Слава и трагедия “русского Шерлока Холмса”

Статья получилась достаточно объёмной. Но кратко, в нескольких абзацах, рассказать о судьбе этого выдающегося человека было бы невозможно. И неуважительно к самому герою.

Золотой век детектива подарил нам множество звёздных имен. Противостояние закона и преступного мира - одна из самых захватывающих тем, многократно воплощённая на страницах книг, в сюжетах художественных фильмов. Сложилось так, что подвиг тех, кто боролся с преступностью в реальной жизни, выполняя свой долг перед народом и государством, известен и оценён куда хуже подвигов вымышленных.
Почетное место в мировой плеяде выдающихся сыщиков по праву принадлежит Аркадию Францевичу Кошко.

Его имя, не заслуженно забытое за годы советской власти, благодаря оставленному им научно-практическому и литературному наследию, сегодня вызывает восхищение и неослабевающий интерес.

Аркадий Кошко родился в 1867 году в Минской губернии в родовом имении богатого и знатного дворянского рода евангелическо-лютеранского вероисповедания с польско-литовскими корнями. Его отец служил в палате гражданского суда города Могилёва (современное прочтение - в областном апелляционном суде). У Аркадия было три сестры и старший брат, Иван, впоследствии занимавший высокие посты пензенского и пермского губернатора и написавший об этом мемуары. Отпрыски дворянского рода по традиции обязаны были получить военное образование.

Старший брат Аркадия учился в Санкт-Петербурге, окончив в итоге Академию Генштаба. Аркадий отправился в Казань, где окончил местное пехотное юнкерское училище, после чего поступил на военную службу и был зачислен в полк, расквартированный в Симбирске. Потянулись монотонные и однообразные дни. Аркадий Францевич, будучи человеком деятельным и энергичным, откровенно заскучал. Время выдалось мирное, о ратных подвигах не приходилось даже мечтать. И в 1894 году молодой офицер решил, что пришла пора резко изменить свою жизнь: реализовать свою давнишнюю мечту. Выбор был очевиден: с детства Аркадий зачитывался детективными романами, любимым героем для него был сыщик Лекок, придуманный французским писателем Эмилем Габорио. И Аркадий Францевич в возрасте 27 лет стал рядовым инспектором в Риге.

Семья Аркадия Францевича, от его решения не была в восторге. Престиж профессии полицейского для дворянина был невысок, и офицерское звание правоохранителя не признавалось в обществе “настоящим”. Однако Кошко проявил жёсткость характера и, рассорившись с родными, принял решение, определившее всю его будущую жизнь.
С энтузиазмом принявшись за работу, он стал быстро показывать выдающиеся результаты. Успех, конечно, пришёл не на пустом месте. Аркадий Францевич в своей работе часто использовал приемы, которые «подглядел» у своих литературных коллег.
Кошко прибегал к методу «ловли на живца», выманивая преступников на себя.

Неотъемлемыми атрибутами полицейского стали грим и костюмы. Преобразившись до неузнаваемости, он без прикрытия отправлялся по злачным местам Риги, где добывал информацию и вербовал агентов. Систематический подход позволил ему выйти на высочайший уровень раскрываемости преступлений. Так в 1897 году он раскрыл 8 убийств - показатель, едва ли не рекордный по меркам любой европейской полиции.

Среди громких дел, которые он довёл до успешного завершения, можно выделить поимку дерзкого грабителя и убийцы Карлиса Озолиньша. Установив его личность, Кошко под видом скупщика шерсти отправился к загородному дому родителей преступника, где выяснил, что тот скрывается… в кроне огромного дерева неподалёку, после чего вызвал отряд для задержания. Для блистательного разоблачения банды карточных шулеров сыщику пришлось научиться мухлевать в карты, организовать собственный подпольный игральный дом на съёмной квартире и лично внедриться в группировку. Затем во время одной из сходок он поставил на кон 10 тысяч рублей - огромные по тем временам деньги - и пригласил сыграть на них главаря группировки. Поединок был назначен на вечер, и на него собрались все главари преступного сообщества. Там-то Кошко и организовал их задержание.

Благодаря деятельности Аркадия Францевича ситуация с преступностью в Риге стала стремительно улучшаться, и в 1900 году, через шесть лет после начала новой карьеры ему предложили возглавить городскую полицию. Сам Кошко писал, что согласился “не без робости”. О специфике места своей работы он отзывался так: "Рига и тогда была крупным центром с весьма пестрым населением, особенно преобладали латыши и немцы, а, следовательно, в борьбе с преступностью приходилось учитывать и их психологию, весьма своеобразную и мало схожую с русской…".

На новом посту Кошко стал активно внедрять последние достижения криминалистической науки. Благодаря его руководству в Риге был наведён порядок. В 1905 году, когда в стране началась революция, местные бандиты решились устранить ненавистного им начальника полиции и назначили за его голову солидную награду. Аркадий Францевич чудом уцелел, благодаря полученным в последний момент оперативным данным, и его решено было вывезти из города. На поезде Кошко отправился на восток, в Царское Село.

В загородной резиденции русских императоров, Кошко возглавил местный сыск. А уже на следующий год его перевели непосредственно в столицу, где он стал заместителем начальника полиции Владимира Гавриловича Филиппова.

В Петербурге Аркадий Францевич успешно продолжил работу. Он по-прежнему старался руководить всем самостоятельно, предпочитая чтению докладов непосредственное общение с агентами. Это позволяло не снижать эффективности в раскрытии дел. Так, в 1906 году в столице возникла серьёзная проблема с фальшивыми бумажными деньгами. Основной их поток шёл из недавно родной для Кошко Риги; они даже получили название “латышские рубли”. Получив сведения о прибытии новой большой партии, Аркадий Кошко организовал операцию, в которой его агент сыграл роль продавца большой коллекции краденых бриллиантов. На эту наживку и был пойман некий поляк, оказавшийся перевозчиком поддельных банкнот, а через него сыщики накрыли целую сеть фальшивомонетчиков, уходящую своими концами в Швецию.

Кошко заметили в самых верхах имперского руководства. Он пользовался доверием премьер-министра страны Петра Аркадьевича Столыпина, который в 1907 году присвоил сыщику генеральское звание. Знал о его успехах и император Николай II.

В те времена криминальная обстановка в Российской империи ухудшилась. Назрели перемены в полиции. И в марте 1908 года директор Департамента полиции Максимилиан Иванович Трусевич распорядился образовать «Отдел уголовно-сыскной части». А в июне того же года Государственная дума взялась за рассмотрение закона «Об организации сыскной части». На том заседании выступил бывший товарищ (заместитель) прокурора Одесского окружного суда, член Комиссии по судебным реформам Людвиг Готлибович Люц. Он заявил, что «быстро разрастающаяся за последнее время преступность обязывает государство принять особые меры для борьбы с преступниками».

Закон «Об организации сыскной части» был одобрен Николаем II и принят Государственной думой 6 июля 1908 года. Вскоре после этого во всех крупных городах Российской империи начали работу 89 сыскных отделения. Было необходимо перебороть разросшуюся за годы Первой русской революции преступность. В рамках этой кампании Кошко назначили руководить сыском в самое проблемное место страны - в Москву.

В Белокаменной дела с преступностью обстояли ужасно. Этому способствовала и чудовищная коррупция, распространившаяся во властном аппарате за время нахождения на посту градоначальника генерала Анатолия Рейнбота. В 1907 году Рейнбот, вместе с главой местной полиции Д. П. Моисеенко был снят с должности и отправлен под следствие. На место последнего и прибыл Кошко.

Московский период стал звёздным часом в карьере Аркадия Францевича. Он сразу же вывел дело на новый уровень, применяя разработки, приносившие ему успех в прошлом, и придумывая новые. В 1910 году он сумел раскрыть резонансное дело, которым была возмущена даже царская семья. Весной ограбили Успенский собор Московского Кремля. После осмотра места преступления, Аркадий Францевич предположил, что грабитель не успел скрыться. Видимо, он наткнулся на случайного свидетеля и решил залечь на дно в том же соборе.

Стражи порядка несколько раз прочесали собор, но никаких следов преступника не обнаружили. Аркадий Францевич распорядился оцепить место преступления и просто ждать. Через три дня из-за иконостаса выбрался парень, которого тут же схватили. При нём обнаружили драгоценные камни из иконы Владимирской Божией Матери. Преступник оказался Сергеем Семеным, учеником ювелира. Все три дня парень сидел в потайном месте и питался просфорами, ждал когда сыщики уйдут.

Главное дело

В следующем году Аркадий Францевич сумел нейтрализовать банду Васьки Белоуса. Это дело стало самым главным в карьере Кошко. О нем сыщик написал в своей книге «Уголовный мир царской России».

В одном из районов Москвы в 1911 году появилась банда. Преступники грабили состоятельных людей, но, не причиняя им физического вреда. Уездная полиция топталась на месте; к расследованию подключили Кошко. Вскоре стражам порядка удалось арестовать одного из членов банды. На допросе преступник рассказал, что руководит ими Василий Белоусов, который сам себя называл Васька Белоус. Затем грабитель признался, что простой народ горой стоит за Ваську, поскольку тот всегда делился добычей. Вырисовывался эдакий московский Робин Гуд, грабивший богатых и помогавший бедным. Стало понятно, почему уездная полиция не продвинулась в расследовании – Белоуса, как настоящего героя, покрывали крестьяне.

Шло время, а Белоус оставался неуловимым. Главарь банды так осмелел, что стал оставлять полицейским письма, в которых послание всегда начиналось одинаково, со слов: «Дело сделано мной, Васькой Белоусом, знаменитым атаманом неуловимой шайки, родившимся под счастливой звездой Стеньки Разина. Крови человеческой не проливаю, а гулять гуляю. Не ловите меня - я неуловим. Ни огонь, ни пуля не берут меня: я заговоренный».
Но чем больше совершал ограблений Васька, тем становился беспечнее. …На его руках появилась кровь: с подручными убили троих - некую жену генерала, пристава Блинчикова и полицейского надзирателя Муратова. Как раз после смерти надзирателя бандита смогли арестовать. Белоусов сознался в преступлениях и его приговорили к смертной казни. Василий не позволил палачу казнить себя, сказав: «Не погань рук, я сам всё сделаю». После чего накинув петлю себе на шею, оттолкнул ногой табуретку.

Реформы полиции

Аркадий Францевич всегда старался применить полученные знания на практике. Кошко, оказавшись в Москве, реформировал работу полиции в соответствии с принятым законом следующим образом: при полицейском участке появился сыщик-надзиратель, контролировавший работу стражей порядка, деятельность агентов и осведомителей. При этом и сами сыщики находились под наблюдением. За ними следили секретные агенты, подобранные лично Кошко. И эта система дала положительные результаты. Конечно, избавиться сразу от всех взяточников и «кротов» было невозможно, но жить им стало куда сложнее.

По инициативе Аркадия Францевича в Москве появилась продвинутая картотека бандитов на основе дактилоскопии и антропометрии. Эту систему разработал французский юрист Альфонс Бертильон, в Российской империи она стала внедряться в конце девятнадцатого столетия.

В 1890 году в Санкт-Петербурге при Сыскной полиции появилось антропометрическое бюро, соединенное с фотографическим павильоном. Однако стражи порядка практически не пользовались этими наработками. Все изменило появление Кошко. Благодаря его инициативе антропометрические данные наряду с дактилоскопией стали играть важную роль в поимке преступников. Особенно в Москве, где он организовал работу, использовав петербургские наработки.

Главным его изобретением стала комплексная система идентификации личности. В полицейскую картотеку вносились максимально подробные данные о попадавших в отделение лицах, включая антропометрические показатели (рост, обхват груди, размер ушей и т.д.), а также адреса всех связанных с ними лиц, вплоть до любовниц. Кроме того, у каждого задержанного в обязательном порядке снимались отпечатки пальцев, для работы с которыми Кошко разработал собственную систему сравнения с уже имеющимися образцами. Выделялись основные параметры рисунка на пальце (сходство должно было составлять не менее 65%). Впоследствии этот метод позаимствовали в английском Скотланд-Ярде.

Была создана и разветвлённая агентурная сеть. Активно практиковалась слежка, не только за подозреваемыми, но и контрольная - за самими сыщиками. При сыскном отделении оборудовали гримёрную и гардеробную, в которых Кошко тщательно обучал своих сотрудников искусству перевоплощения. Шёл в ход и личный пример: Аркадий Францевич по-прежнему практиковал уличную работу, изменяясь до неузнаваемости. Строго соблюдалась секретность организуемых Кошко операций: до последнего момента о них не знали сами участвующие полицейские.

При этом число оперативников могло превышать тысячу человек. И в нужный момент всё работало как часы! Спустя год пребывания во главе московской полиции Кошко создал специальный “летучий отряд” - своеобразную правоохранительную “гвардию”. Туда входило около 40 первоклассных следователей и одновременно агентов, специализировавшихся на различных криминальных отраслях.

Большое значение в обновляющейся московской полиции придавалось и открытости для граждан. В Малом Гнездниковском переулке открыли приёмную, куда люди могли прийти с жалобами на любые правонарушения. Вскоре об этом узнала вся Москва, и любой извозчик знал, куда везти попавшего в беду человека. Причём доступность распространялась и на самого Начальника полиции. На дверях его служебного кабинета висела табличка с надписью: "По срочным делам принимаю круглосуточно".

Постепенно Аркадий Францевич стал одним из главных людей в городе. Он лично знал всех знаменитостей, в том числе из мира искусства. Так, Кошко расследовал три кражи ценностей у великого русского певца Фёдора Шаляпина. Два дела были раскрыты полностью, а в третьем удалось вернуть часть украденного из проданного преступниками за границу.

Пользовался Аркадий Францевич популярностью и у преступников: в Москве объявился грабитель банков, который после каждого удачного дела звонил по телефону Кошко лично и хвастал своими «успехами». Один из таких звонков стал для самоуверенного бандита роковым: начальник полиции сумел заболтать его, параллельно послав наряд на место преступления, где того и взяли с поличным. А ещё один преступник в своём последнем слове на суде охарактеризовал роль Аркадия Францевича так: “Одно могу сказать, господа правосудие, что ежели бы не господин Кошкин, то не видать бы вам бруллиантов!”.

Кошко поддерживал и международные связи: вёл активную переписку с коллегами из Лондона и Парижа, публиковал свои работы по антропометрии в Дании, направлял российских экспертов на учёбу в Европу. В 1913 году на международном съезде криминалистов в Женеве русскую сыскную полицию признали самой эффективной в мире. Показатель раскрываемости преступлений в Москве и Санкт-Петербурге составил невероятную цифру - почти 80%. А сам Кошко получил первую в истории медаль Международного союза криминалистов с выгравированным на ней собственным профилем.

В 1914 году Аркадий Францевич параллельно с должностью начальника московской полиции стал руководить сыском всей Российской империи. Главным направлением деятельности стала профилактика и предупреждение преступлений. С началом Первой мировой войны преступность резко выросла. Ведомство Кошко занималось громкими делами о похищении средств из Союза земств и городов, снабжающего фронт, а также из некоторых служб Красного Креста. Впрочем, по-настоящему плохо всё стало после падения монархии в ходе Февральской революции. В марте-августе 1917 года, по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, количество убийств в Москве выросло в 10 раз, а грабежей - в 14 раз. Сильно поспособствовала этому общеуголовная амнистия, объявленная правительством Керенского 2 марта, когда на свободу вышли матёрые “урки”, посаженные, в том числе, усилиями Кошко.

Полиция с первых дней революции подверглась разгрому. Вооружённые толпы громили отделения, жгли архивы и убивали стражей порядка, которые пытались выполнять свои обязанности. Первое время, после свержения власти, Аркадий Францевич с семьёй ещё мог жить в России. Он ушёл в отставку, но какое-то время его не трогали, позволяя жить в имении в Новгородской губернии. Ситуация стала критической после прихода к власти большевиков. Имение было разорено, и Кошко подался в Москву. Там ему стало известно о скором аресте. Ареста удалось избежать благодаря отточенным навыкам грима и переодевания. Бежав в Киев, по поддельным документам, бывший главный сыщик Империи перевёз туда всю свою семью. На тот момент она состояла из жены Зинаиды и младшего сына Николая (старший сын, Дмитрий, погиб во время Первой мировой войны, а средний, Иван, попал в плен, выжил и позже встретился с семьёй уже во Франции).

Причина, по которой Кошко никак не мог бы договориться с большевиками (помимо проводимой ими политики классовой ненависти), была проста: ведомство Аркадия Францевича за годы работы скопило массу компромата на большевистских вождей. В частности, бывший начальник имперского сыска арестовывал второго человека в партии - Льва Троцкого.

Наступающие “красные” словно двигались следом за Кошко и его семьёй. В начале 1919 г. они вошли в Киев. Аркадий Францевич дважды пытался покинуть город ещё до их прихода, но не получил «дозвол» от контролировавших “Мать городов русских” петлюровцев. При большевиках перспективы Кошко стали совсем печальными, но тут ему внезапно помогли. Сделали это встреченные буквально на улице знакомые из прошлой жизни - варшавские уголовники (!), которых он в своё время арестовывал, но сохранил уважительные отношения, считая их самыми умными преступниками царской России. С их помощью Аркадий Францевич перебрался в Одессу, а затем в Крым, где стал начальником уголовной полиции у Врангеля.

После захвата полуострова Красной Армией в 1920 году Кошко с семьёй бежал в Стамбул, где на сохранившиеся сбережения открыл частное детективное агентство. Первым делом легендарного сыщика стал поиск... потерявшейся кошки богатой женщины, которое он успешно “раскрыл”, подрядив местных мальчишек. С этой низкой ступеньки начался рост репутации агентства Кошко, и поток клиентов рос. Великий сыщик зарабатывал на жизнь тем, что разыскивал потерянные вещи или уличал неверных жён в измене.
Конечно, работа была слишком мелкой, но давала хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. Вот только вскоре жизнь Аркадия Францевича сделала очередной крутой поворот. В эмигрантской среде прошел слух, что правительство Турции и большевики договорились о депортации на Родину всех русских. Семейство Кошко вновь оказалось в бегах. На сей раз, они отправились в Париж.

Менять гражданство Аркадий Францевич не стал. По этой причине он не смог продолжить сыскную деятельность ни во Франции, ни в Великобритании. Во французском Авиньоне к нему обратились представители английского Скотланд-Ярда с предложением работать в Британской полиции. Условие было одно: вступление в британское подданство. Кошко, гордившийся принадлежностью к русскому народу – отказался.

Первые полгода семья провёл в Лионе - в приюте для иммигрантов - и только потом переехали в Париж. В 1923 году французы предоставили Кошко политическое убежище. Работы не было, и Аркадию Францевичу с большим трудом удалось устроиться в магазин, торгующий мехами. Такая жизнь не приносила ему никакого удовольствия, и он сильно тосковал по прошлому. Он писал: «…Я не живу ни настоящим, ни будущим — все в прошлом, и лишь память о нём поддерживает меня и дает некоторое нравственное удовлетворение».

Семья посоветовала ему написать книгу о былых успехах. Кошко начал литературную деятельность с детективных рассказов, основанных на раскрытых им реальных делах. Вскоре произведения стали печататься в парижских газетах. Особой популярностью эти истории пользовались среди русских эмигрантов; за изменёнными именами героев они легко угадывали себя и своих знакомых по прошлой жизни. Вскоре рассказы Кошко печатались уже в виде книг. Все парижские годы семья Аркадия Францевича сознательно не врастала в местный быт, намереваясь однажды вернуться на Родину. Но этим мечтам не суждено было состояться… Не стало Аркадия Францевича в конце 1928 года. Похоронили главного сыщика Российской империи в Париже.

Годом ранее там же, во Франции, умер его брат Иван. В 2012 году в белорусском Бобруйске, рядом с городским управлением милиции в честь братьев был установлен памятник. Заслуженная слава возвращается к Аркадию Францевичу. В одной из организаций бывших сотрудников оперативных служб, с 2007 года, вручается орден его имени. Книги Кошко впервые издали на родине в 1990 году, а затем неоднократно переиздавали. Великий сын России обретает наконец-то признание, соответствующее его заслугам. Всё-таки: лучший полицейский в истории страны!

Спасибо!