Даже находясь в системе, не факт что это тебя спасет....

Читаю местный портал... и просто ощущение пиздеца.

Е1

— Я даже не знаю, с чего начать рассказ, честное слово… Может, с того, что Андрей проработал в этой больнице, где его погубили, 36 лет? Что он чувствовал себя там как дома…
Андрея Владимировича любили и коллеги, и пациенты. Ему было 57 лет. Отработал 36 лет в Центральной городской больнице № 1. Потом ушел работать кардиологом в заводскую поликлинику при УВЗ. Это новый, современный медицинский центр для рабочих. Лечил сердце у заводчан. Не гонялся за должностями, намеренно избегал административных постов, хотя не раз предлагали стать заведующим. Он объяснял, что это не его, так и оставался простым кардиологом.
....

Когда Ольга зашла в палату, муж только-только проснулся после наркоза. Лежал под капельницей. Она стала доставать из сумочки контейнеры с домашней едой, горячим бульоном.

— Я в первые минуты не обратила внимания на капельницу, Андрей меня предупреждал: не пугайся, буду под капельницей, должны поставить физраствор, так положено, — снова вспоминает Ольга Николаевна. — Спросил меня, который час, а потом сразу: «Оля, а что мне капают? Что-то мне нехорошо». После этих слов всё и началось. За секунды он стал меняться в лице. Я поняла, что всё дело в этой капельнице. Выскочила в коридор, закричала: «Помогите!» Подбежала медсестра. Я кричу: «Что вы ему капаете?» Она назвала препарат. Я закричала: «Вытаскивайте капельницу!»

Препаратом, который дали врачу после операции, был антибиотик «Цефураксин». Антибиотики этой группы были противопоказаны Андрею Владимировичу из-за аллергической реакции. Об этом знали все: и Андрей, и все его родные, и лечащий врач. В медицинской карте на первой же странице красной пастой были выделены два препарата, которые ни в коем случае нельзя давать Карасеву. Но ему все-таки дали его с капельницей, когда он был еще под наркозом, сразу после операции.
.....

После смерти кардиолога было возбуждено уголовное дело по статье «Причинение смерти по неосторожности из-за ненадлежащего исполнения служебных обязанностей». Оказалось, что лечащий врач, который должен был оперировать Андрея Владимировича и был в курсе его анамнеза, передал операцию своему коллеге — эндоскописту. Вообще-то, эндоскопист — это медик, который с помощью специальных приборов исследует внутренние органы. В общем, не хирург.

— Якобы в больнице у хирургов сильная загруженность, и завотделением — хирург — не стал сам оперировать, — говорит сын кардиолога Александр. — Перенаправил эндоскописту. Тот тоже прошел обучение как хирург, имел право проводить такие операции. Видимо, посчитали, что операция пустяковая, и передали ему.

Врач на суде признал свою вину. Сказал родным: «Извините…» Отказываться не было смысла: судмедэксперты установили прямую причинно-следственную связь между его действиями и смертью человека.

Суд вынес очень гуманный приговор медику за смерть коллеги: виновный даже не получил судимости. Ему назначили 25 тысяч рублей судебного штрафа в пользу государства. Все было по закону: суд учел, что преступление по части 2 статьи 109 считается преступлением средней тяжести, что у обвиняемого не было судимостей и хорошие характеристики.


Пиздец.... просто пиздец.

Причем еще мысль на заднем плане, если они со своими так, то простого пациента загубят, скажут так и надо, и отмазывать будут до конца...он же свой...