Экстрасенсы по вызову 34 ( археологи )

Предыдущая часть

Никогда нельзя недооценивать своего противника, каким бы жалким и безобидным он ни казался. И это понятие работает в обе стороны. Колдун Кенгмо решил, будто бы Валера слабак, и, имея на руках весьма хорошие карты, с треском проиграл битву, но и его оппонент, одержав заслуженную победу, слишком поздно понял, что свалял конкретного дурака, и теперь вновь корил себя за беспечность. Ибо то, что рассказала ему по телефону дважды завербованная Пестимея, более всего напоминало злостное вредительство, а не хитрый план директора по окончательной ликвидации шайки Ябеды-Корябеды. Он потому и громкую связь включил, чтоб все знали: директор ЧП «Заговор» — идиот!!! Нет, не так — Идиот!!! Причём обязательно с большой буквы.

Вот если на склянке написано русским языком — «Не трогать», то почему... А хотя да. На чемодане с головой Скудоумихи, помнится, тоже самое было накарябано, а он всё равно этот чемодан взял и цинично применил, наплевав на все строгие инструкции. И это к чему привело? Правильно — к массовому одурению посторонних граждан при исполнении. И какая же теперь будет у директора отмазка? Неразборчивый почерк? Аллергия на чернила? Разучился читать? Она сама открылась, а он тут ни при чём? Ага — два раза ни при чём, а с чемоданом аж три получается!

И какие из этого выводы?

— Да гнать его из директоров надо! — опомнившись, завопил вслух Валера и грозно поправил на носу несуществующие очки. Потом он вспомнил, что очки сломаны и лежат в кармане, и разозлился ещё сильнее. — Галина Петровна! Нектарий! С этого момента я требую от нашего профсоюза самых решительных действий! Доколе эти начальники тупоголовые будут нам жизнь поганить? А? Я вас спрашиваю! Предлагаю утопить его в царской водке! Кто за?

Уборщица и экзорцист непонимающе переглянулись.

— Ты это про кого, Валерий Васильевич? Про колдуна-душегуба, что ли? — осторожно уточнил Нектарий.

— Ась? А, ну да. — осёкся тот и чуточку погодя с надеждой спросил: — Только потом ещё одного директора мне пристукнуть поможете? Галина Петровна его знает. Ну или хотя бы за ноги мне его подержите, пока я ему голову ржавой ножовкой... Всё равно он ею пользоваться не умеет.

— А я? А мы? Можно нам тоже в профсоюз, господин Валера? — заныла из трубки суккуба. — Он моей сеструхе лицо разбил и угрожал нам по-всякому, и ещё не поцеловал, гад чумной, ни разулечки. А сам, между прочим, на гимнастку запал из цирка и каждую ночь на её фотографии тирибонькает...

— Так... Тихо-тихо.

Валера шустро прикрыл телефон рукой и, моментально успокоившись, принялся заново вводить товарищей в курс дела. Никаких больше посторонних эмоций, только факты и только по делу. И если в этом деле он чего и приврал, то исключительно для общей пользы. Потому как Владыке не следовало знать о том, что у ЧП «Заговор» имелась голова Скудоумихи, поскольку это могло бросить тень на всех сотрудников организации и в том числе на присутствующую здесь же ни в чём неповинную Галину Петровну. Тем более и доказать уже ничего не получится — голова-то тю-тю. Она уже в ДК «Серп и Молот», а принадлежит она, голова, не им, а, разумеется, колдуну Кенгмо и его злодейской полюбовнице Настьке Шиш. А теперь колдун сбежал. Сдристнул, но, к счастью, недалеко и собирается средь бела дня обездушить целую кучу народа. Так что давайте вместе решать, как нам с этими вражинами разобраться. Галина Петровна, не уходите, вы же часть команды. Как мы без вас? Владыка и я, мы же не справимся. Мы же такие слабые. А вы, десять раз по мокрухе проходили, у вас и опыт... Ой, я хотел сказать, бесценный опыт сухой и влажной уборки, а те инциденты — уже дело прошлое. А кто вспомнит, тому и глаз вон.

Ну, чего-чего, а агитировать за правое дело он умел, причём ему было совершенно неважно, какое это дело, главное, чтобы по исходу его пылкой речи все дружно решили, что оно правое и общее и никакое другое. Вся халтура директора с подселением суккубов в тела отупевших пособников Ябеды-Корябеды была подана как героический подвиг. Адские девочки, мол, рискуя хвостами и копытами, встали на путь исправления и больше не мечтают о сиськах-письках, а жаждут нести справедливость во имя Луны, для того и проникли на территорию ДК «Серп и Молот». Собирались выкрасть артефакт, а не подбросить, как одна из них по глупости ляпнула. Это всё деза. Одержимая порет чушь, чтобы их не подслушали лоа, которые едва только закончилась битва, переместили своего недобитого хозяина на территорию ДК и окружили здание нерушимым защитным полем. Теперь девочки не могут оттуда выбраться и оттого очень тоскуют. Но чтобы там кто чего не подумал, переживают они вовсе не за себя, а за почти восемьсот человек безвинно очарованных зрителей, заявившихся на концерт Настьки Шиш в поисках халявы и излечения от различных болезней. А теперь нужно совместными усилиями порешать проблему и не только наказать иноземного супостата по всей строгости, но ещё и спасти заложников, желательно без смертоубийств. Кстати, дорогие мои, а вам не кажется, что кого-то не хватает?

Валера, прищурившись, внимательно посмотрел в сторону Ховринки, потом сложил ладони рупором и закричал:

— Эй, главврач! Выходи, ты тоже участвуешь!

******

Григорий Андреевич хрипел и держался рукой за грудь. До сорока двух лет дожил — и вот тебе здрасьте. Затроил мотор. И ладно бы с похмелья или ещё по какой веской причине, но чтобы от обычного телефонного звонка? Да где это видано? А тут ещё воздух вокруг сгустился и стал словно кисель, дышать невозможно. Электрик свистел ртом, словно пробитая автомобильная шина, негнущиеся пальцы потянулись к шее, силясь ослабить воротничок курточки, он уже был готов совсем испустить дух, но тут прямо перед ним возникло нечто, похожее на щупальце осьминога. Только прозрачное и будто бы в чёрной дымке.

«Вот и смерть моя, — огорчённо подумал он, оцепенело наблюдая, как оно шевелится и сползает с крыши, постепенно обрастая шипами. — А бабка моя утверждала, будто бы будет свет в конце тоннеля, выходит, врала».

«Григорий Андреевич Покрышкин?» — раздался в его голове гулкий безжизненный голос.

«Так точно, — смиренно закрывая глаза, мысленно подтвердил электрик. — Рядовой, пятый разряд, женат, отец двоих детей, имею вдовую тёщу».

«Не пугайтесь, Григорий Андреевич, я не за вами. Приношу искренние извинения за доставленные неудобства. Сейчас я закончу, и вам сразу же полегчает. В дальнейшем рекомендую взять отпуск за свой счёт на пару дней и посетить кардиолога. И с холестерином уже начинайте что-то решать, а то действительно в скором времени увидите свет в конце тоннеля».

Услышав эти слова, электрик машинально открыл глаза и лично убедился, что голос в голове не соврал. Щупальце действительно пришло не за ним. Оно пришло за таинственным Мурзилкой. Оно поймало его и насильно запихнуло в тот самый микроавтобус, в который он ещё недавно складывал обугленные тела. А потом прямо под автомобилем на асфальте появилась широкая трещина. Стоило только моргнуть, и он увидел, как щупальце потащило микроавтобус прямо в неё, невзирая на доносившиеся из салона возмущённые Мурзилкины крики.

И буквально через мгновение всё пропало. Ни микроавтобуса, ни трещины на асфальте и уж тем более никакого щупальца — словно бы и не было ничего. И сразу стало легче дышать, а на душе стало легко и радостно. Григорий Андреевич облегчённо выдохнул, почесал седую макушку и решил не пренебрегать советом об отпуске от посетившей его нечистой силы. А уж то, что это точно была нечистая сила, он уже нисколечко не сомневался.

*****

Сагитировать главврача Ховринки для Валеры оказалось парой пустяков. Ну конечно, тот возражал и для приличия даже отказывался, упирая на то, что врачи вне политики, однако же ему быстренько указали на его место. А место это было только одно — в профсоюзе и никак иначе. Впрочем, он так и не появился лично, предпочитая общаться с помощью телепатии.

«Вашего Дениса я так и быть вам доставлю, — недовольно бурчал главврач. — Уже приступил к доставке, можно сказать. Однако же моё дело лечить, а не заниматься всякими глупостями. Я вам и так лишнего помог. Одного лоа убрал. А уж вы дальше сами. Ну, ещё могу подлатать вас немножко. Хотя в случае некоторых из вас время — лучшее лекарство. Вы у меня его и так отнимаете, а меня работа ждёт. Я в принципе не понимаю...»

— Не-не-не, не отмазывайся. Ты уже по уши в операции или, говоря твоими же словами, «глубоко увяз в кишках пациента», — ехидно отвечал ему хитрожопый стратег. — Сам подумай: колдун знает, что ты развеял одного из его ценнейших лоа. Значит, ты против него. Комитетчики, церковники, а также всякая сборная нечисть в скором времени пронюхает, что ты его лечил и, вероятно, брал не деньгами. А чем же ты тогда брал у него за свои труды? И это будет для некоторых хороший повод спросить с тебя, батюшка, как с пособника душекрадов. Значит, выводы какие? Нет, ты, конечно, можешь нас выгнать, тем более что мы сами в скором времени отсюда уйдём, но как ты тогда отмоешься от всяческих подозрений?

«Понял, — несколько помедлив, отозвался главврач. — И чего вы хотите?»

— Что значит «вы»? Мы, дорогой мой, и ты в том числе, желаем победить иноземного супостата, обелить твоё честное имя заслуженного эскулапа и доктора, чья больница была буквально разрушена происками поганых лоа, а также спасти жизни несчастных заложников. Или ты за то, чтобы их души в рабство продали? Тогда — всего доброго, мы уходим, а тебя в скором времени навестят совершенно другие товарищи, которые спросят: хорошо ли ты лечил Кенгмо и почём. И почему ты его вообще лечил, если знал, что рядом с ним ползают сразу три лоа, — про это тоже обязательно спросят.

«Я же помогал. Убрал одного».

— Или пытался замести неудобные улики, — победоносно ухмыльнулся Валера. Своей извращённой логикой он крепко ухватил эту могущественную сущность за щупальца, и теперь на каждое возражение у него имелся свой гаденький аргумент. Тем более что можно не угрожать, а применить всё ту же мотивацию к свершению правого дела:

— Короче: прекращай уже фантазировать о нейтралитете. Ты же умный и интеллигентный архидемон, не то что твоя дальняя родня типа того же тупоголового Талера. Ты сейчас, ты только вдумайся, сторона пострадавшая. Твою больницу разрушили, повыбивали все окна, украли двери, изрисовали стены и подселили бомжей. И всё это сделали не экономический кризис и слепые геодезисты, разрешившие строить на болоте, а лоа во главе с африканским колдуном. А ты всего лишь лечил Владыку Нектария. А они, мерзавцы такие, заявились в больницу, намереваясь его бить и пытать, а ещё угрожали обесчестить Галину Петровну...

Тут он запнулся на полуслове, потому что заметил пристальный взгляд уборщицы, и этот взгляд не сулил ему ничего хорошего. Пришлось дипломатично поднять руки вверх и объяснить, что всё вышесказанное — это профсоюзная легенда, а легенды надо придерживаться, ибо они профсоюз. Профессионалы и союзники — одним словом, а значит, друг за друга горой. И если надо, он и ещё не то пизданёт, лишь бы защитить доброе имя своих товарищей по оружию.

— Я не буду заяву об износе писать, — строптиво заявила Галина Петровна. — Это чтоб меня потом терпилой считали? Грех-то какой на старости лет.

— А я переебу каждого, кто только откроет рот по этому поводу, — грозно поддержал её Владыка Нектарий.

— Вот-вот. Именно об этом я и говорю. Мне нравится ваш свирепый энтузиазм и героические стремления. Товарищи — мы должны быть едины в нашем стремлении изничтожить общего врага, а то, что Кенгмо враг, тут не может быть никаких иных мнений, — закивал головой Валера и тут же попросил экзорциста уведомить церковников о том, что в ДК «Серп и Молот» сейчас происходит форменный беспредел. Там, мол, под боком у ДК находится Спасо-Андронников монастырь, и если у душекрадов получится совершить задуманное, то доброе имя церкви будет опорочено на долгие годы.

Нектарий сразу всё понял и помрачнел. Забрал телефон у самоназначенного лидера профсоюза и отошёл в сторону. Несколько минут спустя он крикнул ему:

— Своих я предупредил. Может, ещё комитетчикам заодно сигнализировать?

— А вот их предупреждать не надо, — сурово отказался Валера. — По моим сведениям, у кого-то из них рыльце в пуху, так что они сами засуетятся, когда увидят, что зашевелились церковники.

*****

Денис победил в сражении с коварным и могущественным шаманом, перебил целую кучу служивших ему злых духов, ранил и изгнал обратно в подземный мир самого Куль отыра, и за все эти в общем-то благочестивые подвиги он никак не ожидал такой ужасной награды. Это надо же — живьём в Ад забрали! Да где такое видано-то? И самое главное — за что?!! А как же Божья защита? Разве силы добра и света не должны оберегать своих верных слуг? Хорошенькие дела, а он так старался. А как же Никита Бесогон и Харалампий Магнезийский? Их что, тоже всех в Ад отправили? Что же там в писании говорилось? Они побеждали нечисть не человеческой силой, а благодаря благодати божьей и вере... Ах, вон чего. Не помолился перед тем, как шаману башку свернуть, отсюда и наказание. Хотя нет, это же неправильно, это всё равно что наказывать милиционера при исполнении за то, что при задержании опасного преступника он не выстрелил в воздух и не сказал: «Стой! Стрелять буду!» Не понимаю! Требую адвоката! Господи, прости — не буду больше без твоего разрешения всякую погань убивать! Спасите!!! И ладно меня, а за что Япошу-то? Меня же за него Валера убьёт!

В результате от всего пережитого у него случилась настоящая истерика. И когда перед ним снова появилось демоническое щупальце, он тут же вцепился в него зубами, намереваясь отравить секретными токсинами, доступными лишь клану Змеи. От этого яда дохли даже самые древние демоны, однако его противник устоял и в ответ так сильно шарахнул электрическим током, что у поборника добра и света окончательно помутилось в голове. Он не мог пошевелиться, тело онемело, и только слышались разные голоса.

«Какой козёл! Ну надо же, какой козёл! Да чтоб я ещё раз связался с отродьем Выродка!»

— Валерий Васильевич, а про кого это он? Кто тут отродье? Вот этот, чернявый?

— Да что вы, Владыка. Он явно говорит про Кенгмо. Да я и сам слышал, что колдун упоминал, будто бы он из какого-то африканского клана. Не то леопард, не то долгоносик, одним словом крокодил. А Дениска наш, нашенский. Галина Петровна может вам подтвердить, он ей тапочки дарил буквально недавно.

— Подтверждаю, Денис это. Хмырь и цырлы свои грязные вечно не вытирает.

— Побожись! Вам, малефикам, верить...

— Да вот вам крест святой, что не вру. И микроавтобус это наш, вы же его видели. Кстати, а почему пассажир не целый? Уважаемый главврач, у меня к вам по доставке претензия.

«Да пошёл ты! Он меня мейтотоксином травануть пытался, до сих пор больно. Он таким уже был, когда я его поймал, одноухим. Претензия не принимается».

— Извиняюсь, но как вы это докажите? Отгрызли под шумок, а он ещё молодой, нервный, вот и напал на вас с перепугу. Я вас от всего сердца прошу вернуть недостающий орган на место, во избежание дальнейших недоразумений.

«Ладно. Будет вам ухо. Сами напросились».

— Вот и ладненько. Он так долго будет в несознанке валяться?

«Минут десять. Пока уровень адреналина не нормализуется. Пришивать ухо?»

— Ну разумеется, а я пока воды из машины принесу, он наверное пить захочет. Товарищи, Владыка и вы, Галина Петровна, не стесняйтесь, садитесь в Япошу. Скоро мы поедем в офис, возьмём там оружие, отдохнём немного, а дальше по ситуации.

Голоса стихли, и некоторое время Денис слышал лишь какое-то невнятное чавканье. Потом голоса вернулись снова.

— Слышь, а что там в салоне за барбекю? У меня пассажиры негодуют.

«Это не я. Я не проверял автомобиль, но, судя по моим данным, это гибриды третьего поколения, выращенные на заказ. Самец и самка. Брат и сестра».

— Коля и Оля? А нафига он их прихватил?

«Когда очнётся, сами у него и спросите. Извольте видеть, я закончил операцию. Использовал донорский орган. Теперь он целый».

— Хм.

«Вам что-то не нравится?»

— А почему ухо чёрное? Что ещё за абстракционизм?

«К сожалению, наше учреждение в данный момент не располагает большим выбором донорских органов подходящего размера. Если бы у меня было в запасе несколько дней, я бы вырастил ему недостающую часть из его собственных клеток. Но вы же торопитесь, вот мне и пришлось импровизировать на ходу».

— Да это вы специально сделали за то, что он вас укусил. Я же слышу сарказм.

«Не понимаю, о чём вы. Трансплантация была совершена в самые кратчайшие сроки, качественно, донор надёжный, и всего через сутки можно будет снять швы».

— И как мне его теперь обзывать? Белый Бим Чёрное ухо?

«Если вам не нравится, я могу его обратно отрезать».

— Да вам бы только чего отрезать... Погоди, это ведь ухо Кенгмо?

«К несчастью, да. Мы не успели провести косметическую операцию, и я подумал, чего добру зря пропадать».

— Хм. Может, это и к лучшему. Если лоа выставили вокруг ДК колдовскую защиту, значит, оно не пропустит никого, кроме хозяина. Ухо Кенгмо ведь считается частью хозяина? Выходит, у нас теперь есть тот, кого можно без палева закинуть на вражескую территорию. Короче — главврач молодец. Все претензии с тебя снимаются.

---------
автор Василий Кораблев