- Хэллоу! – из наушника вдруг раздался раскатистый бас. Лэри вздрогнул. - Это мистер Оксли? - судя по интонации - голос большого начальника. - Да, это я. – Лэриус нехотя открыл глаза и потянулся. – И обычно я сплю по ночам. - Мне сообщили, что вы ищите работу…- голос сделал паузу - По специальности. - …Вас не обманули. А с кем имею честь? - Простите, не представился - Терр, помощник главы Центра санкционированных Контактов.
Сонливость Лэри как рукой сняло. Вот уже восьмой месяц он сидел без работы. Кредиты, перечисленные на его счет за прошлую экспедицию, были давно потрачены, а предложений все не поступало. Он даже подумывал о том, чтобы уйти в стандартный фрахт навигатором на каком-нибудь небольшом судне. А тут…звонок из Центра! Такой шанс выпадает очень редко. - Мне говорили о вас, как о квалифицированном специалисте… - Богатый послужной список. Нью-Перу, Омега из созвездия Кентавра, и это далеко не все… – глава Центра сейчас очевидно держал в руках его досье. – Я слышал о произошедшем инциденте. Восстановили ли вы здоровье? - Да. – Лэри не стал вдаваться в подробности своего лечения. Они вряд ли заинтересуют человека из Центра. Главное – чтобы не возникло проблем при прохождении обязательного медосмотра перед экспедицией. - Тогда возможно, у нас есть для вас работа. Если вас заинтересует это предложение... - Уже заинтересовало! Лэри никогда напрямую не работал с Центром, хотя заказчиком в большинстве случаев был именно он. Всегда через посредников, которые не упускали возможности заработать на геодесантниках. Когда-то он внес в базу Центра свое резюме, но ответа не получил. А теперь вдруг о нем вспомнили. Что ж, и это как нельзя кстати. - Тогда я жду вас завтра, а вернее уже сегодня утром в Центре для того, чтобы обсудить детали. И простите за поздний звонок.
Заснуть Лэри удалось не сразу. Всю ночь ему грезилась неведомая планета и возможный контакт. Интересно, какая она? Хорошо, если бы она оказалась прохладной. Он вспомнил экспедицию на Нью-Перу и содрогнулся.
Крошечный пылающий диск в фиолетовом небе. Обманчиво холодный белый свет равнодушно льется на потрескавшуюся землю. За стеклами иллюминаторов мертвые стены каньона. И почти никакой растительности. А дальше полукругом растянулись Горы. Полупрозрачные, пропускающие сквозь себя поток измененных лучей.
Лэри окрестил их Арагонитовыми, уж больно они походили на этот бледно-зеленый минерал. Он здорово разбирался в минералогии – ведь это и был его настоящий функционал. Но на этот раз ошибся. И это едва не стоило ему жизни. Холодные лучи, прошедшие сквозь зеленоватую толщу, мигом прожгли стандартную термозащиту костюма. Он не помнил, как дополз до корабля… Потом – бесконечная неделя в больничном отсеке. Белый прямоугольник, где Лэри, опекаемый заботливыми силлоидными руками бортового био-доктора, боролся за жизнь.. Верхняя часть спины и грудь превратились в один огромный сплошной волдырь. Ему казалось, что лучи проходят сквозь стены и прожигают кожу насквозь. Сердце куда-то исчезло, а на его месте появился шипящий огненный клубок. Во рту – свинцовая тяжесть уранового тумана и жар Сахары. Все эти дни он ждал ее. А один раз не выдержал и позвал. Шепотом, чтобы не напугать. И она пришла. С сосудом прозрачной воды, прохладной и исцеляющей. Она молчала, а он смотрел в темно-синие озера - глаза, и чувствовал, как гаснет огонь. - Анна, милая…ничего. Я – не умру. Главное, что ты пришла…Значит, все не напрасно. Только это был не Арагонит. Да и как я мог спутать! Ведь сингония у кристаллов не ромбическая… - Пациент бредит. – констатировал био–доктор. Он явно не был специалистом в области минералогии Чужих планет. - Температура тела на 4,1 градуса выше нормы. Необходимо ввести в организм жаропонижающее.– отметил он, и направился в манипуляционную, увозя полупустой кувшин. Лэри выжил, но продолжать исследования на планете не смог.. Естественно, кредитов от заказчика он не получил, поскольку работа выполнена не была. В страховой компании дежурный компьютер выдал ему установленный минимум. Страховой случай 417/н: «Непредвиденное воздействие биосистемы исследуемой планеты на организм геодесантника». Можно было обжаловать действия заказчика в Местный Имперский Суд, но Лэри иллюзий на этот счет не питал. Ничего, перебьется как-то до следующего заказа. Главное – он жив. И дома его ждет она… Ради нее он уволился из Научного бюро. Всего лишь минеролог. Слишком мало денег, и никакой перспективы, говорила она. А ей так хочется жить на хорошей планете, с теплым океаном и ярким синтетическим солнцем. Она не желает всю жизнь провести на этом дурацком спутнике, в многоэтажном доме для неудачников. А он, со своим талантом, способен на большее! И Лэри решился.
Ифффф! Фяяяя! Еффф! - Светляк надрывался во всю. Лэри мягко прикоснулся к мерцающему тельцу, и в комнате воцарилась тишина. - Привет, Уфф! Как ты, дружище? Светляк незамедлительно зафыркал что-то в ответ, и в серебристые спирали его основы вплелась розовая ниточка. Вслед за ней появилось несколько красноватых разводов.
Лэри привез Уффа со своей первой планеты. Тамошние аборигены, гигантские слизняки, оказались вполне дружелюбными ребятами, и предложили ему меняться. В тот день он ощутил себя Колумбом на вновь открытой земле. Результатом переговоров, во время которых перед глазами Лэри то и дело мелькали длинные щупальца, стало следующее. Слизняки заполучили в собственность полугодовые запасы соуса Карри из пищевого отсека корабля. Он не без удивления наблюдал за тем, как его любимый соус исчезает под слизкой кожей, и тела аборигенов приобретают густой желтый оттенок. Лэри же обзавелся новым питомцем – округлой светящейся массой, состоящей из множества серебристых нитей и постоянно издающей фыркающие звуки. Из сбивчивых объяснений местных жителей он понял, что светляки у них - что-то наподобие кошек или собак у людей. Только питаются они не вискасом, а солнечным светом, и теплом хозяина. Он окрестил светляка Уффом, благо тот не возражал. На ощупь новый друг был мягкий и теплый. И каждый раз, ощущая прикосновение руки хозяина, он переставал фыркать и в светлую основу его тела вплетались разноцветные нити. Лэри обнаружил интересную закономерность - цвет нитей напрямую зависел от мыслей хозяина и его настроения. Он наблюдал, как ленты его ощущений вплетаются в спиралевидную основу тельца, и вскоре выяснил, каким цветом Уфф реагирует на ту или иную эмоцию.
Сейчас светляк мерцал розово-красными цветами. Лэри и без Уффа прекрасно знал, что волнуется, однако транквилизатор принимать не стал. Ему не хотелось снимать это будоражащее состояние. Апатия и безучастность слишком долго были его единственными друзьями. Последний раз Уфф полыхал красными искрами в тот раз …
Входная дверь мягко распахнулась, и глаза окунулись в привычный полумрак. Он - Дома.
Раньше Лэри никогда не называл так свою комнатушку. Потому что Дом, это что-то большое, уютное и, обязательно, теплое. Там, дома, кто-то ждет тебя и помнит о том, что ты есть. То, чего у него никогда не было. До Ее появления. - Как здесь мрачно! И эти серые жалюзи…Неужели тебе нравится возвращаться сюда? - сказала она, едва перешагнув порог его берлоги. – А пыли сколько! Лэри, как тебе не стыдно!... Вскоре Она переехала к нему. Серые жалюзи исчезли с окон, и комната наполнилась ярким светом. На полу появился шиншилловый ковер. Искусственный мех впитывал пыль, после чего перемещал ее в специальный отсек. Старенький кондиционер был незамедлительно снабжен ее любимыми дынными фильтрами, а холодильник, заполненный продуктами, перестал быть декорацией в кухонной трагедии. Теперь, возвращаясь вечером с работы, Лэри часто думал о том, как здорово, оказывается, идти Домой.
В тот раз Дома не стало. Комнатушка, ковер и запах дыни - все было на месте. А Она ушла. В компьютере Лэри ожидал прикрепленный файл: « Уезжаю. Не могу больше ждать, да и не хочу. Прости, если сможешь. Анна» Дом рухнул прямо у него на глазах. Лэри смотрел на обломки, и чувствовал, как умирает часть его души. Позднее он узнал, что Анна улетела с каким-то имперским служакой. Из тех, что имеют Ранги. Улетела туда, где всегда тепло, а океан искрится под лучами синтетического солнца. К своим мечтам. С тех пор основа Уффа застыла в сером сне. Лэри не спешил просыпаться.
Центр санкционированных контактов находился в нежилом секторе. Такси остановилось у входа, и Лэри впервые увидел здание вблизи. Массивная пирамидальная конструкция занимала целый квартал. На входе его проверил компьютер, после чего пропустил, объяснив предварительно, как найти господина Терра, чем весьма облегчил ему задачу. Лабиринт круглых коридоров привел его в главный корпус, где и находился кабинет помощника главы Центра.
- Планета – одна из самых крупных в системе Большой Кошки. Признаки цивилизации отсутствуют. Зато в наличии явные признаки хромосодержащих элементов, предположительно минерала берилла. Притом в потрясающем количестве! – помощник главы почему-то перешел на доверительный шепот. – От ее поверхности исходит сильное зеленое сияние. - Изумруды. – подытожил Лэри. Он не был удивлен тем, что Центр санкционированных контактов так интересуется этой планетой. Планетой без признаков живых существ, с которыми эти самые контакты требовалось устанавливать. Он знал методы работы центра. Схема была проста. Выбирались планеты с низким уровнем развития цивилизации, но богатым потенциалом ресурсов, после чего устанавливался контакт. Фактически же, разграбление планеты-жертвы. Центр обладал монополией на установление подобного рода контактов в интересах Империи. А те, кто этого не понимал, переставали существовать. В функционал геодесантника входил первичный осмотр планеты на предмет полезности Империи. Все, что следовало за этим, его не касалось.
- …Я согласен. - Вот и замечательно! - Господин Терр пожал Лэри руку. – Тогда будем считать наше соглашение подписанным.
Андрей возвращался с вечеринки. Нельзя сказать, что она удалась - обычная вечеринка, одна из сотен. Но они помогали скрасить вакуум одиночества, которым последнее время была заполнена его жизнь. Родители давно умерли, с подружками катострофически невезло. Последняя сбежала от него пару месяцев назад.
Во дворе как всегда не горели фонари. Андрей был почти у подъезда, как вдруг из темноты чей-то голос произнёс: - Не будет ли любезен милостивый государь оказать мне небольшую услугу? - Чего?! - опешил Андрей, - Как ты сказал? Он напряженно всматривался в темноту. Оттуда шагнул навстречу Андрею обладатель голоса. - Не соблаговолите ли вы, сударь, оказать услугу чужестранцу? - еще раз произнёс незнакомец. - Ты как-то странно разговариваешь, - Андрей подозрительно осмотрел незнакомца. Тот был ниже ростом почти на голову, узкие плечи и большой живот делали фигуру несуразной. - Я изучал ваш великолепный язык по самым достойнейшим образчикам вашей литературы, - с гордостью произнёс незнакомец. - Так ты что, иностранец? - немного расслабился Андрей. - Ваша проницательность обескураживает. Действительно, я прибыл издалека. - А откуда? - Двадцать седьмая планета системы Альфа-Центавра. Это немного правее Галлактики Цезаря. - Бля, придурок! - Андрей вскипел. Слишком много развелось в последнее время психов, пристававших к людям на улице. - А может тебе в репу дать? Чтоб ты в свою долбаную систему улетел? - Извините, мне не совсем ясен смысл ваших слов. Но улететь я не могу, так как мой летательный аппарат потерпел крушение недалеко от вашего населённого пункта. - незнакомец переминался с ноги на ногу. - Собственно потому я и обратился
Вспомнился пеанерский лагирь... Падьём пат звук горна записаннава на коссету... Зорятка, паходы ф дащатый туалет с дыркаме ф станах (ат выкалупанных мальчишкаме ф приступе либидо сучкоф), вичернийе кинасиансы и дескатеки, первый пацылуй и первыйе чужийе руки на ниопытнай попе... Таржествиная ленейка и чиканный шаг, и мой звонкей и патриатичный да полнава ахуйа голас: - Таварисчь начальнег лагиря имини Владимера Ильеча Ленина, дакладывайит придсидатиль савета дружыны - атряды пастроины!
Нихуйовайе децтво пля... А чо фспомнела? Приижжайу щас дамой ис камандеровфке. а мушш валяиццо пацталом, ржот и пириадичиски тычит ф майу сторану какуйута зожатуйу ф руке тряпачку нипанятной паленяфшей рассветке. Выхватила странный дивайс униво ис рук и упала рядам - МАЯ СА ШКОЛЫ САХРАНИФШАЙАСЯ ПИЛОТКА!!!
ПыСы: прегразил што типерь секс ф пилотке станет добрай симейнай традицыей... Сижу типерь, думайу а Фрейде...
Только ты умеешь так, только ты... Прощаешь. За все. Разорванный зонт, изогнуты спицы, струи холодного дождя бьют безжалостно, наотмашь. Лицо мокрое, в потеках туши. Но ты не видишь этого. Ты прощаешь эту некрасоту. Земля превратилась в океан. Красная обувь давным-давно утонула в этом океане. Грязь. Но ты прощаешь эту некрасоту. Ветер устал, он притих и набирается сил, он ждет из-за угла жертву, что бы ворваться в длинные волосы, растрепать их, запутать и... есть, ветер резвиться! И эту некрасоту ты тоже прощаешь. Она стояла и плакала. Смотрела в сизое небо и плакала. Сожалела, надеялась, не верила и смотрела, смотрела, смотрела в сизое небо. Это было некрасиво, но ты простила. Он быстро шел. Шел согнувшись - согнул холод. Руки в карманах, воротник куртки поднят. Спешил, и это так же было некрасиво, но ты простила. Ночь. Барабанная дробь. Капли барабанят об железный подоконник. Не спят, не могут, слишком громко и страшно. Прощаешь. Что это? Деревце пополам. Тонкое, невысокое, лет пяти отроду и пополам. Нехорошо, ветер! Не хорошо! Хотя, что ему… она же прощает! Прощает.
Курю. Идет дождь. В доме холодно, серо, неуютно. Хочется спать и курить не хочется. Меряю шагами трехметровую комнату, заплакать что ли? Нет, не хочется. Легла. Буду спать. Хоть и не хочется. Не спиться. Встала. Вставать тоже..., вобщем, ничего не хочется. Пахнет кофе. Из соседского окна пахнет. Теплом. Там семья, молодая. И детей у них нет. Ссорятся редко, а когда мирятся – пахнет кофе. Я тоже хочу, что б из моего окна кофе пахло. Только не с кем мирится, и дома-то нет… Вот. Кашляю. Не хочу лечиться, болет
Приключения Шерлок Холмса и доктора Ватсона. Часть 3. променад продолжается.
Итак, наши соучасниги, немного пришли в себя и продолжили свою прогулку по ночному Лондону. -Куда?- вновь поинтересовался Холмс у Ватсона………………….. -Пох!- всё так же уверенно ответил дохтур…………………………… Ну пох так пох, подумал великий сыщик и двинулся в сторону центра Лондона. Не успели наши бразе пройти и ста метров, как их глазам (хотя хуй знает, что там от глаз осталось) открылось не ибаться какое красивое зрелище. А именно перед глазами двух уёбков возникла вывеска «Дом Пилотак»…(ну это как Дом Славы Зайцева)….тока в нём пилотки ни хуя не шили. -Опачки!- тут же среагировал Холмс…………… -Чкиопа!- вторил ему дохтур…………………….. В голове соучаснегов понеслись картины, одна жёсче другой: У Холмса-« я ебу пилотку в голову, я ебу пилотку в пилотку, я ебу пилотку в пилотку и ещё в пилотку»……в слух же он бормотал….. -Как я люблю ебаться, я люблю ебаться, ебался бы и ебался, весь бы в пилотку залез одни бы губы оставил……… Тут встрял Ватсон с вопросом…………………….. - Бразе, а губы нахуя оставлять?- на что Холмс не отрываясь от мыслей сообщил….. -Я ещё курить люблю!!! Теперь втыкатель заглянем в голову дохтура………. -« я лижу у пилотки, я лижу у пилотки и сосу у Холмса, я лижу у пилотки, а Холмс ебёт меня, я лижу всё подряд (извращенец бля)»……к счастью в слух он ни чего не пиздел, а то наверняка словил бы в ебало от сыщика. Решив, что не хуй тянут, наши герои уверенно вошли в помещение. Внутри было мило и грязно, не яркий свет создавал жутко интимную обстановку. Их встретило, именно встретилО….толи женщино, толи
Степь. В далеке был виден лес с разлапестыми йолкаме. Три багатыря ехале мутна паглядывая в даль. Над ними стаял духан. Красива падале жавронки и другие насекомыи, каторыи па не астарожнасти пападали в зону перигара. Илья ачнуфшысь ат грез аб Афросиньке преложыл ладонь ка лбу, шобы хоть как та ахладить гарячий лоп жылезнай пирчаткай, но абжохся и сивушныи пузэри больна начели вылитать из галавы!
- Шо за хуй па полю скачет? – падая с каня праарал Альошка - Нада дать иму пизды! – ласкава сказал Илья
Добрыня ничиво не сказал. Он дымил травой и был в расшыреном сознании, которое не предполагало созерцание внешнего мира.
Вдалеке внатуре хуярил галопом какойта далпайоп. - Эта не пичинег – сказал умный Дабрыня и снова ушол в сибя - Да пичинеги в такую жару в юртах чай пьют. Скарее всиво эта Дартаньян СА сваиме падвескаме. Тока этат йобнутый хранцуз можыт таг скакать в жару.- сказал Илья и не слезая с каня паднял с земли каминюку. Каминюка посланная с матерком добрым Ильей со страшным свистам, оставляя инверсионный след панислась к Дартаньяну…….
Кажущееся легкое головокружение, сумбур в мыслях и чувствах, непонимание себя как существа, даже злость… Все это сейчас. Осталось. Началось все пять лет назад. Обыкновенная, несмышленая девчонка, которая казалась простой и наивной. Я уже тогда начал слыть перспективным бабником. Правда, в то время соблазнение девушки заканчивалось обыкновенными поцелуями, возраст еще не тот был… Влюбил в себя. Очередная игрушка, с которой можно было позабавиться, посмеяться и… просто бросить, забыть о ней. Так получилось, вместе мы били в одной компании всего лишь пару недель. За это время – море чувств, эмоций всего прочего. После мы разъехались, я проводил ее на вокзале и тут же выкинул из головы – впереди маячило столько красивых женских задниц… Она писала письма. Рассказывала, как плакала тогда всю дорогу в поезде, как засыпая, думала обо мне. Изредка отвечал, так, ради приличия… Прошел год. Мы снова встретились. Я - уже в объятиях с другой, она – с взглядом, полным гордости и презрения ко мне. Казалось, что плевать. Все-таки не первый раз вижу обиженные и презрительные глаза брошенной мною девушки. Но алгоритм поведения сбился. Своей новой пассии я все меньше и меньше уделял внимания. В конце концов просто подошел к той, которую кинул год назад. Гордые и полные презрения глаза показались мне милыми и родными. Когда они смотрели на меня, казалось, что я нашел то, что искал в этой жизни. Но – ничего не произошло… Я приходил к ней, и мы болтали. Просто так, ни о чем. Без намека на прежние отношения, без той теплоты и умиротворения от того, что мы вместе. Просто – как старые знакомые, не больше. Мне же, когда она была рядом, делалось тошно – что-то внутри сжималос
Севодня день касманавтеги и абойти это сабытие никак нельзя. Выкладываю вам свой старый текст (год назад я ево ужэ выкладывал в ЖЖ). Боян, канешно, но зато про Гагарена, што немаловажно.
ГАГАРИН
Когда Юрий Гагарин был в космосе, у него прорвало кран с горячей водой и затопило половину ракеты. Тогда Гагарин отгрыз себе левую ногу и заткнул ей отверстие, а всю воду выпил. Вот такой отважный космонавт был Юрий Гагарин.
В третьем классе маленький Юрка Гагарин сильно отпиздил ногами свою одноклассницу Лену за то, что она не дала ему цветные карандаши. К чему я это говорю? А к тому, что в детстве Гагарин был злым и жестоким подростком, а потом стал великим космонавтом - кумиром миллионов. Вот так профессия меняет людей.
Однажды Гагарин пришел в ночной клуб, но охранник на входе сказал, что вход на дискатеку только для космонавтов и не пустил его внутрь. Тогда находчивый советский космонавт попытался изобразить состояние невесомости и больно ударился еблом об асфальт. В клуб его все же потом пустили, а вот ебло болело еще две недели.
До сих пор не утихают споры - "почему в открытый космос первым вышел Алексей Леонов, а не Гагарин?". Через пятьдесят лет я, наконец-то, могу рассказать вам правду. После того как Гагарин и Леонов нажрались на борту космического пива из тюбиков, у них вышел конфликт по поводу - "Кто первый ебет Терешкову". Ну и прямолинейный Юрий Гагарин, не долго думая, выкинул Леонова в окно, чтобы не мешал.
Бухал как - то Гагарин с Элвисом Пресли ...
Генеральный конструктор космического корабля Сергей Королев перед полетом давал Гагарину последни
Кирпич висел, скучно же, а так ничо, повеселее. Правда сотрудничги милиции оторвали его через пару дней, но до этого китайские туристы рядом фоткались.
Сын просил сделать кормушку для птичек. Вспомнив свои пионерские навыки по кормушкостроению - сваял требуемое из пакета молока. Вырезав квадратную дырку в одной стороне пакета и насыпав туда сворованного у хомяка корма, я ловко повесил это на балконе. Кормушка болталась на ветру как знамя: несчастные птицы не могли даже подлететь к ней. Хмурые воробьи, не в силах спокойно пожрать из кормушки сидели на балконе и злобно срали на погибшие от неожиданной зимы, цветы. Сын попросил меня придумать что нибудь, а то мол, "птички хотят есть а не могут, а это жалко", и пожертвовал пластиковой коробкой от новогоднего подарка в виде ярко красной ракеты. Я ее взял. И повесил на балкон...
Дальше было здОрово. Пернатые засранцы кинулись в кормушку, как стая пьяных загонщиков на лося: с криками и песнями. Пару минут в ракете происходила мелкая административная возня: решали кто будет жрать, пока те кто сверху будут на него гадить. В илюминаторе появилась радостная морда воробья с набитым едой клювом и в этот момент подул ветер. Кормушка дернулась, веревка соскочила с гвоздя и красная ракета, полная воробьев полетела вниз. Клянусь - впервые видел недоумение на морде птицы! Со смутной надеждой, что воздушное судно зацепилось за что нибудь снизу, я рванул на балкон. Ракета миновала все спасительные крючки - и красной точкой ушла вниз. В районе четвертого этажа она зацепилась за ветку дерева, за другую, закружилась в ветках, пару раз перевернулась, и приземлилась на свежезасыпанный торфом газон, напугав сидящую на газоне ворону. Она медленно перевела взгляд с ракеты на небо, видимо думая про себя "фигасе!" Я застыл
Однажды мой товарищ Петя нашел на помойке полный чемодан денег и позвонил мне. - Александр – сказал Петя и жарко подышал в телефонную трубку, – веришь ли, я нашел на помойке целый чемодан рублей. - Врешь ты все, Петр – спокойно ответил я. – Никогда в жизни не поверю, что на помойке можно найти деньги, а тем более чемодан.
Через десять минут я был у Петра.
В квартире его царил бардак. Посреди комнаты стоял раскрытый чемодан, полный тысячерублевых купюр. Хозяин квартиры рассеяно бросал тысячные бумажки в воздух и внимательно смотрел, куда они упадут. Бумажки падали кто куда. Какие падали на кровать, а какие, нарисовав в воздухе сложную геометрическую фигуру, ложились на кресло, в котором возлегла собака Петра. Собаке Петра было наплевать – она спала.
- Прежде всего – сказал я, погладив собаку Петра по шерстке – скажи мне, Петр, ради всего святого, с каких это пор ты стал шляться по помойкам?
Петр сделал из тысячной купюры трубочку и, подудев в нее печально ответил. - Какая, Саша, теперь разница - печально ответил Петр. – Все это теперь не имеет никакого значения.
Петр взял другую тысячную купюру и медленно разорвал ее поперек. - Ну, хорошо – согласился я – тогда второй вопрос. Зачем ты берешь и рвешь тысячные купюры поперек? - Саша – очень печально ответил Петр. – Это совершенно не тот вопрос, который мучает и беспокоит меня. Вопрос, который беспокоит меня, звучит так: как теперь жить? Что теперь делать? Ты ведь знаешь, что в моей жизни была единственная цель – найти огромный чемодан денег. Ради нее я существовал, жил, работал и сходился с женщинами. И вот она сбылась. Посреди моей комнаты стоит поражающий своими размер
За окном шел дождь и ебали дворничку…Настроение прахвессара-аргазмолога было приподнятым за счет косяка с волшепной трафой утром и дополнительных занятий со студендкой СталВегой накануне. Маршрутка, в которой ехал Йобминтон в Уневирсетед, была на редкость непроперженной, что стимулировало прахвессара слегонца нопердеть с бодрым «Первыйнах!». Аудитория была затемненной. Студенды прикалывались, запуская зайчки светящимися йухами и пелотками. - Прев-е-е-е-ед!, - заорал добрый Йобминтон, выскакивая из-за двери. - Дарова, прахвессар!, - ответили студенд, мигом пряча хуи в корманы, - что вы расскажыте нам сегодня? - Сегодня у нас очень сложная тема. Раскрываем тему йобли с таким загадочным явлением нашей жызни, как петеушнеги. По аудитории пролетел шелест: - Прахвессар, но они жэж аболютно ниебкие, - высказалась самая смелая студендка Милли, - они жэж только дрочить умеют! И то. Только себе… - А вот тебе хуй, милочка!, - сказал Йобминтон. – Петеушнега в студию! В аудиторию ввели петеушнега. - Итаг, давайте изучим его структуру. По какому признаку мы можем с вами определить, что находящийся рядом с вами – петеушнег? - По прыщам на ибале! - Правильно, студендка Клиффа. Еще? - У них руки от дрочки волосаты, наверна, - предположил студенд Ник - Не верно. – поправил Йобминтон, - мозолистые – да. А еще у них дурацкая привычка держать руки в карманах. - Почему, прахвессар? Обо
У каждого в жизни своя дорога, и на этой дороге, у каждого свои точки отсчета…
. телефонный звонок. – Привет зайка! Как работа? Трудишься? Как я рад слышать этот голос. – Как проклятый! Еще бы середина лета, а я на работе. Естественный вопрос, а оно надо? Второй курс, живешь на попечительстве у родителей, если что-то захотелось, подходи к папочке и спрашивай – все дела! Но нет! Врожденная гордость… Все сам… – Зайка, я должна буду тебя разочаровать.
Однажды я зашел на сайт Кровожадного Мира и понял – это мое. В игре уже тысячи человек (точнее, тысячи эльфов, гномов, орков и людей)! Российские поклонники многопользовательских игр получили возможность отправиться в путешествие по отлично проработанному фэнтезийному миру! И как приятно, что учить английский для этого не придется – это русский проект, и все надписи, подсказки, экраны действий написаны на русском…
Чтобы попасть в Кровожадный Мир, нужно зарегистрироваться (уже на этом этапе понимаешь, что работа была проделана крайне серьезная – художники постарались оформить все экраны в игре так, чтобы они задавали соответствующее настроение, передавали дух приключений и магии). Сразу же после заполнения полей регистрационной формы (в которой помимо указания никнейма и пола нужно выбрать одну из четырех рас) я попал в игру. КРАСИВО! Воспользовавшись …
Три парня шли навстречу. Выпившие. Толкались и матерились. Смотрели на всех грозно. Словом – обычные парни. Только вот на голове – гермошлемы, причем явно космические. Двое еще и в комбинезонах серебристых, а один – только в курке с эмблемой «Росавиакосмос». И в спортивных штанах. Я пошел за ними. Смотрю – а на площади целая толпа таких. В шлемах и некоторые в комбезах. Подходят друг к другу, обнимаются, словно братки, смеются. Из карманов что-то достают, ко рту подносят, потом выкидывают. Оказалось – тюбики. С надписями: «Водка «Королефф», «Водка «Гагаринн». Пиво «Я – земля!». Еще пачка из-под сигарет «Полет нормальный». Стоят ребята, тюбиками чокаются, разговаривают. - Да ты салага, Байконур-то не застал. Че там твой Плисецк? Вот мы… - А я ему говорю – на ручное надо переходить! - Керосин-то слили, ну и не полетела ракета. А прапор бегает. Орет… - Ты скока раз летал? - Да ты хоть в космос-то открытый выходил? Нас-то по молодняку ваще без скафандров гоняли по три раза на день… Чуть поодаль – не такие молодые. Солидные. Но тоже в шлемах. И с тюбиками. На тюбиках звездочки и надпись «Мир». - А я тогда ездил к нашему монголу-то. К Гуррагче. К Жугдердеймидиину. Он барашка резал. С женой спать положил. Ох, и вонючая она была! - Но… а, ну вот я говорю. Мы тогда с американцами после стыковки в двадцать одно как сели. Так Алан домой голый полетел. А комбез-то его – вот, на мне! - Ой, как вспомнишь… Как вечером из ЦУПа спросят – скока дней до посадки? И попробуй не ответь. Твоему дублеру на Земле тут же в фанеру зарядят. Толпа наконец-то двинулась в сторону рынка. Там, отдубасив нескольких кавказцев, странные люди набрали бесп