Дружба с приматамиНад дверью телевизионной студии загорелась яркая надпись: «Не входить! Идёт съёмка!». Увидев это, молодой арахноид, всё брюшко которого было опутано паутиной, создающий сложный узор, модный в этом сезоне, жизнерадостно затараторил в микрофон:
- Добрый день! Добрый день, уважаемые телезрители! Как вы все знаете, совершенно недавно произошёл первый контакт с инопланетным разумом. Носители разума оказались нам совершенно чуждыми, теплокровными существами. И уже были случаи взаимного непонимания. Но наше уважаемое правительство прилагает массу усилий, чтобы эти недоразумения оказались в прошлом. И о правительственной программе «Дружба с приматами» мы и поговорим сегодня с моим уважаемым собеседником. Встречайте: ведущий специалист по теплокровным существам профессор Аур Мухолов.
Камера показала крупного арахноида, чей хитиновый экзоскелет полинял от прожитых лет, а брюшко прикрывала старомодная паутина, незатейливо сплетённая сплошным полотном.
- Уважаемый Аур, я думаю, всем, кто смотрит нашу программу, интересно, что же ждать от мартышек.
- Для начала хотелось бы поприветствовать всех телезрителей, - солидно откашлявшись, проговорил профессор, - и сразу указать на вашу ошибку. Не стоит называть наших визави «мартышками», почему-то это их обижает.
- А как же их называть?
- Сами себя они называют, - пожилой арахноид достал планшетный компьютер, и пристально вгляделся в экран одним из своих боковых глаз, - «шшеловш-ш-шекки». Конечно, произносить такое сложное название обычным арахноидам непросто, но наши мудрые правители этого и не требуют. Ими рекомендовано обращение «приматы». Вот давайте так их и будем называть.
- Ну хорошо, приматы, так приматы! Профессор, расскажите телезрителям, как теплокровные животные вообще смогли стать носителями разума. Ведь фундаментальная наука, до самого момента контакта, утверждала, что это невозможно.
- Не совсем так, мой юный друг, - мягко перебил ведущего эксперт, - наука практически не оперирует термином «невозможно». Скорее утверждалось, что такое развитие событий маловероятно. Теплокровные, и правда, не очень приспособлены к окружающей среде. Им нужно принимать пищу не реже, чем раз в несколько дней, они очень сильно зависят от температуры окружающей среды, им нужен сон...
- Что такое «сон»?
- Это такое странное состояние мнимой смерти, когда теплокровное существо совершенно беззащитно перед окружающем миром. Наши учёные строят гипотезы, что это как-то связано с перегревом мозга у теплокровных животных, но конкретную причину мы так пока и не установили.
- А как же тогда наши разумные приматы смогли преодолеть перечисленные вами недостатки? – голос ведущего выражал искреннюю заинтересованность.
- Как ни странно, они их и не преодолели. Более того, чем больше в приматах развивался разум, тем более они культивировали эти свои недостатки. Взять например пищу… Вот скажите мой друг, как часто вы принимаете пищу и что входит в её состав?
- Странный вопрос, профессор. Я, как, впрочем, и остальные телезрители, принимаю пищу раз в месяц, согласно установленного правителями графика. А что входит в состав питательного бульона, я ответить затрудняюсь, но точно знаю, что арахноиды-кулинары также выполняют рекомендации правителей и этот бульон содержит все необходимые элементы для моей жизнедеятельности.
- А вот теперь представьте, что у приматов принятие пищи - это целая культура. Более того, они способны употреблять в пищу практически любую органику, что и проделывают совершенно изощрёнными способами, не менее трёх раз в день.
- Но ведь это огромные потери времени, которые можно употребить на благо обществу, - непонимающе проговорил молодой арахноид.
- Да, вы правы, но куда большей потерей времени является сон, про который я уже говорил. Примерно четверть суток, а кто-то и больше, средняя особь примата проводит в неподвижности, отключившись от всего мира и совершенно не используя свои когнетивные способности. Впрочем, даже когда приматы бодрствуют, их мысли обычно далеко от общественных интересов.
- И о чём же они думают?
- О пище, о деньгах – в их обществе количество денег примитивный заменитель рейтинга уважения особи, но чаще всего о спаривании.
- Как? – в голосе ведущего программы прозвучало искреннее удивление. – Разве у них нет искусственного оплодотворения семенной жидкостью самых достойных представителей рода отобранных для продолжения рода самок?
- Нет! Более того, их спаривание не только не всегда приводит к размножению, но в большинстве случаев спаривающиеся специально предохраняются от появления потомства.
- Но для чего им это надо?
- Затрудняюсь ответить. Возможно какой-то ритуал, дань традиции или просто они получают от этого какое-то странное удовольствие. Знаете, в рамках обмена культурными ценностями, я просмотрел документальный фильм о спаривании двух представителей приматов. Отвратительное зрелище, - жвала пожилого арахноида непроизвольно сжались, и на их конце блеснула капля яда, выдавая сильнейшее нервное волнение профессора. – Лично у меня сложилось такое представление, что половой инстинкт им совершенно чужд. Причём, судя по отзывам, передо мною были немолодые и достаточно опытные особи, не первый раз спаривающиеся перед публикой. Началось всё с того, что самка примата припала своими жвалами к педипальцам самца, то ли надеясь высосать из них семенную жидкость, то ли перепутав своего партнёра с едой. По выражению лица самца было понятно, что это доставляет ему мучения, но он стойко их переносил, надеясь продолжить половой акт. И когда самка устала, её партнёр, наконец, добрался своим половым партнёром до эпидигмы самки и долгое время совершал педипальцами движения, так и не добившись результата. Более того, несколько раз он путал отверстия и в итоге излил свою семенную жидкость просто на тело самки. Кроме того, во время всего пологого акта приматы покусывали и присасывались друг к другу.
- Половой канибализм? – с ужасом воскликнул ведущий.
- Возможно какие-то его врождённые зачатки, оставшиеся со времён, когда поедание себе подобных ещё не стало табу.
- Ну что ж, меня, как и телезрителей, после тех ужасов, что вы здесь рассказали, волнует вопрос, - ведущий сложил две пары ножек на головогруди в знак искренности, - как же правители планируют привить населению дружбу с приматами?
- Ну, тут есть несколько направлений. Будут демонстрироваться произведения их культуры, разумеется, после цензуры особо омерзительных моментов. В соцсетях будет организавано движение, где в доступной графической форме молодым арахноидам будет прививаться мысль, что приматы такие же разумные существа, как и они. Планируется совместное производство кинофильмов и виртуальных игр. В общем, программа достаточно широкая и охватывает все слои населения.
- А наше эфирное время, к сожалению, подошло к концу. Спасибо вам, уважаемый Мухолов, за эту познавательную беседу. И позвольте с вами попрощаться и пожелать удачи в налаживании контактов с этими странными разумными теплокровными приматами. Слава правителям!
- И вам спасибо за тёплый приём и хорошие вопросы. Был рад рассказать телезрителям, что знаю сам. До свидания. Слава правителям!
Съёмка закончилась и в студии началась обычная суета. А ведущий подошёл к своему гость, неловко снимающему прикреплённый к нему микрофон, и вполголоса спросил:
- А скажите мне, уважаемый Аур, не для камеры, а как вы сами думаете, неужели действительно возможна дружба между арахноидами и приматами?
- Знаете, мой юный друг, - усмехнулся в ответ профессор, - при всём моём уважении к правителям и великой самке, мне кажется, что в этот раз их задумка не принесёт результата. Какая ещё дружба?! Мартышки – это ведь сущее недоразумение природы. Одно слово – теплокровные!
Тут должна быть картинка №4.p.s. С наступающим Новым Годом примата, шшеловш-ш-шекки! Пусть у вас будет то, о чём вы постоянно думаете. И здоровье, чтобы всё это радовало!
yaplakal.com