Журнал Digital Camera подвел итоги конкурсов по лучшим фотографиям 2006. Три лучших фото удостоились чести называтся лучшими фотографиями 2006 в разных номинациях.
Есть у меня замечательный друг Вова, любит кушать, играть в тетрис в туалете и глумиться над всем что его окружает. Помню была у него девушка Оля, не знаю за что полюбила она Вову, но он её любил безумно. Как макака любит котёнка. Оля была ниже его головы на две. И чтобы поцеловаться, ей приходилось вставать на лавочку или на ступеньки. Как-то вышли они прогуляться. В подъезде у Вовы начался прилив нежности и он решил красиво вынести девушку на руках. ДВерь подъезда не позволяла своими размерами проносить девушек и высказала протест. В общем долбанул он Олю лбом об железный косяк двери. Недолго думая, имеющий 5 по ОБЖ в пятом классе Вова поставил девушку на пол, сказал ждать его там и побежал за снегом, чтоб приложить. И заботливо крича что "сейчас приложим и шишки не будет, только синяк", захлопнул дверь. Вова был парень неслабый, сил в захлопывание двери вложил немало. Ещё не пришедшая в себя Оля, держась да дверной косяк, потирала ушибленную голову. Вторая встреча с дверью оказалась для Оли полной неожиданностью. Точнее для её руки, державшейся за дверной косяк. С силой удара воина клана ШИнь-ТЯнь дверь долбанула Олю по руке. Ошалевшая Оля, с криками Тарзана во время брачного периода, выбежала из подъезда и нырнула рукой в сугроб. После долгих мольб о прощении и растирании снегом лба и руки, Оля растаяла, встала на лавку и нежно, любя, поцеловала Вову. В новом нахлынувшем порыве нежности, Вова снова схватил девушку на руки и поцеловал. Не ходите зимой в кроссовках, холодно и скользко. Поцелуй продлился секунды 3. Весь в порывах чувств Вова, случайно наступает на лёд... После 5 секунд балансирования на льду, почувствовав себя Плющенко, Вова понял -
Что ни говори, а зимой в ресторане хорошо! Не хуже, чем в лесу! Тепло, весело, шикарно! Словно и не было никакого семнадцатого августа. Будто и не было никакого семнадцатого года.
Ресторанные звуки и запахи могут о многом поведать бывалому посетителю.
Вот вдалеке, за колоннами, кто-то негромко ест суп.
Где-то на возвышении, выпячивая розовую грудку, беззаботно чирикает о чем-то своем, глупом, ресторанная певичка. Далеко разносится по зимнему ресторану ее писклявая песня. Вот негромко журчит по пищеводу ручеек ледяной водки, убегая от огурчика.
У окна хищная женщина, урча и отрыгивая, терзает зубами куриное крылышко.
Тяжело ворочается лицом в салате увалень-алкоголик. Ворчит, поддатый, причмокивает, негромко ругается басом. Хорошо спится зимой в зимнем салате!..
С наступлением вечера голоса в ресторане звучат громче, смелее. Опытный официант узнает посетителей по голосам. “Гамарджоба, Вахтанг! Гамарджоба, Вахтанг!” — воркуют грузины. “Шалом, Марик! Шалом, Марик!” — чирикают евреи. “Еще пять по триста! Еще пять по триста!” — спасаются от мороза русские.
Под красавицей пальмой, за шикарным столиком скромно расселись армяне. Пьют коньяк, покачивая большими носами, поклевывают салями, что-то бормочут на весь зал на своем, только им понятном, армянском языке. Сидите, милые, никто вас не тронет.
В полутемном углу, за массивным столом, уставленным салом, борщом, горилкой, варениками и пампушками, сидит, нахохлившись, хохол.
yaplakal.com