Эти фразы были безжалостно вычеркнуты из рукописей редакторами издательства "Радуга", но ими же любовно внесены в записные книжки, чтобы не погибли для вечности. Ведь они того стоят, и Вы сами в этом сможете убедиться. Редакторы оставили их в первозданной красоте и разделили отбивками, так как взяты они из разных романов. Только имена пришлось кое-где изменить, чтобы наши «озорные рассказы» обрели цельность.
Спящая Мэри поежилась от ночного холода. Утром он даст ей жару, но сейчас нужно согреться.
Голубые глаза двигались по ее лицу.
Разодрав глаза, Мэри обнаружила, что лежит, обмотавшись вокруг Райта.
Его язык, ворвавшийся в ее рот, неистово делал то, к чему стремилась другая часть его тела.
Его желание ощущалось почти на ощупь.
Одним мощным толчком он вошел в нее, и она застонала, восхищенная его точностью.
Она то и дело коротко взглядывала на него, словно желая убедиться, что он не отвлекается. Он не отвлекался ни на секунду. Он набух, отвердел и был готов для нее еще до того, как она дошла до средней пуговицы на его рубашке. Теперь он стоял перед ней обнажен-ный над кучкой одежды, давая ей возможность смотреть на него сколько угодно.
- Возьми меня рукой... - очень вежливо попросил он и усмехнулся. - В этих замках как-то холодновато.
Нервные мурашки ползли вверх по позвоночнику.
Ее рука тревожила важную часть его тела.
Сможет ли он разглядеть в темноте, как четко вырисовывается грудь через тонкую футболку и как мурашки бегают по коже?
Она превратилась в одну-единственную огромную мурашку и сказала «да».
Она любила. Она любила их всех. Она влюблялась искренне и навсегда каждый вечер, в каждого из них. Расставаясь с ними утром, она просто забывала о том, что любит, и спокойно уходила, не терзаясь и не мучаясь. Но она любила. Одного за его роскошную Ауди ТТ . Другого за его умение вовремя подарить ей именно то, чего она так хотела, от босоножек до двухкомнатной квартирки. Третий просто был очень хорош в постели, а вот кредитоспособностью не отличался. Но она любила и его. Она не выбирала их. Она позволяла им выбирать себя.
Сегодня был именно тот день, которого Алиса так долго ждала. Она, наконец-то, переезжала в свою новую квартирку. Пара свежеотремонтированных комнат и большая кухня – это ли не сказка, после 25 лет жизни с родителями и сестрой в двухкомнатной хрущевке. Осталось разобрать только вещи в старом шкафу, с наклейкой Микки-Мауса на внутренней стороне дверцы. Она оглянулась. Боже, как же хорошо, что у нее теперь будет новый шкаф, новая кровать, новая жизнь. Людям надо иногда избавляться от прошлого, которое выдает твои мысли и чувства. Детские страхи и детские радости. Юношеские грезы и разочарования. Порой для этого нужно всего лишь сорвать наклейку с дверцы шкафа и выбросить бережно пылящиеся в шкафу старые институтские конспекты. Но ей хотелось большего. Оторвать Микки-Мауса от дверцы, а родителей от сердца. Она не хотела забирать с собой в новую квартиру ничего, что могло бы ей напомнить о ее старой жизни. - Ты готова? Собралась уже? – мама вошла как всегда без стука, эта ее привычка не раз вызывала бешенство и сводила холодные отношения к горячей и нецензурной брани. <
yaplakal.com