никто не пастил, то народец па большей части просто там срал. И небыло у Авгийа памошникоф, патаму насрато на сцайте было – не то што дышать тижыло – глаза резало. Этот Авгий, узнав пра наказанийе Херракла, нашол иво и папрасил иво канюшню пачистить. За что ещще и тугриков панаабисчал. Ну Херракл репу пачисал – делать нечиво, нада подвиги савиршать. Засунул ме
yaplakal.com