Мистическая Якутия, страшные истории!

Последний выходной.

В 60-х годах прошлого века студенты археологического факультета Якутского университета отправились в экспедицию, целью которой были раскопки старых захоронений. В какой-то из выходных молодежь решила съездить отдохнуть на озеро. Заодно и посмотреть могилу шамана, находящуюся неподалеку. Часть группы вначале воспротивилась этой затее, но победило советское атеистическое воспитание.

Ребята поиграли в волейбол, искупались и, конечно, выпили. А когда потянуло на подвиги, пошли искать могилу. Арангас нашли быстро. Кое-кто выразил желание посмотреть, что там внутри, но не решились. Зато в остальном себе не отказывали — шумели, бросали мусор, двое парней даже справили нужду.

Затем вернулись в палатку и уснули. Разбудил их ночью шум страшной бури. Никто не посмел и носа высунуть наружу. Вдруг на фоне грохота ветра они услышали, как вокруг палатки кто-то ходит. «Смельчаки» пришли в ужас от понимания того, что все свои на месте, а поселение находится на приличном расстоянии от озера. Пытались спрашивать, кто там, но ответа не дождались. А ветер между тем усиливался, ткань палатки едва выдерживала его удары.

И тут снаружи прозвучал низкий сильный голос, веля выйти двум парням, которые особенно осквернили могилу. Понятно, что они не хотели выходить, но друзья, испугавшись, все же, вытолкали их. Однако никого около палатки не было, только ветер вырывал траву с корнем и срывал листву с деревьев. Постояв так какое-то время, парни вернулись в палатку. Тут-то и ждал их настоящий кошмар. Все члены экспедиции были мертвыми, с искаженными от ужаса лицами.

В состоянии шока ребята добрались до деревни, где остановилась группа, и сообщили о произошедшем. После этого их затаскали по допросам и, надо сказать, изрядно потрепали. Ведь никакой бури в тот день в округе не было зафиксировано. Но потом подозрения с них сняли, поскольку экспертиза показала, что все молодые люди умерли от сердечного приступа.

Запрещающий полеты.

Покой мертвых шаманов могут нарушить не только люди, но и любое техногенное вмешательство. В одном из эвенкийских сел решили построить взлетно-посадочную полосу. Никто не хотел слушать увещевания стариков, говоривших, что нельзя ничего возводить рядом с могилой шамана. Но план есть план, и суеверия в этом случае не в счет. По случаю открытия полосы приехали почетные гости и устроили праздник.

В Ан-2 посадили ребятишек, и самолет начал бег по взлетной полосе. А потом вдруг остановился. При выяснении причины остановки обнаружили поломку винта и отказ двигателя. Такие две неприятности практически не случаются одновременно. Радовало только то, что самолет не успел подняться в воздух. Старики объяснили это тем, что шаман пощадил детей.

Зато вечером этого же дня в реке утонул бригадир строителей в месте, где утонуть просто невозможно. Через месяц после праздника в больнице от перитонита умер еще один строитель. Но в мистическую силу шамана по-прежнему никто не хотел верить.

И вот по новой полосе побежал еще один самолет. Но тоже не взлетел. Анализируя причины, эксперты пришли к выводу, что все можно объяснить только мистикой, ведь приборы показывали, что системы самолета исправны, а действия экипажа правильны.

Вот тут уже прислушались к старикам. Попросили их провести ритуал, чтобы добиться прощения шамана, и даже за
счет колхозных средств выделили бычка для жертвоприношения. На этом неприятности закончились.

Мертвый шаман против НКВД.

Интересный случай, который произошел в 1930-х годах в Горном районе, описал белый шаман, профессор Владимир Кондаков. Достоверность истории придает тот факт, что в ней замешаны органы НКВД. За 1,5-2 столетия до событий в этих местах жил Ойуун Монньогон (в переводе «Черная Смородина»). Все его перезахоронения были произведены с соблюдением ритуала, но в 1930-е годы он начал являться родным, хотя арангас находился в приличном состоянии.

Шаман говорил потомкам, что его постоянно заливает дождевой водой, а на правой руке отвалился палец, так как истлело сухожилие. Он просил вынуть палец из-под спины, куда он закатился, и приладить на место.

В то смутное время родственники шамана оказались на распутье. С одной стороны, мертвый шаман насылал на них несчастья за невыполнение его воли, а с другой — можно было попасть под репрессии властей за суеверия.

Однако победило родство. Для проведения обряда пригласили шамана Омокуна, а ответственным за мероприятие назначили председателя колхоза. При этом присутствовало около 80 человек. Палец шамана действительно находился под спиной, его вытащили и с помощью сухожилия жертвенного жеребца прикрепили на место. Но тут Монньогон через Омокуна запросил провожатого.

Древние якуты хоронили шаманов вместе с мальчиком в качестве провожатого. Понятно, что добровольно никто не хотел на эту почетную должность. Тогда Монньогон заявил, что берет с собой Омокуна, который в то же мгновение начал хрипеть и задыхаться. Его спас 70-летний Григорий Федоров, согласившийся «пойти» с шаманом. Тем не менее Монньогон все равно разгневался, он пообещал, что всех ждут неприятности с судом, но он их, так и быть, разрешит.

Все разошлись по домам. Григорий Федоров в этот же день умер.

Вскоре в село приехал ревизор, он-то и обнаружил папку с документами «Расходы по старику». Председатель колхоза, его помощники и Омокун были арестованы. Это был 1937 год. Им грозил громкий процесс со всеми вытекающими последствиями. И вдруг неожиданно был получен приказ от прокурора республики прекратить дело за отсутствием состава преступления. В НКВД пришли в недоумение. А местные жители поняли: Монньогон помог.

Из всех этих историй можно сделать вывод: шаманские могилы опасны, древние тайны неприкосновенны.

Якутия мистическая: Шаманские войны.

В дореволюционные времена шаманов в Якутии было очень много – практически в каждом селе имелся какой-никакой колдун, избавлявший земляков от разного рода хворей и прочих напастей. Однако с приходом к власти большевиков началось повсеместное насаждение атеизма и борьба с неугодными режиму знахарями, в результате чего число шаманов в Якутии сильно уменьшилось.

Какими бывают якутские шаманы.

По уровню своей силы якутские колдуны делятся на мелких, средних и великих. При этом одни являются потомками древних шаманских династий, другие не имеют в роду колдунов и получают мистические способности спонтанно. За всю историю Якутии мелких шаманов здесь было огромное множество, средних – куда меньше, а великих – совсем мало. К слову, только великий шаман может напрямую говорить с верховным божеством якутского пантеона, имя которого – Юрюнг Аар Тойон.

Кроме того, якутские колдуны бывают белыми (нехищными) и черными (хищными). Единственное различие между ними состоит в том, что белые шаманы предпочитают не использовать свою силу против обычных людей, в то время как черные не придерживаются подобного морального кодекса. Зато между собой и те и другие во все времена конфликтовали будь здоров. Особенно впечатляюще это получалось у великих шаманов, которые без передышки вели друг с другом междоусобицы, насылая на своих противников порчи и проклятия.

Примечательно, что женщины-шаманки, которых называют удаганшами, на голову превосходят своих «коллег» мужского пола. Вообще женщины в Якутии очень редко становятся колдуньями, но уж если становятся, то, как правило, великими или на худой конец средними. Самым могущественным шаманом в якутской истории считается, кстати, удаганша Алысардах. Эта суровая дама еще в молодые годы отправила к праотцам добрую половину великих шаманов, которым не посчастливилось жить в одно время с ней. Другую половину Алысардах пощадила разве только для того, чтобы они «помнили и боялись».

Инициация шамана.

Чтобы донести до читателя всю серьезность якутского шаманства, следует рассказать о том, как люди, собственно, становятся колдунами. Обычно это случается в детстве, чаще всего в начале полового созревания человека.

Например, с великим шаманом Тогустаахом из Усть-Алданского улуса это произошло в девятилетнем возрасте. Родители мальчика ушли днем из дома, и ребенок остался там один. Неожиданно во дворе послышался топот копыт, причем настолько сильный, словно прискакала целая конная армия. Ребенок в ужасе забился под кровать, стоявшую возле стены, и затаил дыхание…

Топот прекратился, после чего кто–то большой и тяжелый спрыгнул на землю и зашагал от коновязи в сторону дома. Судя по звукам, он шел не к двери, а прямо к стене, за которой под кроватью притаился мальчик. Когда шаги приблизились вплотную, ребенок услышал над собой голос, мало похожий на человеческий: «Так вот ты где! Наконец-то наши девятилетние поиски окончены!» Вслед за этим мальчик потерял создание.

Когда родители вернулись обратно, то нашли своего сына лежащим на полу в сильной горячке и бреду. Ребенка уложили в постель, и отец, как водится, сразу поспешил к деревенскому шаману. Тот пришел, осмотрел мальчика - и сразу все понял. Он строго-настрого наказал родителям не трогать сына и лишь периодически поить его водой. Колдун сказал, что душа ребенка находится сейчас далеко в межмирье, где высшие силы совершают над ней сложный обряд посвящения в шаманы.

Считается, что в таких случаях дух-посланник сопровождает душу избранного в одно из священных якутских мест, где ее подвергают так называемому «расчленению». Неизвестно, что именно случилось с Тогустаахом, но один средний шаман, которому в свое время тоже пришлось перенести «расчленение», подробно описал этот малоприятный процесс.

…Будучи мальчишкой, он пас на лугу телят и вдруг заметил, как во вспышках молний буквально из ниоткуда появилось громадное дерево. На дереве сидела какая-то необычная птица и неотрывно глядела на маленького пастуха. Под тяжестью ее взгляда мальчик как будто провалился куда-то. Позже взрослые нашли его на лугу без сознания, и три месяца ребенок пролежал в кровати, не приходя в себя.

Впоследствии шаман рассказал, что после встречи с птицей он очутился на вершине высокой горы, которую огибала бурная речка. Не в силах пошевелиться, он просто лежал на земле и смотрел в небо. Вскоре к мальчику вразвалку подошел некто огромный, с медвежьей головой. В руках у великана были топор и копье, которое он воткнул тупым концом в землю. Затем взял топор, отрубил мальчику голову и насадил ее на копье так, чтобы голова видела все, что происходит с телом. Больно расчленяемому не было.

Гигант принялся рубить обезглавленное тело на куски, и продолжалось это многие часы. Когда он закончил, с неба спустились три существа, похожие на крупных птиц с человеческими лицами. Они рассортировали кровавые куски на три кучки и исчезли.

Затем с севера, запада и юга поочередно приплыли три тучи, из которых всякий раз появлялись какие-то демонические твари. Они опускались на вершину горы и с удовольствием поглощали детскую плоть (каждой стае досталось по кучке), а потом отрыгивали ее обратно на землю и улетали.

Стоило этому немыслимому пиршеству завершиться, как птицы с человеческими лицами появились вновь и принялись собирать тело мальчика воедино, скрепляя мясо, кости и кожу собственной слюной. Когда они закончили, медведеголовый великан снял отрубленную голову с копья и приложил ее к туловищу. Одна из птиц облизала шею мальчика, и его голова срослась с телом.

«Отныне ты свободен! Поднимись, шаман, созданный по высшему замыслу и помазанный севером!» – торжественно произнес кто-то, и ребенок очнулся в родительском доме.

Шаман объясняет случившееся с ним следующим образом. Его астральное тело было расщеплено на множество частей, треть которых оказалась повязанной с духами севера, треть – с духами запада и треть – с духами юга. Поскольку инициация происходила на севере Якутии, шамана помазали севером. Полакомившиеся астральным телом будущего колдуна, духи впоследствии всегда покровительствовали ему и выполняли его волю, помогая в том числе бороться с другими колдунами.

Что касается великих шаманов, то их инициация длится еще дольше, поскольку на угощение слетаются четыре стаи духов – со всех сторон света.

Как великая шаманка расправлялась с врагами.

Уже упомянутая нами великая шаманка Алысардах совершала при жизни невообразимые вещи. Простым людям она больше всего запомнилась двумя своими умениями: избавляться от врагов и проучивать тех, кто в открытую сомневался в ее способностях. Мы приведем здесь две истории, которые прекрасно это иллюстрируют.

К слову, современники описывали Алысардах как самую обычную женщину, молодую и привлекательную. Великая удаганша не отличалась ни демоническими чертами лица, ни высоким ростом, ни крепким телосложением. Напротив, в глазах земляков она выглядела хрупкой и беззащитной…

Был у нашей героини заклятый враг по имени Олесь, тоже великий шаман, живший в соседнем районе. Противостояние между ними длилось долго и было относительно вялым - до тех пор, пока Олесь здорово не разозлил Алысардах и она, несмотря на всю свою невозмутимость, обиделась на него по-черному. Что именно случилось между двумя великими шаманами, история умалчивает, но удаганша поклялась в то же лето свести своего обидчика в могилу.

Прознав об этом, Олесь занял оборонительную позицию. Все лето он почти не выходил из своего дома и постоянно проводил там защитные обряды. Расчет колдуна был таков: если Алысардах не выполнит свое обещание, то будет опозорена и вряд ли повторно захочет погубить его.

В один из жарких дней Олесь все же покинул свое убежище и отправился с родными покосить траву и искупаться в реке. Вдруг он заметил далеко на горизонте одинокое облачко неприятного, ржавого цвета. Над рекой, тревожно каркая, пролетел черный ворон - и шаман сразу изменился в лице. Он сказал близким, что птица-покровитель предупредила его о надвигающейся угрозе: Алысардах двинулась в путь по душу своего обидчика, и настроена она весьма решительно.

Пока Олесь бежал к своему дому, облачко становилось все больше и постепенно приобретало черный цвет. Вскоре из него полил дождь, засверкали молнии. Но настигнуть шамана облако не успело – тот добежал до дома, заперся изнутри и закрыл все окна специальными магическими «клапанами», оберегающими от любого злого колдовства. Сам Олесь облачился в шаманскую одежду, взял бубен и, спустившись в подвал, начал усиленно камлать.

Вскоре грозная туча нависла над домом шамана, и из нее вырвался огромный черный вихрь. Он принялся кружить вокруг жилья, разнося в щепки все, что находилось во дворе. Можно было подумать, что вихрь не знает, как подступиться к шаману.

Но вот в какой-то момент он вдруг перескочил на дом и ринулся внутрь через дымоход, который перепуганный Олесь не прикрыл. Из хижины долго слышались крики и шум, пока наконец все не стихло. Грозовая туча растворилась в небе, и погода вновь сделалась ясной.

Односельчане Олеся не сразу решились войти в его дом, а когда все же набрались храбрости и вошли, то увидели лежащего в погребе мертвого шамана. Его тело было ужасным образом скрючено, а лицо превратилось в сплошное кровавое месиво…

Алысардах во время этих событий находилась у себя дома и плясала, пребывая в глубоком трансе. Впоследствии она выразила сожаление, что смертельно ранила в тот день пару мелких шаманов из того же района, что и Олесь. И действительно, подвернувшиеся ей под руку колдуны вскоре тяжело заболели и умерли.

Как Алысардах проучила наглых чиновников.

В царское время, когда и жила Алысардах, в ее селе оказались двое чиновников. Услышав о могущественной колдунье, они решили проверить слухи. Этих двоих нельзя было назвать большими скептиками, скорее они относились к шаманству без должного уважения, считая его чем-то вроде безобидной забавы.

Заявившись в дом Алысардах и увидев вместо грозной старухи хрупкую девушку, чиновники повели себя не лучшим образом: они потребовали накормить и напоить их, а потом принялись вслух обсуждать достоинства шаманки. Алысардах скромно сидела в стороне и не перебивала незваных гостей. Когда же те заявили, что желают увидеть «фокус», Алысардах согласилась и сделала вид, что впала в транс. В таком неподвижном состоянии девушка просидела полчаса.

Поняв, что не дождутся обещанного представления, и громко выругавшись, чиновники направились к выходу. Но едва они открыли дверь, как в дом хлынул огромный поток воды, словно во время ужасного наводнения. Вода, в которой плавало множество рыб, стремительно заполняла дом, и мужчины поняли, что вскоре попросту утонут. Алысардах же как ни в чем не бывало сидела на прежнем месте, и стихия не трогала ее, как будто шаманку защищал невидимый купол.

Чиновники в ужасе принялись молить о пощаде, но удаганша ответила, что за свою наглость и невежество им придется заплатить. «Если поймаете из воды по одной рыбе, так и быть, сохраню ваши жизни», – холодно произнесла она.

Битый час несчастные пытались поймать рыб и наконец кое-как изловили по штуки. «Теперь сжимайте их, да посильнее!» – приказала шаманка. Чиновники так старались, что даже вены на их лбах вздулись от напряжения…

Вдруг мужчины разом опомнились и увидели, что никакой воды в доме нет, а они стоят со спущенными штанами, пыхтя и сжимая друг другу причинное место. При этом вокруг со смеху покатывается местная публика.

Подтягивая на ходу штаны, чиновники бросились прочь. Ни в дом Алысардах, ни в это село они больше не возвращались никогда…

Якутия мистическая: Тунгусские шаманы.

Среди шаманов Якутии было довольно много великих колдунов, совершавших просто невероятные чудеса. Однако что интересно: даже самые могущественные и горделивые из них во все времена признавали, что не в силах тягаться с тунгусскими (эвенкийскими) мастерами, проживавшими в южных районах Якутии.

Немудрено, что якутские шаманы побаивались соваться во владения своих южных соседей: средний колдун-тунгус мог без труда уничтожить великого колдуна-якута, а мелкому эвенкийскому шаману ничего не стоило отправить к праотцам среднего «коллегу» с севера. Разделение территории у якутских и тунгусских шаманов было очень строгим, и вторгаться со своей магией на земли соседей, согласно неписаному закону, обеим сторонам было воспрещено.

Орел и филин.

В этих краях весьма популярна легенда об одном великом якутском шамане, который отличался непомерным самолюбием и бесцеремонностью. Однажды утром он не проснулся, и родные колдуна поняли, что тот впал в летаргический сон. Около трех лет шаман провел в постели, после чего неожиданно очнулся и выразил огромное облегчение по поводу своего пробуждения. Родственники долго выпытывали, что с ним случилось, и колдун, в конце концов сдавшись, рассказал домочадцам удивительную историю.

По словам шамана, три года назад ему стало скучно, поэтому он вселился ночью в своего т.н. материнского зверя, а именно в орла, и отправился смотреть мир. Увлекшись и оказавшись ненароком где-то на юге, он вдруг заметил летящего навстречу филина невиданных размеров. Филин схватил орла когтями, словно какого-то мышонка, и отнес к себе в гнездо, где навалился на свою жертву всем телом и три года не отпускал, да еще и постоянно гадил на нее. Прошло много времени, прежде чем орел улучил момент, когда его похититель на что-то отвлекся, и улизнул.

Гигантский филин, как оказалось, был одним из материнских зверей неизвестного тунгусского шамана. То есть якутские колдуны имели лишь по одному такому «аватару», а несравнимо более сильные тунгусские шаманы могли при желании иметь их огромное множество.

Суп из человечины.

Вот еще одна довольно известная история о встрече якутского колдуна с тунгусским.

Поехал как-то один средний якутский шаман в южные края. Колдовать там он не собирался, а простой визит на «чужую территорию» шаману не возбранялся. Итак, как часто начинаются подобные истории, стояла морозная снежная зима. Наш герой ехал на телеге, катившейся за впряженным в нее быком, и вез с собой несколько мешков первосортной говядины. В пути шамана застала метель, и он решил переждать непогоду у кого-нибудь в гостях. На ближайшей поляне как раз оказался старый балаган, в котором явно жили бедные люди, и путник прямиком направился туда.

Без стука зайдя в хижину, он обнаружил в ней старика и старуху. Заявив пожилой паре, что является сильным шаманом, незваный гость потребовал ужин и постель. Хозяева засуетились, приготовили скудное угощение - и шаман, с пренебрежительным видом отужинав, лег спать. Утром он так же беззастенчиво позавтракал и, не поблагодарив хозяев, даже не попрощавшись с ними, тронулся в дальнейший путь.

Колдун ехал весь день, а к вечеру заподозрил неладное: места вокруг слишком уж походили на те, где он был накануне. Неожиданно впереди показалась знакомая поляна со старым балаганом. Обеспокоенный шаман решил попросить помощи у покровительствовавших ему духов и выведать у них, что за чертовщина происходит. Однако духи остались безучастными к его вопросам.

Делать было нечего – колдун снова зашел в балаган и хмуро сообщил хозяевам, что весь день чинил неподалеку свою сломавшуюся телегу, поэтому ночевать он снова изволит здесь. Старики покормили гостя, устроили ему постель, и шаман, мучаясь тревожными мыслями, кое-как отошел ко сну. На рассвете он поел и молча покинул гостеприимную хижину.

День выдался очень ненастным, дорогу занесло снегом, и бык тащил телегу с большим трудом. Уже в темноте перед путником загорелись на поляне окна хижины – сами понимаете, какой…

Теперь ошарашенный колдун понял, что попался в ловушку более могущественного «коллеги». Но кто и за какой проступок хочет его наказать? Шаман по-прежнему не чувствовал поблизости присутствия другого колдуна. Ввалившись в балаган в третий раз, он даже не стал придумывать оправдание – лишь сел за стол и потребовал ужин. Хозяйка, вздохнув, сообщила, что ничего у них больше не осталось, и выразила надежду, что частый гость сам чем-нибудь угостит стариков. У того, конечно, была целая телега говядины, однако делиться продовольствием с чернью шаман не пожелал.

«Негоже нам оставлять дорогого гостя голодным, – сказал супруге старик. – Придется приготовить свое мясо».

Удивленный шаман увидел, как хозяйка достала топор и протянула мужу. Старик уселся на пол, оголил свою ногу, а потом как ударит со всей силы топором по бедру!.. Кровь хлынула ручьем, и гость чуть не закричал при виде торчащей кости. А хозяин дома знай себе сидит и спокойно оттяпывает собственную ногу. Покончив с этим жутким занятием, он встал, и старуха обернула культю мужа тканью. После этого калека попрыгал к столу и принялся деловито разделывать ногу, а разделав, попросил жену сварить суп.

Тут уж гость осознал причину своих несчастий и упал на колени перед одноногим хозяином, умоляя его о пощаде. Старик лишь молчал и слушал его излияния. Между тем суп был готов, и хозяин жестом приказал гостю сесть за стол. Блюдо оказалось довольно вкусным, хотя провинившийся шаман думал только о своей участи и потому ел без аппетита. Потом все трое легли спать. Естественно, гостю было не до сна. Всю ночь он не мог сомкнуть глаз, но и убежать не пытался – знал, что более сильный колдун, чью семью он оскорблял все эти дни, не отпустит его восвояси просто так.

Утром у хозяина оказались целы обе ноги, как будто и не было накануне никакой кровавой сцены. Он велел гостю убираться вон, а в качестве откупа оставить быка и телегу со всем ее содержимым. Путник сердечно поблагодарил шамана за проявленное милосердие и поспешил ретироваться. Проходя мимо воза, он заметил, что один из мешков с говядиной развязан. Вот, значит, откуда у стариков взялось мясо для супа!..

Многие часы колдун Якутии шагал по снежным сугробам, пока не добрел до дома, где проживала большая семья. С ее членами он уже вел себя предельно учтиво. Там-то путнику и рассказали, что неподалеку от этого места живет весьма уважаемый тунгусский шаман со своей супругой…

Далее последняя история про шамана. А в заключении подборка разных историй.

Последний великий шаман.

Сегодня мы расскажем вам, возможно, единственную историю из местного фольклора, в которой фигурирует Юрюнг Аар Тойон – верховное божество якутского пантеона, восседающее на последних, девятых, небесах на троне из чистого света.

Несмотря на то что все мироздание существует по его воле, Юрюнг Аар Тойон предпочитает не вмешиваться в дела смертных. Тем более примечателен случай, когда человеку удалось лично поговорить с этим богом, однако разговор оказался совсем не таким, как ожидалось…

Эта драматическая история произошла с последним из великих шаманов Якутии, после чего он навсегда перестал колдовать. Великим этот мастер был в силу своих личностных качеств, хотя по «официальной классификации» считался всего лишь средним колдуном. Жить ему выпало в переломный для якутского народа период – начало двадцатого века со всеми его потрясениями, лишениями и битвами. Видя, как во время гражданской войны брат убивает брата, рекой льется кровь и попираются всякие моральные принципы, шаман решил отправиться с челобитной к самому верховному богу, чтобы попросить его заступиться за земляков и восстановить на якутской земле равновесие сил добра и зла.

Это сообщение отредактировал Marv25 - 20.12.2017 - 15:00

Невероятное путешествие.

Вот только ранг среднего шамана не позволял смельчаку поговорить с главным божеством: Юрюнг Аар Тойон уж точно не обрадовался бы его визиту. Промучившись несколько недель сомнениями, колдун все же решил, что дело исключительно важное и потому попробовать стоит. Наш герой собрался и отправился в долгий поход на север с целью достигнуть устья реки Лены и отыскать священную гору, которая должна была придать ему сил для дальнейшего – духовного – путешествия. Сделать это было очень сложно, особенно для среднего шамана, однако упорство и терпение мастера были вознаграждены: в одну из ночей он, едва живой, добрался до горы. Предстоял еще изнурительный подъем наверх, но все это было лишь предисловием к небывалому странствию…

Забравшись на гору, шаман достал бубен и начал свое последнее камлание, пообещав себе, что больше никогда в жизни не станет колдовать. Он вошел в транс и пребывал в нем целых семь суток, камлая без остановки. В это время душа шамана покинула тело и устремилась на девятые небеса, преодолевая ведущие к ним остальные восемь небес.

Первый и второй уровни колдун осилил без особого труда. На третьем он почувствовал, что привлек внимание небожителей, однако те пока лишь заинтересованно наблюдают за действиями человека.

Когда мастер достиг четвертого неба, то понял, что боги «раскусили» его. Миссия шамана стала им ясна, и божества не могли допустить, чтобы этот смертный добрался до самого Юрюнг Аар Тойона. Однако колдун, игнорируя все предупреждения, продолжал упорно продвигаться вперед, и каждый шаг был для него несравнимо сложнее, чем предыдущий.

На пятом уровне за душой шамана погнались огнедышащие скакуны Джесегея – небесного покровителя лошадей. С трудом оторвавшись от них, колдун продолжил мучительный путь восхождения к верховному божеству.

На шестом небе покровитель стихий Аан Джасын наслал на дерзкого колдуна громы и молнии, дабы испепелить его, однако и тогда душа заоблачного странника чудом осталась цела.

Когда дело дошло до седьмого неба, объявился собственной персоной Чынгыс Хаан, в ведении которого находились людские судьбы. Он достал книгу, в которую была записана планида отважного шамана, и принялся вырывать оттуда страницы, бросая их в огонь. Однако судьба якутского колдуна оказалась «полной», и сам Чынгыс Хаан не сумел его погубить: сожженные страницы неизменно возвращались в книгу.

На восьмых, предпоследних, небесах путник заблудился в бесконечном лабиринте Одун Хаана – покровителя изобретателей, строителей и мастеров, но и из него нашел выход, доверившись своей интуиции.

Встреча с Юрюнг Аар Тойоном.

И вот несгибаемый шаман достиг последнего неба, словно сотканного из яркого белого света и прекрасной, неземной музыки. В этом чистом, сверкающем мире сам он выглядел темным, грязным пятном и даже испугался такого контраста, но поворачивать назад было поздно. Оборванный и окровавленный, шаман приблизился к трону верховного божества и упал на колени.

Юрюнг Аар Тойон выглядел как огромного роста седовласый старец, облаченный в длинное светящееся одеяние. В руке он держал посох. Бог смерил человека удивленно-презрительным взглядом, а затем громогласно спросил:

– Чего ты хочешь? Зачем ты, ничтожный средний шаман, нарушил порядок мироустройства? Для чего проделал весь этот запретный и долгий путь ко мне?

Не вставая с колен, колдун начал говорить. Он говорил, что в мире людей творится что-то невообразимое, что стало невозможным сдерживать зло, что Земля сошла со своего места. Шаман с болью рассказывал Юрюнг Аар Тойону о войнах, пролитой крови, всепоглощающем огне, о погибающих мужчинах и сраженных горем женщинах. В конце своего печального повествования он стал умолять бога спасти якутский народ от несчастий, а для этого направить в срединный мир своих посланников, которые наведут там долгожданный порядок.

Старец-вседержитель внимательно выслушал колдуна, а затем вдруг разразился хохотом. Сквозь смех он произнес:

– Земля, говоришь, с места сошла? Направить к вам посланников?

Юрюнг Аар Тойон стукнул посохом, и к его трону тут же слетелись белоснежные лебеди с человеческими головами.

– Поведайте-ка мне, как обстоят дела у моих посланников в срединном мире? – спросил верховный бог.

Один из лебедей опустился ему на плечо и заговорил:

– Дела обстоят как нельзя лучше. Твои посланники, давно прибывшие туда, покорно исполняют твой приказ. Они взволновали мир людей сверху донизу, как застойную воду в кадке. Жителей срединного ожидают благие перемены: повсюду мечутся бурные вихри, людская кровь становится все горячее, и над горизонтом восходит новая заря.

Юрюнг Аар Тойон перевел суровый взгляд на обомлевшего колдуна:

– Теперь ты понимаешь всю тщетность своего путешествия сюда, несчастный глупец?

– Несчастный глупец, несчастный глупец! – загоготали лебеди, закружив вокруг шамана.

Тот почувствовал, что сделался вдруг невесомым и, однако же, падает на землю сквозь все девять небес…

…Шаман очнулся на вершине все той же священной горы, смертельно изнуренный и исхудавший до состояния скелета. Стояла звездная ночь, далеко внизу шумела река. Колдун взял свой бубен и с отчаянием сбросил его в пропасть. С тех пор в Якутии не рождались больше великие шаманы, и никто из людей не дерзал увидеться с Юрюнг Аар Тойоном.

Невыполненный завет.

А это короткая история о другом великом якутском шамане, с которым судьба тоже обошлась не лучшим образом.

Этот незаурядный человек жил в семнадцатом веке и, как утверждали его современники, был величайшим из колдунов за всю историю якутского шаманства. Он отличался не только сказочным могуществом, но также справедливостью и добродетельностью, всегда помогал простым людям и не давал спуску злу. За это одни любили и почитали великого мастера, другие – боялись и ненавидели. И вот пришло время, когда шаман понял, что его телу пора перейти в прах, а душе – отправиться в иной мир.

Вот что он завещал землякам: «Я ухожу, но чувствую, что спустя столетия придет время больших перемен и испытаний для якутского народа. Когда это произойдет, я буду готов вернуться к вам еще более могущественным, чем прежде. Пусть тогда к моей могиле придет в полночь смелая женщина и сядет на надгробный камень. Из-под земли покажется большой черный паук. Женщине следует взять его и принести домой, а там опустить паука в чашу с молоком и выпить колдовской напиток. Тогда она забеременеет моим новым воплощением, а родившись, я подниму якутский народ к небывалым вершинам».

С этими словами шаман умер, и его похоронили со всеми подобающими почестями.

Прошло много лет, и вот в конце девятнадцатого века по селу, близ которого находилась могила великого колдуна, поползли слухи, что по ночам с кладбища доносятся тяжелые удары бубна и видно, как мелькают там блуждающие огни. Якуты шептались: «Шаман камлает, подзывает к себе женщину, хочет переродиться». Всплыла из глубин народной памяти старинная легенда о завещании. Люди посудачили, поохали, повздыхали – на том, однако, все и кончилось. То ли выродились за минувшие века храбрые женщины, то ли заветы шаманов перестали восприниматься так же серьезно, как в былые времена, но не нашлось ни одной якутки, которая согласилась бы отправиться ночью к могиле за колдовским пауком.

…А шаман еще долго продолжал зазывать к себе хотя бы самую распоследнюю блудницу, но так никого и не дождался. В конце концов звуки на кладбище стихли, видения исчезли, и больше колдун никак не напоминал землякам о себе. Возможно, счел, что такие люди уже не заслуживают его пришествия…

Это сообщение отредактировал Marv25 - 20.12.2017 - 15:04