15
Карл Каутский (1854 – 1938 г.) теоретик классического марксизма, редактор IV тома «Капитала», К. Маркса.
В раннем СССР Каутского знали не понаслышке. Считали ярым врагом большевизма, публиковали многочисленные карикатуры на него. Но при этом... издавали.
Широкой публике Каутский известен по повести М.А. Булгакова « Собачье сердце»: Шариков читал переписку Энгельса с Каутским и был несогласен…- С кем? С Энгельсом или с Каутским? — С обоими!
Старшему поколению (изучавшему Научный коммунизм) он известен как «ренегат и политическая проститутка» (см. статью В.И. Ленина «Пролетарская революция и ренегат Каутский» и «учитесь как правильно» смешивать с г… своих оппонентов, если потребуется, конечно).
«Переписка Энгельса с Каутским», так некстати подсунутая Шарикову Швондером, на пользу неокрепшим шариковским мозгам явно не пошла. Но, вообще, про Каутского – кто был этот человек, каких взглядов придерживался, о чем переписывался и с Энгельсом, и с другими теоретиками марксизма – большинство из нас не помнит практически ничего. Ну, разве что, всплывет откуда-то отзвуком давно отгремевших баталий забытое словцо «ренегат». А ведь, будучи видным теоретиком марксизма, редактором IV тома «Капитала», Каутский действительно имел массу тем для обсуждения с Энгельсом.
В «ренегаты» же его «определил» В. Ленин, когда Каутский начал дискутировать с большевиками, называя их повседневную практику несовместимой с идеями демократии и социализма.
В 1930 г. вышла книга К. Каутского «Большевизм в тупике». В ней автор оценивал провал идеи НЭПа и выражал уверенность, что теперь-то «громада» большевизма поскрипит-поскрипит, да и развернется-таки передом к идеям европейской демократии, ибо деваться ей больше некуда.
Как показало время, «громада большевизма» нашла, куда развернуться – и это были вовсе не идеи европейской демократии.
Россия рванула по рельсам индустриализации, подчинив промышленному развитию всё! Безусловно, в такой «плавилке» идеи «ренегата и политической проститутки» вряд ли кто-то стал бы в серьёз рассматривать.
При жизни Маркса Энгельс, играл вторую скрипку. Но со времени последней болезни своего соратника и особенно после его смерти он в течение 12-ти лет непосредственно и неоспоримо руководил концертом мирового социализма. К этому времени Энгельс давно уже освободился от своих коммерческих дел, был в материальном смысле вполне независим и все свое время отдавал приведению в порядок и изданию литературного наследия Маркса, собственным научным исследованиям и огромной переписке с левыми вождями рабочего движения всех стран. На этот последний период жизни Энгельса (1881—1895) и падает переписка его с Каутским.
Каутский, опубликовал свою переписку с Энгельсом в 1935г., спустя сорок лет после смерти Энгельса. (Здесь проявляется некоторая пикантность момента: на момент написания повести «Собачье сердце» (1925 г.), переписка, в качестве самостоятельного издания, вряд ли могла существовать… Но факт существования такой переписки подтверждали письма Энгельса, которые, несомненно были опубликованы.)
< – Эту... Как ее... переписку Энгельса с этим... как его – дьявола – с Каутским. Борменталь остановил на полдороге вилку с куском белого мяса, а Филипп Филиппович расплескал вино. Шариков в это время изловчился и проглотил водку…
– ... какой негодяй снабдил вас этой книжкой?
– Все у вас негодяи, - испуганно ответил Шариков, оглушенный нападением с двух сторон.
– Я догадываюсь, - злобно краснея, воскликнул Филипп Филиппович.
– Ну, что же. Ну, Швондер дал. Он не негодяй... Чтоб я развивался...
– Я вижу, как вы развиваетесь после Каутского, - визгливо и пожелтев, крикнул Филипп Филиппович. Тут он яростно нажал на кнопку в стене. Сегодняшний случай показывает это как нельзя лучше!
–Зина! Зина! – кричал Борменталь.
– Зина! – орал испуганный Шариков. Зина прибежала бледная.
– Зина, там в приемной... Она в приемной?
– В приемной, – покорно ответил Шариков, – зеленая, как купорос.
– Зеленая книжка...
– Ну, сейчас палить, - отчаянно воскликнул Шариков, - она казенная, из библиотеки!
– Переписка - называется, как его... Энгельса с этим чёртом... В печку ее! >
Почему Каутский спустя сорок лет после смерти Энгельса вдруг выступил с публикацией этих писем? Совершенно ясно, что Каутский был вынужден. После того, как Институт «Маркса, Энгельса и Ленина» сделал достоянием гласности большую часть этих материалов. Не раз уже Каутский метал громы и молнии по поводу, «джентельменского соглашения» не печатать этих писем без его, Каутского, разрешения. Но большевики, которые считали самым честным делом сделать достоянием масс все, что писали Маркс и Энгельс, не стали считаться с этим «джентельменским соглашением» и напечатали ряд писем, в которых было показано, как Энгельс боролся с оппортунизмом вообще и с оппортунизмом Каутского в частности. И теперь Каутский «спешит» с опубликованием писем Энгельса.
Каутский скрывал от рабочего класса письма Энгельса. Он боялся тех уроков, которые из них могли извлечь широкие рабочие массы. Но больше всего он боялся, что таким образом обнаружится подлинное отношение к нему Энгельса. Припертый к стене, Каутский, выступая с публикацией этих писем, старается их передать в такой форме, чтобы ослабить впечатление и затушевать принципиальную основу недоверчивого отношения Энгельса к нему. Для этой цели он позволяет себе неслыханно вольное обращение с письмами Энгельса: печатая одно, два или несколько писем Энгельса, он тут же, в тексте самой книги, вставляет свои комментарии. Ознакомившись с письмами Энгельса к Каутскому, легко разглядеть картину все увеличивающегося недоверия Энгельса к Каутскому.
Использованы: цитаты из повести М.А.Булгакова "Собачье Сердце"
Выборки из материалов находящихся в свободном доступе в Интернете
Это сообщение отредактировал ComradeVladi - 30.01.2026 - 22:09
yaplakal.com