Первая часть
тут, для тех, кто пожелает ознакомиться.
Вы все еще трезвы? Тогда мы идем к вам! ©
ЗимаСейчас, про прошествии многих лет, все эти приключения вспоминаются словно сон. Местами добрый, местами – не очень. Но, чего греха таить? Иногда хочется туда обратно.
Осень получилась в тот год на редкость мрачная. Даже старожилы рассказывали, что давно такой дремучей слякоти не видели. Весь ноябрь (привет скорпионам!) шли дожди. Противные и мелкие, но за несколько недель они вынесли мозг всем, даже самым жизнерадостным и веселым. А некоторые из нас столкнулись с совершенно незнакомой для европейца болячкой – любая царапина превращалась в гниющую и долго незаживающую ранку. Сырость, мать ее! И где? В пустыне!
Я, как существо исконно нежное по своему половому признаку, охренела, когда место укуса комара через недельку превратилась в ранку размером с рублевую монету, и не помогали никакие мази. Спасло то, что наступила зима, и дожди резко превратились в незатихающие снегопады.
Вы видели снегопад в Каракумах? Нет? Тогда вы не видели снегопада.
Снежинки падают с неба, прям как сбитые испанские летчики, причем такой плотной стеной, что в пяти метрах можно не узреть человека. При этом ветер дует с какой-то ненормальной скоростью, и норовит залепить тебе снегом и глаза, и рот, и нос. Иногда он настолько силен, что приходится держаться за забор, чтобы не сдуло к чертям собачьим. Или носить кирпичи в карманах спецовки. Я не носила, но иногда об этом задумывалась.
Но это еще не все. Венец всему – сорокаградусный мороз, который схватывает в ледяные оковы плевок на лету. Сопли в носу, как минимум, точно замерзают и выковыриваешь оттуда уже не козявки, а неопределенные наукой кристаллы, которым можно придать огранку.
В общем, в начале декабря мы поняли, что жить в этом кошмаре еще где- то четыре месяца, и с тоской вспоминали сорокаградусную жару, измучившую нас за лето. Но летом хотя бы выезжали за пределы лагеря, а зимой – фиг вам, разве что только с суицидальными намерениями.
И речь не только о том, что можно замерзнуть насмерть, говорят, это тихая и даже где-то приятная смерть. Куда страшнее, если вдруг встретятся волки. Поначалу я недоумевала – какие к ебеням волки в этом Зажопье? Чем они питаются – саксаулами?
Оказалось, что волки это не миф, и что они реально существуют, причем в весьма больших количествах. Примерно через неделю, в ночь, целая стая зашла в соседнюю деревню погостить, на пару часиков, после чего резко сократилось поголовье собак во дворах. Пожрали волки, и, как полагается, спели после.. Долго пели, даже нам, на расстоянии пары километров, отлично было слышно все. Причем настолько хорошо было слышно, что волосы дыбом вставали.. во всех местах на теле. Как при этом чувствовали себя селяне – хуйевознаеттоварищмайор… Либо привыкшие были, либо.. откладывали кирпичи в нездоровых количествах. Тогда-то я и поняла, зачем местные срать и ссать в ведра в доме ходят.. Все не просто в этом мире.
Нам было проще, кагбе.. Вся территория базы была огорожена бетонной стеной, на проходной – вооруженная охрана, дежурный наряд объезжал на джипе периметр тоже не с вязальными спицами в руках. Но все равно, где-то в глубине души прячутся инстинкты первобытного человека – волчий вой нагоняет какой-то необъяснимый страх. Так и ждешь, что по дороге из офиса в общагу, щас как налетят на тебя эти твари с горящими красными глазами и с капающей с клыков слюной и…. Дальше додумывать совершенно не хотелось, поэтому я включала турбо, и через пару секунд захлопывала за собой дверь, пытаясь отдышаться.. Жесть! Жесть как она есть. Хотела адреналина, дорогая? Приехала работать в пустыню? Ну, тогда получай полную порцию. Вот и добавочка подоспела.
Добавочка подоспела в виде тварюшек, населяющих сей райский уголок земли. Каким-то боком-раком по офису начали шляться нестройными рядами всякие тарантулы, змеи, скорпионы, в поисках теплого места у близлежащей батареи.
На самом деле, как я уже говорила, все непросто в этом мире, и виновата в этом была наша доблестная хозчасть, которая потом чудом избежала линчевания. Не проверив как следует систему отопления, они доигрались, и где-то лопнула труба. Пришлось выкапывать и менять, буквально в метре от офисного здания. Ну и разбудили попутно спящую живность.
И вот, однажды утром, идет кто-то из бухгалтерии в туалет (мы уже по стуку дверей различали, какой кабинет открылся). Через мгновение из туалета раздается жуткий вопль, мы выскакиваем к дверям и видим, как главбух, дородная тетка с центнер весом, несется с воем, размахивая руками, и выбегает из здания на мороз в одном свитере и чуть ли не со спущенными штанами. Так и бежала до общаги, воя и махая лапами. Оказалось, в женском туалете заботливый папаша приволок всю свою паучью семью погреться. И тут такой шок – громадная задница главбухши. Неизвестно, кто кого сильнее напугал.
Первые несколько дней мы ходили, вздрагивая при каждом подозрительном шорохе, пока хозслужба не зачистила все офисное здание. Удивительно, да? Вроде как протравливают всю территорию весной и этих насекомых тут быть не должно. Но, как оказалось, за весну, лето и осень, отрава выветривается, а первые морозы убивают напрочь остаточный эффект, и тогда, самые юные твари, не умудренные жизненным опытом, не окопавшиеся на достаточную глубину, просыпаются от холода и чешут к первому источнику тепла, через вентиляцию.
Когда закончилось веселье с местной зоо братвой, началась подготовка к самому знаменательному т ответственному событию. На носу был Новый Год.
Представьте себе толпу одебилевших от рутины рож, некоторые небритые, некоторые фактически спившиеся, некоторые еще сохранившие цивилизованный облик, и все они планируют как, и в каком количестве ящиков отмечать столь грандиозное культмассовое событие.
Подозрительно кучковались ребята из ИТ отдела, и перешептывались о чем-то, я пару раз улавливала только обрывки:
- Ну что, получилось? Заказали?
- Еще бы, канеш. Сказали, привезут аккурат к празднику.
- Да, будет круто!
Как только они замечали постороннего, сразу переходили на другую тему, а любые попытки разговорить их заканчивались неудачей. Мы свято уверовали в то, что наш местячковый Новый Год посетит благословенный Джа, и именно для его последователей айтишники и шифруются, приготовив приличествующие подношения.
За пару дней до праздника все девушки расчехлили наряды со дна чемоданов, выбили пыль, вспомнили о том, что на свете существует косметика и фен, и неприличный для данной местности атрибут, неотъемлемый в повседневной европейской жизни – каблуки. Мы вспомнили о том, что мы женщины, и одна из наших прямых обязанностей в этом мире – радовать мужской глаз.
Небось, читали, как раньше всякие маман готовили своих дочерей к первым балам? Так вот, эти маман нервно курят в парашах по сравнению с нами, мы прихорашивались так, будто назавтра – атомная война и это последний шанс показать всему миру, что мы не зря прожили эту жизнь.
Ребята оценили наши старания. У директоров глаза на лоб полезли, когда они увидели свою секретаршу в вечернем платье с разрезом до бедра, обычно она бегала в джинсах и толстом свитере. Главный бухгалтер – дородная тетка лет сорока, которую не воспринимали иначе как солдафоном в юбке, облачилась в нечто шелковое и воздушное, цвета лазоревого неба. Забегая вперед, скажу, что ее старания окупились, и к утру она проснулась в одной койке со старшим технологом, ничего не помнящая, но выебанная и счастливая.
Скромно опущу описание своего наряда, перейду к самому главному.
Закупились мы основательно, как оказалось. Шампанское, коньяк и водка лились рекой. Для присутствующих эстетов были привезены несколько бутылок текилы, вискаря и мартини. Через пару часов после начала веселья, народ закучковался парочками, в поисках темных приватных уголков. Я обнялась с бутылкой мартини, на моем пальце все еще поблескивало обручальное кольцо, которое пока еще ко многому обязывало, в том числе и к верности супружеским клятвам. Изменять нельзя, нажраться – можно, но с оглядкой. Сами знаете, пьяная баба себе не хозяйка. И своей пизде тоже.
А вокруг буйствовал праздник жизни. Сначала мы встретили Новый Год по местному времени. Если память не изменяет, он наступает на пару часов раньше московского. Затем мы чокнулись и с Москвой. А потом пошло-поехало, так как работали у нас со всей Европы, то отмечали и с Прибалтикой, и с Румынией, и с Францией… Дальше –больше.
Когда Пер Ноэль, с мешком подарков на плече пересек границу Франции, наши айтишники зашевелились. Вот оно! Мы накуримся! - возрадовалась моя душа, хотя сил на такой подвиг уже не оставалось. Как я ошибалась.
Мне накинули шубу на плечи и выволокли во двор, на тот самый сорокаградусный мороз, в туфлях и в вечернем платье. Но я не пожалела об этом ни секунды.
В монументальной тишине пустыни раздался оглушающий грохот, и в небо взмыли фонтаны из сотен огней. Они вспыхивали бриллиантами на фоне звезд, перемежаясь всеми немыслимыми красками и цветами.
Ребят, это один из самых романтичных моментов в моей жизни. Я поняла, что это - мой новогодний подарок. Где-то за месяц до праздника я проговорилась парню из айтишников (впоследствии он стал моим молодым человеком), о том, что на НГ для меня самое главное – фейерверк на городской площади. Он виден из окна моей квартиры, и каждый раз я, словно ребенок, стою у окна, чуть ли не пуская слюни, и радуюсь несказанно. А в пустыне я сожалела, что упущу эту феерию, и праздник для меня будет неполным.
Я стояла на снегу в туфлях, по щекам катились пьяные и счастливые слезы, и в тот момент мне хотелось обнять весь мир и поделиться своим счастьем. Нашла глаза молодого человека, он улыбнулся, я ему тоже, мы друг друга поняли. И на этой счастливой ноте уползла к себе в комнату спать. Все остальное – не сегодня, не на пьяную голову, не из благодарности. Чтобы потом не было сожалений.
Два дня мы, то похмелялись, то опять праздновали, и директора, наравне с нами, страдали от похмелья, полюбили пиво с лимоном, и на прикроватную тумбочку ставили стакан с водой и аспирином на ночь.
На третий день мы вышли на работу, опухшие, но с чистой совестью – отпраздновали как надо, и Дед Мороз будет последней свиньей неблагодарной, если ему что-то не понравилось.
Пока я сидела в кабинете, пялясь в какую то бумагу в надцатый раз, и пытаясь вспомнить, умею ли я читать вообще, к нашему генеральному пожаловала делегация из местных с приношениями какими—то (да, да, бойтесь данайцев, дары приносящих!).
Фейерверк настолько впечатлил местную братву, они посчитали, что компания организовала это для них, для поселковых, чтобы, так сказать, скрепить отношения. Только слегка обиделись, что их не предупредили заранее, ибо количество кирпичей в самой деревне увеличилось втрое.
Нет, вы представьте себе на минутку, что вы почтенный селянин, празднуете в кругу семьи, часам к двум ночи ложитесь спать, живете центре пустыни в такой тишине, где проезжающую по трассе машину слышно за километр, и, когда сон становится слаще всего, вдруг начинается вселенский пиздец! Невьебенный грохот подкидывает почтенного вас и все ваше семейство с коек, жена причитает и ищет деньги с паспортами, старшие дети плачут и выносят на улицу плачущих младших, соседи носятся с топорами в ужасе, ищут от кого бы отмахаться или кого бы ебнуть с перепугу, куры сходу несут по пять яиц, воют выжившие после волчьего нападения собаки, ревут охуевшие верблюды, коровы враз теряют молоко, и никто не знает, что делать – звонить Назарбаеву и сообщать о нашествии инопланетян, или бежать к шаману за спасением, с верблюдами подмышку.
Оказалось, большая часть жителей поселка сначала перепугались до смерти, а затем вчистую охуели, увидев такую красоту, впервые в жизни. Даже снимали видео на мобильники, чтобы потом было что показать родственникам и друзьям.
Вот и отрядили делегацию с выпивкой и закуской к нам, в благодарность. Работа застопорилась на ближайшие сутки, опять. Но никто не жаловался.
И к середине лета я лично напечатала около десяти приказов для учетчиц, вышедших в декретный отпуск. Учетчицы у нас местные были, из города в основном. А вот кто доводится отцами детям, не берусь ручаться по сей день. Славная ночка выдалась на НГ в тот год.
А из наших ни одна не ушла в декрет.
СтранностиВообще, я считаю «цивилизованному» человеку иногда стоит пожить на задворках вселенной, чтобы сбить с себя спесь, и убедиться в том, что всего потуги понять этот мир и разложить его по полкам, остаются лишь потугами. Всегда были, есть и будут необъяснимые вещи, и разгадать суть этих вещей и событий невозможно. И не стоит.
Однажды до нас добрались слухи из поселка – повесилась девушка 16 лет. Такое и раньше бывало, но редко, и в основном это случалось тогда, когда девушка влюблялась в одного парня, а ее насильно пытались выдать за другого. Кто ее знал лично – погоревали, но прошло несколько дней и все забылось. Через недельку повесились еще две девушки, выпускницы местной школы. А через пару дней после них – повесился отец семейства, один из наших буровиков.
К нам приходили местные милиционеры, проверяли весь послужной список покойного, и разводили руками в недоумении – никаких причин для самоубийства у него не было. Жена молодая и хозяйственная, двое здоровых детей, отличная по местным меркам зарплата.
А в деревне продолжали вешаться, в перерывом в одну-две недели.
Местные были в ужасе, говорили о том, что мы своим бурением разбудили каких-то древних духов, и те, разозлившись за прерванный многовековой сон, мстят таким образом. Директор устал объясняться с поселковыми, указывая, что из наших никто не вешался, ведь по логике вещей мы должны страдать, если виновны, а не деревня. Но поселковые были неумолимы, даже прекратили торговать с нами на базаре. Просто отворачивали голову, если мы подходили купить сигарет, и делали вид, что нас и не слышно, и не видно.
Приходилось отряжать машину в райцентр и отдельного человека со списком покупок, чтобы он затаривал нас куревом и различными вкусностями.
Когда милиция оказалась бессильной решить эту загадку, местные замутили всеобщую сходку (только мужчин, естестно), на которой было принято всеобщее решение идти на поклон к шаману (не помню, как он называется на местном языке), и пригласить его для последующего изгнания невыспавшихся мстительных чудиков.
Все это мне потом рассказала одна из наших уборщиц, как вы понимаете, для неместных эта инфа была недоступной по причине строжайшей секретности.
Шаман вроде как согласился, но потребовал за обряд кучу денег и трех верблюдов. Как оказалось, верблюды будут принесены в жертву, а деньги самому шаману нужны. Самостийный деревенский комитет ходил по домам и собирал с каждой хаты денежку на оплату услуг и закупку верблюдов. С миру по тенге – шаману на верблюда, как говорится.
В означенный день шаман приехал на место преступления с особой помпезностью, на чьем-то джипе. Затем обошел пешком всю деревню по краю (спортивный такой дедок, не?), после чего исполнил какой-то долгий обряд, и принес в жертву всех верблюдов. Затем бедных животин освежевали, а из них что-то приготовили в огромных чанах. На этом действо не закончилось, по тарелке этого блюда каждый мужчина принес к себе домой. Обошел дом, и каждый член семьи был обязан съесть из этого хотя бы по кусочку.
Никого из наших, виновных в пробуждении потусторонних сил, как вы понимаете, на это священнодействие не пригласили. После этого вешания прекратились, напрочь. На моей памяти, последующие пару лет работы я не слышала ни об одном суицидальном случае в деревне. А спустя недельку местные подуспокоились и радостно продавали нам сигареты и коньяк на рынке.
Еще интересный момент был связан с ночными кошмарами.
Дело шло к весне, когда вдруг нескольких на нашей базе охватило полное расстройство сна. Они стали самыми верными посетителями медпункта, затариваясь на ночь снотворным, но это мало помогало. Ворочались по полночи, чтобы уснуть, просыпались разбитые и невыспавшиеся. А потом случилось что-то типа тихой массовой истерии, им начал сниться один и тот же кошмар – кровавая битва, с конными лучниками, с доспехами, что-то из глубин времен. И, к нашему удивлению, старший технолог, родившийся в тех местах, подтвердил, что не более чем в ста километрах от базы есть место какого-то событийного побоища времен Чингисхана. Археологами подтверждено, что там есть курган с самыми значимыми воинами, а вокруг них на глубине лежат кости сотен и тысяч погибших воинов. Мы думали, он прикалывается, но местный учитель истории подтвердил это – да, в советские времена велись раскопки и поиски курганов, и действительно были найдены следы великой битвы, но после развала СССР всем похуй на археологию и курганы доблестных воинов, если нет золота.
Там в пустыне места сами по себе дикие, иногда расстояние между деревнями измеряется сотней километров. Но даже кочевые пастухи обходят места побоища и не пасут стада.
Ну, шамана мы звать не стали, естественно. Зато директор пригласил на Пасху настоящего батюшку из Актобе, чтобы тот освятил базу. То ли нам сносило крышу от недоебита и закрытой территории, и нужна была какая-то психологическая разрядка, то ли действительно там бушевали какие-то потусторонние страсти и они испугались служителя церкви, но после Пасхи кошмары прекратились, и все вернулось в свое русло.
Пожив в тех забытых Богом местах, очень на многие вещи начинаешь смотреть совершенно другими глазами. Даже на религию. И понимаешь что, в зависимости от местности, религия предстает в совершенно другой форме.
Вот, к примеру, сами местные. С одной стороны – истовые мусульмане, поминают Аллаха при каждом удобном случае. Наверное, и не при неудобном тоже. Но, как только чувствуют, что на них надвигается необратимый пиздец, сразу бегут к шаману. Может, в других местах по-другому, но наши соседи были именно такими – Аллах, он вроде главного папы, комплексный такой и глобальный, которому некогда заниматься мелочами людей, по этим вопросам у него есть заместитель из смертных.
В шамана они верят неистово и непокобелимо.
Один из наших инженеров, молодой казах из местных, но городской, с абсолютно серьезным видом спорил с нами о том, что, современная медицина приносит человеку одно зло.
К примеру, вши, с которыми так яростно боролся наш медпункт, на самом деле приносят пользу человеку. Если у кого-то проблемы с внутричерепным давлением, то вши высасывают дурную кровь, и стабилизируется давление. А в кочевых селениях издревле вшей считали лучшим средством от желтухи. Оказывается, их запекали в лепешку и давали больному поесть, после чего желтуха отступала!
Еженедельное купание или, упаси Бог, ежедневный душ, смывают естественную защиту организма, и он становится особо уязвимым перед любой мало-мальски опасной инфекцией!
Поначалу мы смеялись над ним, и, как все европейцы, были убеждены в том, что инженер жостко тупит. Пока не задолбали его своими насмешками, и он просто побрил голову и продемонстрировал нам толстый шрам на затылке. И рассказал нам историю – как в детстве он сильно болел воспалением, вследствие чего лет с десяти начал страдать жуткими головными болями, которые не давали ему спать по несколько дней. Иногда он терял сознание от недосыпа, а врачи разводили руками, не понимая, чем ему можно помочь.
Родители отвезли сына в столицу республики, затем и в Москву, но улучшения не наступало. И тогда бабушка мальчика, втайне от родителей коммунистов, отвезла его к шаману в какую-то забытую деревеньку. Там, якобы, шаман несколько дней подряд, в определенное время суток, танцевал вокруг него с бубном. А затем сделал ему какой-то надрез на затылке, и дал вытечь крови в какую-то деревянную тарелку. После чего пошептал что-то над той кровью и слил ее в определенном месте.
С тех пор, как клялся сам инженер, он не знал, что такое головная боль, ни разу в жизни. Даже, говорил, похмельем не страдал.
Вот такие непонятки происходили иногда в нашем забытом Богом местечке. НТВ и рядом не стояло. Мы их бурно обсуждали, выдвигали какие-то теории, но на уровне самых что ни на есть любителей.
В общем, все эти странности хоть как-то раскрашивали нашу жизнь и привносили хоть какое-то разнообразие, отвлекая от водки и тоски. Но не всегда получалось, и мы возвращались к проверенным методам – водке и КСу.
Всяко разноТо, что отношения с местными складывались совсем непростые, я уже упоминала. Но это не всегда было так. Когда речь шла о наших парнях и местных девушках, все было совершенно наоборот.
К примеру, один из заместителей генерального, почтенный дядька и отец семейства в Европе, в шестьдесят лет стал счастливым отцом узкоглазой казахской девочки, а ее мать – владелицей нехуевой квартиры в Актюбинске. О браке и речи быть не могло, европейцы не разводятся, семья это святое.
Водители директоров, естественно, были из стран этих самых директоров. Но были совершенно не прочь пошалить с какой-нибудь местной девушкой, а те, в свою очередь, нередко шли на такие отношения. Возможно, в поиске любой возможности уехать из этого забытого места, в желании сбросить с себя оковы вековых традиций, и в стремлении хоть ненадолго почувствовать себя полноценными женщинами, а не просто рабынями и аппаратами по производству детей.
Не мне их судить, но, как женщина я их очень понимала, и не порицала даже в мыслях.
Местным такие случаи не прибавляли любви к нам, наоборот, с каждым разом их агрессия и ненависть в наш адрес росла. Но только не тогда, когда от этого напрямую зависело благосостояние или обогащение отдельного индивидуума. Тяга к пафосу и выебонам в них неистребима, в каждом отдельно живет желание быть круче и выше остальных. И пох на все остальное.
Прям хрестоматийный пример – мобильные телефоны.
Мобильная связь в Зажопье, как вы понимаете, появилась исключительно благодаря нам, где-то через пару месяцев после нашего прибытия. До того момента в деревне и знать не знали о таком чуде современной техники. Буквально через неделю после того, как нам подняли вышку и подключили связь, чуть ли не каждый из местных козырял мобилкой. И не просто мобилкой, а очень современной и навороченной, некоторые даже для нас считались довольно дорогими, несмотря на приличные зарплаты.
Я, наивная чукотская девулька, думала – Бог мой, в какие кредиты они залезли, чтобы купить такие дорогущие штуки?! Хотя, всего пара человек пришли к нам за документами для кредитования.
Через пару дней я озвучила свое недоумение, а еще через парочку к нам в кабинет ввалился один из рабочих с целлофановым пакетом полным (!) мобильных телефонов. Выбирай, грит, какой хочешь, всего сто долларов, любой.
Мы заглянули в мешок из любопытства. Там действительно было на что посмотреть – модели, появившиеся всего месяца два назад на рынке, валялись вперемежку с другими, постарше, но все таки дорогими.
Как оказалось, везут эти телефоны из России, и на 99% это краденные мобилки. Хз, может кому то там череп проломили ради этого, так что я не решилась сделать ни одной покупки. Ну и, как понимаете, пользоваться этими телефонами в России тоже нельзя было, только за ее пределами.
А потом такие парни вышивали с пакетами телефонов на перроне вокзала и пытались всучить их нам, как бабушки с семечками.
Одним из самых улыбательных моментов было собеседование при приеме на работу.
Помнится, как-то пришел парень устраиваться чернорабочим, и принес огромную пачку документов, среди которых было рекомендательное письмо из армии. Жаль, что я не сохранила сей перл, потому что почти весь текст был просто шедевральным. К примеру, «политику президента Казахстана понимает и относится к ней с одобрением. В совершенстве познакомлен с автоматом Калашникова. Надежен и уважаем в кругу старших по званию, дружит с офицерами».
Долгое время мы ксерили и копили шедевры, но я не сохранила ни одного. По памяти могу только сказать, что не раз читала заявления, где просили принять на работу в качестве бульдозера, трактора, и тому подобным.
Еще одним курьезом был тот факт, что из десяти девушек, подававших заявление на работу у нас, минимум шесть будут называться Гульнарой. Самое трендовое имя в районе, как оказалось.
Кстати, я дружила с одной из учетчиц, и звали ее.. вы догадались, да? Правильно, Гульнара.
Вот однажды эта Гульнара залетает ко мне в кабинет и с порога чуть ли не кричит:
- Что ты делаешь сегодня вечером?!
- Эмм.. ничего, а что?
- Я покажу тебе что-то, жди меня в десять вечера перед общагой!
И улетела.
В десять вечера я вышла во двор, полагая, что Гульнара уже и забыла о своем обещании, но она появилась с полевым биноклем в руках и потащила меня на крышу общаги. Там она сказала, что придется подождать немножко, а сама пялилась в бинокль и что-то в нем настраивала. Агрегат, как оказалось, она взяла взаймы у геологов, и к утру должна была вернуть.
Поначалу я вообще думала, что она покажет мне что-то творящееся в деревне – как казах свою жену тыцкает или какую нить местную оргию в стиле четырех комнат Тарантино. Вот это был бы трэш.
Но минут через десять, когда я и покурить уже успела, она протянула мне бинокль и показала пальцем куда смотреть.
Я заглянула и опешила. Звездопад. Настоящий летний звездопад, мой первый в жизни. Все звездопады, что я видела в кино до того момента, стали какими- то искусственными и некрасивыми, по сравнению с реальностью.
Я-то думала, что звездопад это долго, можно загадать желание, отмести ненужное и выбрать важное… А оказалось, это секундное событие, мгновение, будто чиркнули спичкой. Но это мгновение остается с тобой на всю жизнь. Особенно если звезд падает много, десятками. А после пятидесяти уже теряешь счет.
Я сидела с Гульнарой на раскаленной от дневного солнца крыше общаги, смотрела на звезды и поражалась – сидит со мной рядом девушка, которая с трудом распознает буквы, не прочитала ни одной книги за всю жизнь, не побывала ни в одном музее, ни в театре, нигде.. а показала мне одну из самых потрясающих вещей в жизни.
Я вам скажу – да, ночное небо в Каракумах самое прекрасное небо. Самое темное и бездонное. И на нем мириады мерцающих звезд, они так низко висят, так близко, что, кажется – протянешь руку и дотронешься.
Частичка меня осталась там навсегда. И частичку того я забрала с собой.
МВЯ ©
ЗЫ. Хотелось бы подчеркнуть, что я не хочу, чтобы эта страна предстала перед кем-либо эдакой дырой, где люди лампочки пугаются и не умеют пользоваться спичками. Ни в коем случае. Это просто записки о том, какие нравы бытуют в отдельно взятом месте в глубинке пустыни. Вполне возможно, что такие же курьезы можно встретить и на моей родине, в какой-нибудь забытой Богом деревне.
И да, не забывайте, что кое-какие моменты слегка утрированы для придания остроты моменту. Но все вышеозначенные события имеют под собой реальные факты.Огромная благодарность тебе
, YoMan78, за ценные советы и правку сего повествования. И за периодические пинки под зад, чтобы не ленилась.
yaplakal.com