Она сидела, нервно покачивая ножкой,обтянутой облегающими черными джинсами с искусственными потертостями. Сейчас автобус был почти пуст – воскресение как-никак. Мужчина, лет сорока, нагруженный портфелем с чертежами и тубусом, мельком глянул на нее. Хороша! Лет 20, наверное, студентка, маленькая, вся такая стройная и ладная. Длинные, волнистые волосы, симпатичное лицо без косметики, от чего она казалась только красивее, учитывая всеобщую женскую страсть к краске на лице и на волосах. Мужчина тяжко вздохнул. Эх! Было ведь времечко, когда с такими вот девушками встречался, беззаботен был, ветренен немного. А сейчас? Преподаватель, лысею, жена (господи, как быстро она постарела!) двое детей. Пусть и деньги неплохие и квартира есть, но… Он опять мельком глянул на девицу и залюбовался румянцем на ее щеках и маленькой сумочкой со всякими глупенькими висюльками. Пора уже было выходить. Он поднялся и встал возле двери. - Так! – возмущенно заявила девушка. – И долго это продолжаться будет? - Что? – удивился мужчина. - Ну, знакомиться-то будем, или нет? – она посмотрела на него сердито и сжала розовые губки. – Я же видела, как ты на меня пялился. - Я не пялился, девушка. – автобус, как назло, застрял перед светофором. - Правда? А что это было? Ну, ведь же хочешь познакомиться? – она поднялась и испытательно посмотрела ему в глаза. А он взял, да и ляпнул правду:
- Вообще-то… Да! – в ее глазах появилось удовлетворение - Я Лика! – представилась она, и подошла ближе, бесцеремонно подхватила под руку. – А ты? - А я,
Маленький челнок затерялся в бескрайнем черном бассейне Вселенной. Иногда Лэри казалось, что корабль навсегда застыл в пространстве, и время просто-напросто перестало существовать. Но бортовой компьютер успокаивал его, регулярно сообщая координаты корабля относительно Центра и Изумрудной планеты. Лэри читал, слушал фырканье Уффа и играл с компьютером в шашки. Шахматы он не любил. Компьютеру же было все равно, в какую игру играть. Он все равно всегда выигрывал. В последний день светляк превратился в огненный клубочек. Оранжевые искры основы мерцали так же, как звезды за окнами иллюминатора. - Да, Уфф, я действительно боюсь… как будто бы впервой! Не знаю, откуда взялся страх... Уфф удивленно пофыркивал, но цвет не менял.
Господин Терр не обманул его. Она действительно была изумрудной. Такого сильного свечения Лэри не видел ни на одной планете. Корабль стремительно приближался к поверхности, и на густо-зеленом покрывале стали различимы беспорядочно разбросанные черные окружности. Двигатель выключился, и корабль приземлился среди живого шевелящегося океана. Океана растений. Вот это да!... - Капитан, на связи господин Терр. – возвестил компьютер. - С прибытием, Лэриус! – человек на мониторе улыбался. - Спасибо. - Надеюсь, что в самом ближайшем будущем владения Империи пополнятся берилловыми приисками. Копи Лэриуса Оксли! Как тебе такое название?... - Просто замечательно, но я предпочел бы получить эквивалент в кредитах. – ответил Лэри. - Когда состоится контрольное соединение? - Через сутки. – улыбка исчезла с лица господина Терра. - Тогда до связи. - До связи! Удачи тебе.- монитор погас.
А он дерзкий, этот Лэриус Оксли! Что ж, ничего другого он и не ожидал. Чувствуется настоящая школа… Но к черту субординацию! Главное, чтобы он выполнил работу. Берилловая сокровищница… Если все получится, то ему, Терру, гарантирована сказочная жизнь. Император не забывает благодарить своих слуг. Только бы Лэри не повторил ошибок своего учителя. ЭльДанго. Терр хорошо знал этого человека. Наделенный Силой. Легендарный геодесантник. На его счету десятки успешных экспедиций, появление крупных планет-колоний, тысячи рабов для Императора, десятки тысяч кредитов, положенных в карман Цетром. Уважение, слава, неограниченные полномочия. И… Измена. Он организовал заговор против Самого. Зная неминуемые последствия… И на что он рассчитывал? Всем известно, что восстание против Императора обречено на провал. Заговор был раскрыт, заговорщиков казнили… ЭльДанго удалось бежать. Ходили слухи, что он нашел приют на одной из Вольных планет. Конечно, он был объявлен в глобальный имперский розыск, но безрезультатно. Чего же ему все-таки не хватало? Как господин Терр не ломал голову, понять этого он не мог.
Лэри захватил необходимые приборы и вышел на поверхность. Вокруг того места, где приземлился корабль, образовалась поляна, усеянная обломками обожженных деревьев и рыжеватым пеплом. А вокруг – сплошная зеленая масса.
Радужно-зеленые лианы и грязно–зеленые изогнутые ветви. Малахитовый клубок листьев над головой и изумрудный ковер под ногами. У Лэри зарябило в глазах. Да это же Планета растений! Он слышал о планетах-доминантах, но наблюдать такое не приходилось.
Причудливые деревья стояли неприступной стеной, и Лэри изрядно поработал лазерным мачете, прежде чем ему удалось пробраться в гущу. Стволов видно не было – лишь однородное сплетение ветвей. Но что это были за ветви! Сплошь усеянные толстыми ассиметричными листьями всевозможных оттенков, они непрерывно шевелились, словно от прикосновения легкого ветерка. Но нет ни малейшего движения воздушных потоков. Странно… Лэри включил датчик. Тот замигал, и через несколько секунд на экране появились первые данные – обнаружена кварцевая жила. А за ней еще одна, и еще… Кристаллы – шестигранные призмы, предположительно изумруд и аквамарин. Лэри посмотрел на столбики цифр и обомлел. Интуиция не подвела господина Тера. Эта планета - новая сокровищница Императора. Но что это? Почему так резко потемнело? Лэри поднял глаза и увидел, как к нему со всех сторон тянутся слизкие ветви, напоминающие щупальца огромного спрута. Зеленая субстанция пришла в движение, неторопливо поедая пространство вокруг незваного гостя. Вскоре свет перестал пробиваться сквозь толщу листьев. Лишь шум бесформенных волн жуткого шевелящегося океана. Неба не стало. А Лэри оказался погребенным под массивом оживших растений. Скользкие лианы опутали тело, срывая с него защитный костюм. Лэри захрипел и… потерял сознание.
Боль. Чья она? Непонятно. Она нахлынула зеленой волной. Сначала резкая, нестерпимая. Постепенно утихает, и появляется другая. Тупая, монотонная. Но все равно непрерывная, всеобъемлющая. Пекущие пепельные раны на круглом зеленом теле. Теле планеты. Когда-то он испытывал нечто подобное. На Нью-Перу… Постепенно раны заживают, остаются лишь серые круглые шрамы. Она снова замирает в привычном сияющем сне. До следующего раза… Когда приземлится очередной охотник за изумрудами.
Миллионы существ, напоминающих людям растения. Живых разумных созданий. А в их тени – несметные сокровища, берилловые жилы. И боль – бесконечна, как человеческая алчность. На изумрудном теле будут появляться все новые раны. А скоро оно навсегда исчезнет под лучами огнедышащих орудий Имперского флота. Обуглившиеся трупики откроют дорогу к заветным минералам.
Пить… Страшно хочется пить. Во рту – слизкий комок. Лэри очнулся, когда солнце уже почти спряталось за зеленой линией горизонта. Знакомая пепельная поляна и корпус его корабля. А внутри – его почерневший друг. - Уфф, дружище, я жив! - Лэри прикоснулся к прохладному тельцу. Светляк радостно фыркнул, и привычные серебристые нити вплелись в теплеющую основу. - Дендроиды сохранили мне жизнь… - Я пришел, чтобы ограбить их. Оказалась, для этого нужно разрушить Дом, растерзать его жителей. - Но я не убийца, Уфф, я геодесантник. – Лэри остановился. - Я почувствовал их страх. И боль. - А боль - она одинаковая. Для всех…
- На связи господин Терр! - раздался голос компьютера. На этот раз человек на мониторе не улыбался. - Что случилось, Лэрриус? Ты не выходишь на связь уже третьи сутки! - Возникли непредвиденные затруднения, и мне пришлось задержаться на поверхности. - Неужели произошел контакт?... Нет, этого не может быть! Она не обитаема…мы не могли так обмануться. - Вы не ошиблись. Она действительно не обитаема. Проблема не в этом… - А в чем же? - К сожалению, на планете отсутствуют признаки хромосодержащих элементов… - Ты хочешь сказать, что...? - лицо господина Тера исказилось, очевидно, он потерял дар речи. - Мне очень жаль. Здесь нет изумрудов. Есть нефрит, в незначительном количестве. За это время я исследовал значительную часть поверхности, господин. Бериллом тут и не пахнет. - А откуда тогда такое сильное свечение? - Оно не имеет отношение к минералам. Очевидно, особенность биосферы… - Этого не может быть! – прошептал Терр.
Успешная экспедиция, блестящие перспективы карьерного роста. Возможно, кресло Главы Центра. Потом - личная аудиенция у Императора и, может даже персональный Знак… Все рухнуло… Но это невозможно!
- Подготовьте официальный рапорт о результатах исследования. – помощник Главы перешел на официальный тон. – Полагаю, экспедиция завершена? - Да. - Что ж, до встречи в Центре. – монитор погас.
- Приготовиться к отлету! – скомандовал Лэри. - Через час мы покидаем планету гостеприимных дендроидов. Компьютер послушно замигал, тестируя навигационную систему. А капитан смотрел на причудливые очертания существ, неторопливо шевелящихся за стеклом иллюминатора. Существ, сохранивших ему жизнь. - Обман наверняка раскроют. Вопрос только в том, когда. Но мы не могли поступить по другому…Ведь так, Уфф? Светляк незамедлительно фыркнул в ответ. И вдруг каюта озарилась ослепительным сиянием. Лэри увидел, как изумрудные нити вплетаются в серебристый клубочек.
Погода начинала портиться, едва мы вышли из института. Я начал гадать, пожалею ли о том, что не захватил зонтик. - Ну что, идёшь на самый страшный фильм года? - спросил Лёха. - Какой он там страшный, фуфло, я предчувствую. Я японского оригинала не видел, но могу согласиться, что он страшный, а американцы пугать не умеют. У них всё шаблонно: зло должно быть гниющее, разлагающееся, с червяками... Фу. Противно - да, но не страшно. - Тогда чего идёшь? - Нет, ну я же не хочу сказать, что он вообще не стоит того, чтобы его смотреть. Ну и всё-таки разрекламировали, посмотрю, а то все посмотрят, а я рыжий. Но просто эта предсказуемость, шаблонность раздражает. - Так-то оно и так... Не знаю, не видел сам ещё. А я тебе рассказывал прикол про двух девчонок, которые смотрели его дома? - Да нет, - ответил я. - Чёрт! Капля! - Где? - На нос упала, - я задрал голову вверх. Свинцовая пелена доверия не внушала. - Пойдём быстрее. - Короче, про девчонок. Мне Миха из параллельной группы рассказал, вроде его знакомый этот прикол отчудил. Они дома как-то смотрели по видику это кино, поздно уже, и он у них в гостях был, тоже смотрел. И понадобилось ему зачем-то ненадолго к себе домой заскочить, он в соседнем подъезде жил. Он сгонял домой и придумал хохму - сказал маме, чтобы она позвонила им по телефону и сказала в трубку "Семь дней". А там в фильме по сюжету тоже звонок такой раздаётся, вроде осталось жить столько или типа того. Она и сказала. Когда он вернулся, девчонки забились в угол дивана и рыдали... Уже начали отсчитывать, сколько минут прошло со звонка, сколько им осталось. Я фыркнул. - Ни фига себе... Ну, это только девчонок можно было
Десять утра. На стоянке несколько машин. В основном отечественные. Утренняя роса ещё не успела высохнуть и яркими солнцами поблёскивала на лобовом стекле. Пыль, покрывавшая «торпеду» отражалась на стекле. Тихо напевало радио…
- …Ой, милок, и не говори… Жизнь тяжёлая пошла - А что так??? - Да как что. Пришла сягодня в собес. Опять пенсию не дают, да ещё и вычесть хотят… - За что это??? - Да не спрашивай…,- помолчав, она добавила,- да деду моему, вычли, сказали не воевал, значь не положено… - Да уж, как будто у них самих родителей нет… - И не говори…,- Она вытерла платком глаза,- А ты тётю Любу помнишь со второго подъезда??? - Эта та, что меня в детстве всё Лютиком звала??? - Да, да… Она самая… - Ну… - Помнишь Ваньку её?? Сына её… - Ну помню… - Нет больше Ваньки… Убили яго… Водки палёной нажрался, ружьё достал, начал с балкона стрелять по людям… Участковый его и застрелил… Говорил: «Попугать хотел, успокоить»,- а вон оно как вышло. В ногу ему попал, вену зацепил, тот и умер от кровопотери… - Мда… - А друга своего, Витьку, помнишь??? - Да, помню… - Зарезали яго, в кабаке по пьяни… - А как тётя Маша теперь будет? - Да никак… Третью неделю сама не своя ходит… Боюся я за неё… - А дядя Миша как? Всё так же пьёт? - Не… Его жена закодировала… К дохтору возила… Он-то её ругал ругал, даже поколотил… Теперь спасибо говорит… На часах уже пол одиннадцатого. Капли на стекле высохли, оставив после себя белёсые разводы. Через опущенное стекло дул лёгкий ветерок… - А этот подонок знаешь чё сказал? - Что? - Сказал, что поможет пенсионерам… Повысит дотации… Задолже
Быть блондинкой тяжело. Особенно в розовом… Каждый раз ,когда идёшь по улице, какой-то придурок обязательно начнёт свистеть тебе вслед, ожидая твою реакцию : обернёшься, как истинная тупая блондинка или просто пройдёшь мимо. Если же последует второй вариант, вывод будет только один: мало того, что тупая, так ещё и глухая… Быть блондинкой тяжело. Особенно в компании. Любая тема будет обязательно сопровождаться новым анекдотом про блондинок. И рассказчик будет обязательно смотреть хитрыми, подлыми глазками на тебя, ожидая какой-либо защиты или шутки в ответ. И не важно,что ты уже давным давно знаешь все,абсолютно все анекдоты про блондинок. Важен сам процесс.
Быть блондинкой выгодно. Особенно в огромной очереди в магазине. Попадаются такие,которые пропускают вперёд,надеясь на твою благодарность в виде ужина или вечерней прогулки. Быть блондинкой выгодно. Особенно в неловких ситуациях. В крайнем случае можно всё свалить опять-таки на то,что ты блондинка…
Быть блондинкой – значит быть ею и свыкнуться с этой ролью. И привыкать к тому, что все люди по-разному относятся к тебе. Они не понимают только одной важной вещи. Настоящая блондинка – не та, которая с рождения имеет белокурый цвет волос, и даже не та, которая старательно красится каждый месяц в блонд. Настоящая блондинка – блондинка в душе. И она совсем не глупая…Она быть может только притворяется такой, заставляя окружающих думать, что они намного умнее её. А в самый подходящий момент она может очень хитро всё подставить под свою выгоду. И никто даже не догадается, ни у кого даже не возникнет задняя мысль, что это всё сделала да-да, та самая блондин
Лесник неторопливо шагал по вечернему лесу. Наверное, он единственный человек на многие-многие киллометры вокруг. Здесь уже давно никто не жил, а редкие рыбаки, приезжавшие по выходным, останавливались на другом конце леса, у озера. Постепенно деревья кончились, и он вышел к болоту. Как всегда, как делал уже не один десяток раз. Последнее время он стал появляться здесь почти каждый день. Вот она, огромная старая сосна, обмотанная цепью, вот трухлявый пень, а дальше, насколько хватает глаз – черная бездна, затянутая травой, маленькими кривыми деревцами и извечным туманом. Лесник скинул рюкзак и закурил. Огромная ржавая цепь привычно обожгла руки приятным холодом. У него была еще уйма времени.
………………………………………………………… Никто в Городе не знал, как на самом деле зовут Скрипача, да и не хотел знать. Одни говорили, что когда-то он подавал большие надежды, но задолжал денег не тем людям и ему сломали руку; другие – что он продал душу Дьяволу, получив взамен сомнительную перспективу вышибать слезу своей мастерской игрой и медленно спиваться в этом Богом забытом городе. Но все это были всего лишь слухи. На самом деле Скрипач просто каждый вечер выступал в прокуренном баре недалеко от центра Города, когда завсегдатаи уже устанут мучить музыкальный автомат, а до долгожданного стриптиза еще далеко. Он выходил на небольшую сцену и без всякого вступления начинал играть. Затем он садился за стойку бара и выпивал ровно столько, чтобы смочь уйти на собственных ногах. Иногда его угощали. Он был невысок, болезненно бледен и некрасив, и практически никогда ни с кем не разговаривал.
Однажды в баре появилась Она. Когда Скрипач выходил на сцену, Она
Вечер. Пиво. Кресло. Футбол. Сочетание четырех лучших слов для большинства сильной половины человечества. Не считая пигмеев, папуасов, эскимосов и иже с ними. У них свои приколы, нам их не понять. А если к этим четырем словам еще прибавить слово "суббота"-то получается магия. Магия прекрасного субботнего вечера. Такое бывает редко и ценишь каждую секунду. Каждый глоток пива, каждый пас на поле. Так вот, сидя дома в субботу в кресле, попивая пивко и глядя футбол я был самым счастливым человеком на планете. А может и во вселенной. Но был я им недолго. В середине первого тайма, когда наши все-таки начали попадать по мячу, и даже пару раз ударили по воротам противника с середины поля, в комнату вошла моя подруга. Со скалкой в руке. "Ё маё, чего-то не так." подумал я, лихорадочно вспоминая свои проколы. "Вроде все нормально, зарплату принес (почти всю), не напивался уже пять дней (что большая редкость), в постели вроде че-то смог... Да на меня молиться нужно! Пять раз в день! Нимб над головой светится! Крылья со спины режутся! Да и вообще сёдня суббота и футбол! Имею законное право отдохнуть!" Все эти мысли проскочили в моей голове за пару секунд. За пару мерных покачиваний скалки в руке моей благоверной. Голова почему-то инстинктивно вжалась в плечи, руки приготовились поставить блок. "Любимый" промурлыкало белокурое создание "мне надоело сидеть дома" "Начинаааается" подумал я. "Я хочу развеятся" продолжала она,"надоело стоять у плиты, надоело слушать твое чавканье, надоело пялиться в твой спортивный канал. Все подр
"Фотограф Анна Геддес просто покорила всех своим творчеством. Она уже более пятнадцати лет фотографирует детей. Ее "детские" фотографии, наполненные огромной любовью и нежностью, умиляют, удивляют и завораживают."
Произошла эта беспесды готичная и одновременно абасачная история в начале девяностых. Мне тогда было лет, эдак, тринадцать. Как раз в ту пору на экранах телевизоров массового стали мелькать ёбла супергероев. Чакнорисы, джекичаны, вандаммы, рэмбы и прочие любители красиво для начала получить, а потом и обязательно раздать некислых пиздюлей врагам и прочим недоброжелателям. Но особняком в этом ряду стоял простой пендосский парень, Майкл Дудикоф, он же, блять, знаменитый пламенный американский ниндзя. Некоторым нашим гражданам этот ниндзя засел и занял круговую оборону в башне так крепко, что хуй выковыряешь, наверное, и по сей день.
Параллельно поучительно-познавательным кинофильмам про приемные пункты пиздюлей, в продуктовых магазинах появился алкогольный напиток «Кириллыч». При разовом его употреблении в голове такие гонки вооружений начинались, штопесдец. А если хуярить этот чудесный эликсир постоянно, то башню посещали такие тараканы, что база данных историй болезней любого желтого дома покажется подростковой энциклопедией. Помимо того, что нектар Богов «Кириллыч» имел свойство жестоко и подчас неадекватно выхлестывать, он обладал еще одним неоспоримым преимуществом – стоил крайне дешево.
Мой сосед в то славное время, ассенизатор по профессии, клоун по призванию, пожилой, коренастый мужичок дядя Миша, быстро нашел с новым корешем «Кириллычем» общий язык, точнее сказать, общую, дяди Мишину глотку. Завтракал с ним, обедал, ужинал, а иногда и вовсе даже полдничал, сцуко, гурман вобщем еще тот оказался. Поскольку, вкусив этой бормотухи в одно свое жало, дядя Миша частенько выходил на улицу в неадекватном состоянии, в поисках, та
yaplakal.com