Здравствуй, Петербург!

Чуть правее Адмиралтейство и вдали золотой же купол Исаакиевского собора (кстати, немцы в блокаду в него не стреляли, наверное, хотели заполучить сохранные ценности). Массивные шары изображают планеты Солнечной системы.
ф. 107 со Стрелки на шары и Исаакий
---
Это же здесь, на Стрелке В.о. выпускники встречают рассвет, а «Крузенштерн» с алыми парусами выходит на простор?
Вот они, ростральные колонны французского архитектора Тома де Томона, которые я могу нарисовать с закрытыми глазами, но до сих пор ни разу не видел. Высота колонны 32 метра, это бывшие маяки порта. Сейчас туда проведён газ и по торжественным случаям на них зажигаются факелы.

Далее по Дворцовому мосту мы перешли Неву и, повернув направо, оказались у здания Главного Адмиралтейства. Когда-то это была верфь и крепость с валами, бастионами и пушками. Потом на месте фортификаций был разбит Александровский сад.

По сторонам арки стоят нимфы, держащие сферу.

На колоннаде Адмиралтейства в Санкт-Петербурге находится 28 аллегорических скульптур, представляющих стихии, а также богиню Изиду (покровительницу кораблестроения) и музу астрономии Уранию.

...

Шпиль, он же шпиц, игла. У Пикуля в одном романе он называется шпиц, а само Адмиралтейство - «под шпицем».

Оказывается, в здании адмиралтейства в 1930-х годах располагалось конструкторское бюро по разработке ракетных двигателей — газодинамическая лаборатория ГДЛ.
Дословно.
«В этом здании в 1932-1933 годах размещалось первое в СССР конструкторское бюро по разработке ракетных двигателей — газодинамическая лаборатория /ГДЛ/ военно-научно-исследовательского комитете при РевВоенСовете СССР.
В ГДЛ в 1929-1933 годах были разработаны и испытаны первый в мире электротермический ракетный двигатель и первые в СССР жидкостные ракетные двигатели, заложены основы отечественного ракетного двигателестроения.
Коллективом дважды орденоносного опытнор-конструкторского бюро, выросшего из ГДЛ, созданы мощные двигатели ракет-носителей, выводивших на орбиты искусственные спутники Земли, Луны и Солнца, автоматические станции на Луну, Венеру, Марс и пилотируемые корабли ВОСТОК-ВОСХОД- СОЮЗ»

...

Прошли Александровский сад и перед нами Исаакиевский собор. Тут куда ни пойди, всё рядом. Хотели зайти, ещё раз посмотреть его, но он был, увы, закрыт.

Просто шли, не торопясь. Шли, куда глаза глядят. Вышли на Столярный переулок. Помню, что это места, связанные с Достоевским и его героями. И точно, на углу с Гражданской улицей дом Раскольникова, на нём - памятный горельеф Раскольникова.

Прошли по Столярному до следующей улицы — Казначейской, а там дом, где жил сам Достоевский.

Чуть дальше по Казначейской — издательство писателя.


Вернулись на Столярный и держали курс на канал Грибоедова и через него прошли по Кокушкину мосту.
Оказалось, мы гуляли дорогой Родиона Раскольникова, когда бедный студент шёл к жилищу старухи-процентщицы. Ведь в тексте «Преступления и наказания» есть упоминание, что молодой человек «отправился к К-ну мосту».

Однако Родион идёт дальше, а мы по Садовой нырнули в метро и проехали до Горьковской. Наш путь лежал в Петропавловскую крепость.

Мы прошли насквозь Александровский парк, перешли мостик и полосатые ворота и направились аккурат на Соборную площадь к Собору Святых апостолов Петра и Павла, где покоятся члены царствующей семьи Романовых.
На площади меня заинтересовал Монетный двор.

Петропавловский собор — проект Доменико Трезини, 122 метра, усыпальница русских императоров.
Саркофаг Петра I

Елизавета и Екатерина I

У входа в собор находится саркофаг Марфы Матвеевны, вдовы Фёдора Алексеевича, единокровного брата Петра I.
Марфа Матвеевна была царицей только 71 день в 1682 году. Царь скончался от цинги , и Марфа осталась бездетной и более 33 лет носила траур, пребывая, по некоторым предположениям, девственницей. Есть мнение, что Пётр I почитал бездетность этого краткого брака причиной перехода к нему царского венца. Она умело выстроила своё поведение, и  создала себе прочное положение при дворе. Сохранив доверие и уважение младшего брата своего мужа, Петра I, она до конца жизни оставалась на попечении казны, не вступая в интриги. В царской семье царица Марфа пользовалась уважением.

Такое вот историческое отступление. Кабы у Фёдора с Марфой были дети, куда зашла бы история Руси?.. Но «кабы» нещитово.

В Екатерининском приделе собора покоятся останки последнего императора России Николая II, его жены Александры и членов его семьи со лейб-медиком Боткиным и прислугой. Считал его детей: Татьяна, Ольга, Анастасия. Могилы цесаревича Алексея нет.

Подивился превратностям судьбы. Лакей, повар и горничная канонизированы. Вот это твист, как говорит Omega42. Прислуга лежит рядом с царями в императорской усыпальнице. Для этого им заплатить большую цену и сделать выбор, причём сознавая смертельный исход.

Царские врата

Врата ближе.

Список детей Петра I, умерших в детстве.

Закончился день, но был вечер и была ночь.
В концертном зале отеля этим вечером давали традиционно в новогоднюю ночь «Щелкунчика». Приехала труппа театра русского балета имени Анны Павловой.

А дело было так.
В доме семьи Штальбаум проходит празднование, дети получают подарки.
Подарок от Дроссельмейера: Крёстный Мари, мастер игрушек Дроссельмейер, дарит ей забавного Щелкунчика, который ей очень нравится.
 После праздника Мари возвращается к ёлка, чтобы обнять Щелкунчика. Появляется Дроссельмейер-волшебник и... так далее. Да вы и сами всё знаете.

Танец Мари.

Танец Принца

Наконец-то я посмотрел «Щелкунчика». Это, конечно, на труппа Мариинки или Большого, но для знакомства со «Щелкунчиком» семьёй постановка вполне годится.


Мы планировали поехать на Дворцовую площадь ближе к 12, но не поехали. В качестве компенсации пошли гулять по Петровской набережной до Троицкого моста. С собой у нас было.

День шестой, последний. 1 января нового года.

Чем отличался последний день от первых пяти? Завтраком. Он начался не в полвосьмого, а в девять утра. Но мы дожили до него.

Во «Врунгеле» 1 января давали шампанское. Утром. Причём, брать можно было хоть ведро. Но, поскольку мы ни аристократы, ни дегенераты, то, запив глотком игристого халапеньо, мы отправились известным маршрутом — на трамвайную остановку.

Трамвай «3» стал для нас, как Вергилий для Данте. Он возил нас по эпохам и вехам в петербургской истории Российской Империи.

Свой путь земной пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу.


«Третий» Вергилий и повёз нас до Николо-Богоявленского собора (ост. Вознесенская, кажется).
Николо-Богоявленский морской собор — первый морской собор, традиционно окормлявший моряков Российского императорского флота, полковой храм Гвардейского экипажа. Имеет свою воскресную школу. Я читал «Три возраста Окини-сан» Пикуля о службе, жизни и судьбе русского морского офицера Коковцева, там упоминается этот собор, как и Адмиралтейство.

Бело-голубой, видный издалека, он показался мне особенно торжественным и спокойным. Чуть в стороне от исторического квадрата, нет муравьиных колонн туристов.

Во дворе собора находится Цусимский обелиск в честь погибшего броненосца «Александр III», а в верхнем храме установлена мемориальная доска экипажам АПЛ «Комсомолец» и другим погибшим подводным лодкам. Такая вот грустная перекличка времён.
В нижнем храме отпевали А. Ахматову.

Было холодно, и я за эти дни настолько утомился держать в руке фотоаппарат, что решил не фотографировать, а сосредоточиться на рассмотрении объектов культурного наследия. Поэтому фото нет.

Рядом с собором находился Мариинский театр. Нам тоже очень хотелось если не посетить, то хотя бы посмотреть на него снаружи. Я посмотрел и не понял красоты. Мне простительно, я же не архитектурный критик. И, по-видимому, я ничего не понимаю в зодчестве.

Это творение Саввы Чевакинского - единственного конкурента Бартоломео Растрелли. Творческий поединок русского с итальянцем.

За окном в канале сонном
Прикасается к звезде
Чевакинская часовня,
Отражённая в воде.
А. Городницкий

Чевакинская часовня – это и есть Никольский Морской собор. В предыдущие дни путешесвия мы отмечали для себя, что музеи и дворцы, соборы и крепости построены исключительно архитекторами с немецкими, французскими и итальянскими фамилиями. А тут, наконец-то, русский. Хорошо, но мало.

Обошли его, подивились, что рядом выстроен новый Мариинский (наверное, труппа разрослась или администрация театра). Фасады Мариинки светло-зелёного цвета. Лежащие через дорогу дома были в светло-коричнево-жёлтой и бежевой цветовой гамме, а здание театра — в бирюзовой. Как-то спорным такое решение мне показалось. Интересно, он всегда был такой?

Это сообщение отредактировал ПавелUrman - 2.02.2026 - 08:04

Идём дальше. Наша следующая цель — Новая Голландия. Что за Голландия такая? Там ледяные каналы вместо улиц, а люди катаются искючительно на коньках?
Мне в воображении рисовалось что-то особенное, андерсеновское. Кай с Гердой, катающиеся на санках?
Оказалось, это треугольное, окаймлённое Мойкой и каналами артпространство с катком, прудом, небольшим парком, дорожками, кронированными деревьями и неким круглым зданием-цитаделью о трёх этажах, где располагались всякие бутики, лавки, мастерские, большинство которых было закрыто. Это сочетание современного пространства с историческим наследием.  По двум сторонам треугольника расположены краснокирпичные здания-бывшие склады.
Думаю, что весной и летом здесь красиво и уютно, цветут тюльпаны (а как же — Голландия же). Это место, свободное от городской суеты, которой в туристическом городе хватало.