Маленькие фрагменты большой войны (Великая Отечественная война глазами очевидцев)

Но в телевизоре будут показывать гнусные Штрафбаты, Топоры и прочих Сволочей.
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Воспоминание 3. Пособник фашистов
Фото 7
На следующий день, отец, которому на тот момент исполнилось 66 лет, пошёл к немцам устраиваться в похоронную команду. К удивлению, его приняли и сразу же, после первого дня работы выдали продуктовый паёк. Насколько я помню, их заставляли копать братские могилы и хоронит там умерших. Вместо оплаты полагалась дополнительная пайка. Найти такую работу в Слуцком концлагере было большой удачей, и это фактически спасло нас от голода - в других семьях взрослые и дети умирали от недоедания.
Через несколько месяцев наш отец умер, надорвавшись на тяжёлой работе. Мы начали сильно голодать, но, вскоре после его смерти, подошли части Красной Армии и нас освободили.
Фото 8
Специально для жителей Калининской (Тверской) области выделили несколько железнодорожных вагонов, чтобы доставить нас на родину. Однако, радость освобождения была с горчинкой - на всех членах нашей семьи, вплоть до 60-х годов висело клеймо: «родственники пособника фашистов», из-за чего, иногда, были проблемы в послевоенной жизни.
Впрочем, это совсем не помешало братьям поступить в военное училище и посвятить жизнь службе в армии. Я же, после окончания педагогического техникума, пошёл работать учителем. Меня очень долго не принимали в члены Коммунистической партии – в анкетах приходилось честно писать, что был под оккупацией, а близкий родственник работал на фашистов.

Николай К. (1937 г.р.) рассказывает:

«Мамка, яйки!»

Военные годы я пережил в глухой деревне под Брянском. которую война, практически, обошла стороной.

В 41-м году срочно мобилизовали всё мужское население деревни, и они, пешком, пошли в районный центр, в военкомат, но не дошли. Немцы перерезали дорогу, и все вернулись назад.
В основном, всё время пока были под оккупацией, мужики постоянно прятались в лесу.

Ходили слухи о зверствах оккупантов в соседних деревнях. Рассказывали ужасы не о немцах, а о их союзниках - венграх и румынах. Говорили, что они бросали детей в колодцы, убивали и грабили селян.
Когда началось наступление Красной Армии в деревню зашли отступающие немецкие части. Все мужики быстро убежали огородами в лес прятаться, а я, с матерью, остался дома.

Хорошо помню, как дверь неожиданно распахнулась и в хату зашли два солдата, в немецкой форме, с оружием в руках. Стояли и говорили о чём-то между собой, а потом показали пальцем на меня.
Мать побледнела. Как она потом вспоминала, ей подумалось, что меня сейчас будут убивать и бросать в колодец. Однако немцы помялись у порога, а потом один очень коряво выговорил: «Мамка, яйки!»
Мать метнулась в сени и вынесла пяток яиц. Немцы довольно что-то залопотали, похлопали меня по плечу, взяли за руку и нацепили на запястье металлический браслетик.

Потом они зашли к соседям, тоже просили яйца и одарили соседскую девочку конфетами. Я очень завидовал ей – браслетик был мне совершенно не нужен, а конфет попробовать очень хотелось — это было, в те времена, невиданной роскошью.

Вот и всё о встрече с немцами.
Единственное, чем немцы нам навредили, так это зачем-то подожгли мельницу, но все дома в нашей деревне уцелели. Соседним деревням повезло меньше – там многие дома сожгли и люди остались без крова. А мужиков, с приходом нашей армии, всех призвали на службу и почти сразу бросили на фронт. Уцелело в тех жестоких боях только три человека из всей деревни…

Константин Васильевич П. 1832 г.р.
В больнице, в соседней палате, лежал старик, Константин Васильевич. В войну ему было 10 лет. Вот что сохранилось в его памяти про войну:

Постояльцы
- Немцы остановились на постой в нашей избе. Скорее всего, это была какая-то тыловая часть – наверное, сапёры, которые строили укрепления. Все были пожилые и тихие. Выдавали матери тушенку, чтобы она готовила картошку с мясом на всех. Часто делились хлебом и сахаром.

Как-то, порубили фруктовые деревья в саду на дрова. Мать, утром, увидев такое дело, сильно ругалась на немцев и хлестала их полотенцем. Те поняли за что она их гоняет, и уворачивались с виноватым видом, лопоча что-то по-немецки – оправдывались, наверное.

Прожили они у нас около месяца. В одно утро немцы встали очень рано, быстро собрали свои вещи и ушли навсегда. Через несколько дней подошли наши части…

Пётр Л. 1939 гр. вспоминает:

«Тошнотики»

В войну мы жили в оккупированном городе Ржеве, где на окраинах шли очень жестокие бои.
Военные годы плохо помню, немцев не видел, но врезалось в память то, что мать каждый день уходила куда-то кашеварить для немцев. Мы со старшими сёстрами и братьями ждали её прихода и очень радовались, когда она приносила большой мешок с картофельными очистками, из которых стряпала для нас оладьи. Эти оладьи мы почему-то называли – «тошнотики». Угощая нас, она смеялась сквозь слёзы и рассказывала, как старалась потолще срезать кожуру с картошки, чтобы нам больше досталось. С её слов, только благодаря этим «тошнотикам», мы выжили во время немецкой оккупации.

Пока всё...

Ты точно, с правельной стороны🤔 или?
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата (DrVoron @ 06.05.2026 - 18:08)

Но в телевизоре будут показывать гнусные Штрафбаты, Топоры и прочих Сволочей.

Про эти концлагеря тоже показывают если что...
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата

Ты точно, с правельной стороны🤔 или?

А что минус, может фотки у него
из личного архива🤔
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Отец (1938 гр) рассказывал что даже эсэсовцы в сравнении с этими румыно-цыганскими подонками практически нормальными были... Румыны вообще местное население за скот считало... Мягко СССР с Румынией после войны обошёлся. Да собственно не только с Румынией...
Размещено через приложение ЯПлакалъ