131
В детском саду Даше показали мультфильм. Судя по пересказу Даши, мультфильм снят в жанре фантасмагории, я не удивлюсь, если к нему приложил руку режиссер «Желтой субмарины». Сюжет мультфильма утрачен, по отдельным фрагментам можно понять, что речь шла о морских пиратах.
Теперь у нас в детской пиратский корабль, он построен по всем правилам пиратского кораблестроения: в нем четыре табуретки, два стула, сверху все это накрыто пледом, это палуба. В гости к Даше пришла лохматая Настя, вместе они устроили крушение у берегов дивана.
Настина мама называет Настю как-то по-другому, но я говорю «лохматая», чтобы никто не перепутал ее с другой Настей, которая гладкошерстная. Когда эта лохматая Настя приходит в гости, они с Дашей за какие-нибудь полтора часа превращают детскую в филиал первобытного хаоса. Сегодня был хаос с морской тематикой.
Иерархия на пиратском корабле такова: Даша — пиратский капитан, а Настя — моряк. Катя выдала девочкам в дорогу тарелку печенья и судовой журнал с карандашами, чтобы зарисовывать в него дельфинов. Перед самым отплытием, по старинной традиции, о борт корабля разбили вазу. Ваза стояла на тумбочке, ее вообще-то никто не хотел разбивать, традиция исполнилась как-то сама собой. Даша так и сказала маме:
— Я не прыгала, не прыгала! Она сама упала!
Пока Катя подметала и пылесосила пирс, девочки успели сходить на третий этаж, в гости к лохматой Насте, вернувшись, они привели с собой корабельного кота Барсика. Барсик не хотел идти в плавание, в душе он был сибарит и не готов был променять уютный коврик под батареей на полную лишений жизнь корабельного кота. Впрочем, никто не спрашивал его мнения, требуется некоторое время, чтобы кот почувствовал вкус к морской жизни. Даша с Настей были уверены, что сумеют воспитать из кота настоящего морского волка. Когда его лицо обветрится, когда он перестанет шипеть и ругаться на брызги волн, он сам поймет, в чем прелесть этой жизни.
Однако в тот момент Барсик еще не знал, в чем прелесть жизни, и, судя по всему, не дал бы за это знание и дохлой мухи. Едва его погрузили на борт, как он истерично мяукнул, прыгнул в воду и в два прыжка уплыл под диван.
— Крысы бегут с корабля, — задумчиво промолвила Катя.
— Он не крыса! — бросилась защищать Барсика Даша. — Он морской котик, он поплывет за кораблем.
Катя выразила свои сомнения, ей, напротив, казалось, что Барсик плотно залег на дно и никуда плыть не намерен. Кроме того, она беспокоилась, что с морского котика под диван может натечь некоторое количество соленых морских брызг, а Катя категорически против брызг. Она потребовала, чтобы немедленно состоялась репатриация котика на родное лежбище, в Настину квартиру.
Таким образом, жизнь пирата по большей части заключается в транспортировке корабельного кота с берега на борт, а затем в обратном направлении. Кот, надо отдать ему должное, уже начал входить во вкус морской жизни и уходить из-под дивана добровольно не захотел.
Неосторожная морская корова, рискнувшая заплыть в воды детской, застала бы там такую картину: Даша с Настей, по колено в воде, печеньем выманивают из-под дивана морского котика. По лицу котика было ясно, что он терзаем сомнениями, с одной стороны, жизненный опыт говорил ему, что в ситуации кроется какой-то подвох, с другой, хотелось верить, что предчувствия его обманывают. Он рискнул выйти, понюхать печенье, совсем чуть-чуть, одной ноздрей. Оказалось, опыт был прав: он был тут же схвачен за передние лапы и вытащен на берег.
— Мы загарпунили кашалота! — завопила Даша. Настя разделяла ее восторги, один только кашалот жалобно мяукал и размахивал хвостом, стремительная карьера от кота до зубастого кита его почему-то не вдохновляла. Отчаянно брыкающегося кашалота крепко обняли и унесли в родные южные моря, на третий этаж, чтобы выпустить на свободу. Пусть плавает.
Обратно Даша вернулась без команды, Настина мама позвала Настю ужинать.
— Еще бы, — сказала Катя. — Такого большого кашалота принесли к ужину.
Даша возмутилась, кашалотами не ужинают, это всем известно. Кашалотов нельзя есть, они хорошие и очень большие, они сами кем хочешь поужинают.
— А правда, кашалот — это от слова «кошачий»? — спросила Даша.
Я сказал, что да, а Катя сказала — нет, это от слова «каша». Средний кашалот способен за один присест съесть около ста ведер овсянки, а гречки с котлетами — хоть двести, поэтому кашалот так называется. Между прочим, сказала Катя, у нас на ужин как раз гречка с котлетами, традиционное блюдо кашалотской кухни.
— А компот? — спросила Даша.
Если кто не знал, компот кашалоты пьют бочками. Даша потребовала себе самую большую бочку компота, какая только найдется на кухне.
Вечером, когда мы укладывали Дашу спать, она сказала:
— А давайте купим аквариум, посадим туда маленького кашалота, вот такого. Не взрослого, а малька. Кашалотёнка. Я его буду гречкой кормить и дрессировать, ты его позовешь: «Кис-кис!», и он приплывет.
Так что на следующих выходных мы с Дашей пойдем в зоомагазин, искать малька кашалота. Если найдем, купим заодно и аквариум. Еды для кашалотов у нас вдоволь, компот тоже найдется.
А когда он подрастет, мы выпустим его в речку Томь.
Пусть плавает.
©
alex-aka-jj
yaplakal.com