Mayday,pan-pan ,. . . — — — . . .

Беспорядочные связи

Когда в 1888 году профессор Герц обнаружил электромагнитные волны, он понятия не имел, что бы такого полезного можно было с ними сделать. А вот инженер Губер соображал быстрее. Он предположил, что волны могли бы использоваться для беспроводной связи. «Это безумие», – объявил Герц, решил, что закрыл тему, и оставил свои любимые волны исключительно для учёных штудий.
Но уже в 1895 году Александр Попов сконструировал так называемый грозоотметчик, который принимал сигнал грозы. До первого радиоприёмника оставался один шаг.

Этого шага с жадным нетерпением ждали все моряки мира. Они отлично понимали, что значит тонуть в океане в полном одиночестве, и оказались главными заинтересованными лицами в этом вопросе. Попов не стал долго трепать им нервы и уже в 1899 году установил радиосвязь с броненосцем «Адмирал Апраксин», севшим на мель.

А всего через пару месяцев после этого пароход «Ермак» получил первый сигнал бедствия: «Спасите 50 рыбаков, унесённых на льдине в открытое море». Да-да, вот так длинно. Рыбаков спасли, но неизбежный вопрос о коротком и чётком сигнале бедствия уже замаячил на горизонте.

К тому времени технологию радиосвязи с кораблями уже прибрал к рукам ловкий итальянец Маркони. В отличие от Герца и Попова, он ничего не открывал, зато сумел технически освоить открытия других. Итальянец уже успел очаровать британцев и основал «Британскую компанию Маркони», ставшую монополистом по части морских радиоприёмников. В 1900 году ему удалось впервые в истории передать сигнал через океан. Он послал всего одну букву S, и её приняли на другом континенте. Почему именно S? Потому что она самая простая в передаче азбукой Морзе – всего три точки. Почему на воде требуется простота? Потому что тогда радиосвязь была лишь игрушкой молодых радистов, которые подолгу болтали в эфире.

Эфир тоже был простым и состоял всего из одной частоты. Это значило, что двое бездельников могли легко перекрыть все остальные сигналы. Чтобы прорваться через чужой трёп, на ключ Морзе клали книжку. Тут контур замыкался, и эфир начинали сотрясать оглушительные разряды.

Короче говоря, эфир в те ранние годы беспроводной связи был полон таких шумов и помех, что отправка сигнала оказалась делом, мягко скажем, непростым.

Как появился SOS

В 1903 году в Берлине собралась Первая международная конференция беспроводной связи. Участников съехалось мало – всё-таки дело совсем новое. Конференция позволила, что называется, сверить часы и договориться о том, что надо договариваться дальше. Никаких официально признанных сигналов бедствия на ней принято не было.

И тут в дело снова вмешался Маркони. Именно его компания в январе 1904 года утвердила первый сигнал бедствия, правда, действительный только для судов, оборудованных её радиостанциями. Им стали две буквы – CQ. Такими буквами подавали сигнал тревоги на железных дорогах, откуда в основном и приходили радисты. Это действительно в каком-то смысле удобно. Ведь на сочетание CQ не начинается ни одно слово ни в одном известном языке. И принимающему сигнал сразу становится ясно, что тут явно не какая-нибудь болтовня.

Вроде бы моряки договорились. Но очень быстро стало понятно, что сигнал CQ вовсе не так удобен, как предполагалось. Во-первых, он слишком сложен и в эфирных шумах просто теряется. Во-вторых, его часто путали с сигналом общего вызова CQ, тоже заимствованного у американских железнодорожников. И в-третьих, фирма Маркони держала монополию на сигнал со своих радиопередатчиков и просто запрещала капитанам «слышать» сигналы других станций.

В 1906 году в Берлине собралась Вторая международная конференция связистов. Теперь уже народу было много – своих представителей прислали 29 стран. Главный вопрос повестки дня – всё тот же сигнал бедствия. Маркони, разумеется, настаивал на своём CQ. Американцы возражали.

И тут в дело вмешались немцы, а точнее немецкий концерн «Телефункен», радиоэлектронный монополист Германии. Немцы предложили использовать их национальный протокол 1905 года, который ввёл три дополнительных сигнала, призывающих прекратить шум в эфире, слушать всем и ждать сигнал тревоги. Все эти сигналы не обозначали никаких букв. Они представляли собой длинные наборы точек и тире, передающихся без межбуквенного интервала.

Самым длинным был сигнал бедствия, так называемый Notzeichen («ноцайхен»). Он состоял из девяти знаков: три точки, три тире, три точки (. . . — — — . . .). Этот самый ноцайхен и был принят в качестве международного сигнала бедствия. В протоколе конференции он назван просто сигналом бедствия, безо всяких буквенных обозначений. Наименование SOS – это всего лишь способ запомнить аббревиатуру как сокращённое save our souls – «спасите наши души».

На самом деле никаких букв в сигнале бедствия нет вообще. Весь он целиком и есть одна большая «буква». Это был вопрос чистой техники.

Полный хаос в эфире

Та же берлинская конференция 1906 года приняла и правила подачи сигнала бедствия. Согласно этим правилам SOS не передавался сам по себе. Радисту нужно было набрать целую группу обязательных сигналов, чтобы сообщить о бедствии. Сначала в эфир уходил сигнал общего вызова CQ, передаваемый три раза, дальше следовали буквы DE – то есть «Я», представление, затем шёл позывной судна, затем сигнал SOS, передаваемый три раза, затем широта и долгота судна, и, наконец, два тире длительностью по 12 секунд.

Моряки не замедлили воспользоваться новым сигналом. Считается, что первым послал в эфир SOS американский пароход «Арапаоэ» 11 августа 1909 года, когда потерял ход и задрейфовал по пути из Нью-Йорка в Джексонвилл. Сигнал был принят телеграфной станцией в Северной Каролине и перенаправлен в офисы пароходной компании. Пароходу пришли на помощь, и всё кончилось хорошо.

SOS себя оправдал.

Впрочем, послать в эфир сигнал ещё не означало, что поймавший его корабль сможет прийти на помощь. В первые годы, когда в эфире царил полный хаос и непрерывный шум, передать столь длинное сообщение с координатами судна часто было просто невозможно. Вся надежда лишь на то, что кто-нибудь услышит хотя бы SOS. Дальше поймавшему сигнал радисту следовало определить, откуда сигнал пришёл.

В первые годы направление сигнала устанавливалось вручную: радист выходил на палубу, крутил громоздкую антенну, возвращался в рубку и слушал эфир. Если сигнал ослабевал, значит, он поступил с другой стороны, и радист снова шёл на палубу крутить антенну. Только в 1909 году был запатентован пеленгатор, который позволял определять направление сигнала простым подкручиванием ручки на приборе. Это сделало жизнь радистов проще, а у терпящих бедствие появилось чуть больше надежды на спасение.

«Титаник» не услышали

Но дело этим не ограничивалось. Ещё одной проблемой была неспособность радиостанций принимать сигнал бедствия автоматически в любое время суток. Дело в том, что экономные капитаны обычно нанимали на корабли всего одного радиста. Но один человек не может работать круглосуточно. Когда радист отдыхал, его простенькая радиостанция не могла ничего принять или отправить.

Именно это вечное стремление к экономии погубило пассажиров «Титаника». Когда 15 апреля 1912 года печально знаменитый лайнер столкнулся с айсбергом и начал тонуть, корабельный радист немедленно послал в эфир сигнал бедствия. Поскольку на пароходе стояло оборудование компании Маркони, сначала радист передавал сигнал CQ, но довольно скоро перешёл на SOS – так было больше шансов, что услышат. Но его так и не услышали.

Всего в восьми километрах от «Титаника» находился пароход «Калифорниан». Преодолеть эти километры он мог всего за полтора часа. Но дело было к ночи, и радист на «Калифорниан» уже пошёл спать, предварительно отключив радиостанцию. Отчаявшийся капитан «Титаника» приказал посылать в небо сигнальные ракеты. С борта «Калифорниан» их видели. Но капитан парохода был в стельку пьян, а дежурные матросы приняли ракеты за салют и дружно позавидовали тем, кто сейчас так здорово развлекается. А ведь приди «Калифорниан» на помощь, можно было вообще избежать жертв.

Только в 1929 году в Лондоне международный съезд по охране жизни на море постановил, что на всех пароходах водоизмещением свыше 5500 тонн должно быть установлено непрерывное дежурство для приёма сигнала SOS. Это постановление заставило экономных владельцев оборудовать свои радиорубки автоматическими приёмниками сигналов тревоги. Так дешевле, чем держать ещё одного радиста.

Майский день, именины сердца

Впрочем, принятый международным сообществом сигнал SOS оказался явно недостаточным. Технологии стремительно развивались, и вскоре на кораблях появилась радиотелефонная голосовая связь. Она делала почти бессмысленным использование азбуки Морзе. Но и голосовая связь требовала условного сигнала бедствия. Орать в телефонную трубку «Спасите! Помогите! Мы тонем!» как-то не по-мужски. Это унижает достоинство любого морского волка!

Старший радист аэропорта Кройдон в Лондоне Фредерик Стэнли Мокфорд, по всей видимости, был настоящим мужиком. Когда в 1923 году его попросили придумать сигнал бедствия, он добросовестно учёл все требования бедственной ситуации. Сигнал должен быть легко понятен в условиях плохой связи и, более того, звучать так, чтобы спутать с обычными радиопереговорами его было невозможно. Так появился Mayday («Мэйдэй»).

Происхождение этого слова не очень соответствует языковым нормам. Поскольку аэропорт Кройдон (ныне закрытый) в то время отправлял рейсы в основном в аэропорт Ле-Бурже под Парижем, Мокфорд решил выбрать словечко, которое понятно лягушатникам на той стороне Ла-Манша. Французского языка англичанин Мокфорд почти не знал, зато имел о нём своё собственное представление, весьма далёкое от реальности.

Он где-то услышал французскую фразу m'aidez («м’эдэ»), которая представляла собой просторечное сокращение призыва venez m'aider («придите ко мне на помощь», «помогите мне»). В литературном французском, впрочем, ни m'aidez, ни m'aider не используются как призыв о помощи, но для Мокфорда это уже лишние лингвистические детали. Он переложил тонкое звучание французской речи на английский – просто как слышал – и получил знаменитое «мэйдэй».

С тех пор сигнал «мэйдэй» используется во всех ситуациях, где существует прямая угроза жизни людей. Он может быть послан только по личному распоряжению капитана судна. Ложный сигнал Mayday во многих странах жестоко карается законом, поскольку приводит в действие весьма дорогостоящие спасательные операции и подвергает опасности их участников.

Попросите три раза

Вскоре в мире сложилась целая система голосовых сигналов, которые подаются в условиях разной степени опасности. «Мэйдэй» – это крайняя степень угрозы, когда речь идёт о жизни и смерти. Второй по срочности сигнал звучит как pan-pan («пан-пан»), от фр. panne, «поломка». Как и «мэйдэй», «пан-пан» передаётся три раза подряд и означает, что вся прочая радиосвязь должна быть срочно прекращена.

Капитаны кричат в эфир «пан-пан», когда на судне или самолёте возникает аварийная ситуация, но прямая угроза жизни людей отсутствует. Сигнал может быть подан, если судно потеряло управление из-за поломки руля или двигателя, если кто-нибудь из команды тяжело болен, если судно село на мель и так далее.

Третьим по срочности сигналом по международной классификации является словечко Sécurité («секюрите́»). Оно происходит от французского слова «безопасность». С его помощью передают в эфир важную информацию. Например, sécurité традиционно предваряет метеорологические или навигационные сводки.

Все сигналы тревоги, и посланные морзянкой, и произнесённые голосом, всегда передаются три раза подряд. Эта священная тройка вообще в любых ситуациях означает тревогу. Любой сигнал, переданный трижды, воспринимается как требование помощи. Если вы оказались в необитаемом месте, то помогут, например, три костра, разложенных в форме треугольника. Или три полосы вскопанной земли. Вообще всё что угодно. Главное тут – именно тройка.

Кстати, сигнал SOS на море теперь практически не используется. С 1999 года по решению Международной морской организации он был заменён на так называемую систему GMDSS. Эта международная система использует современные наземные, спутниковые и судовые системы радиосвязи, где морзянка полностью отсутствует. Такими системами сейчас оборудованы все суда, попадающие под действие Международной конвенции по охране человеческой жизни на море.

А сигнал «мэйдэй» действует повсеместно.

виа