Музыкант родился 13 сентября 1951 года в Ленинграде. Его родители Яков Розенбаум и Софья Миляева были студентами-однокурсниками Первого медицинского института. Позднее оба связали жизнь с медициной. Отец стал врачом-урологом, мать работала акушером-гинекологом, что впоследствии во многом предопределило выбор профессии и самого Александра.
Первые уроки музыки. Розенбаум научился играть на гитаре у соседа своей бабушки, известного гитариста Михаила Минина. Кроме того, с пяти лет он учился играть на фортепиано в музыкальной школе, а позже изучал джазовую аранжировку в вечерней школе.
Важный этап в жизни — медицина. Розенбаум поступил в Первый медицинский институт в Ленинграде. Однако на втором курсе его отчислили за неуспеваемость, но Розенбаум не сдался. Он работал санитаром и через год вернулся в институт, а в 1974 году получил диплом по специальности «анестезиология и реаниматология». После этого Александр около шести лет работал врачом скорой помощи. Как позже сказал сам артист, «без медицины я бы не смог добиться успеха как певец и поэт». Он считал, что опыт работы с людьми, их жизнью и трудностями сильно повлиял на его творчество.
первое профессиональное выступление с собственными песнями состоялось 14 октября 1983 года в ленинградском Доме культуры имени Дзержинского. Однако было бы не совсем верно утверждать, что его ранние хиты были «бандитскими» песнями, поскольку в его раннем репертуаре были самые разные лирические темы, в том числе о любви («Дым любви», «Подоконник»), о войне («Звездопад») и о его родном Ленинграде («Песня о Ленинграде»). Широкую известность ему принёс «Одесский цикл» по мотивам «Одесских рассказов» Исаака Бабеля. Однако всесоюзную популярность он обрёл после выхода песни «Вальс Бостон».
Визиты в Афганистан изменили его репертуар. В 1980-х Розенбаум ездил на гастроли и давал концерты для солдат. После этого в его творчестве стали преобладать песни о войне, а также появились темы, связанные с русской историей, цыганским бытом и казачеством. Как писатель.Розенбаум опубликовал несколько книг, в том числе «Прыжок в длину», «Подарок на день рождения», «Летать — это летать», «Бультерьер» и «Белая птица удачи».
Во время гастролей в Сиднее артист пережил клиническую смерть (его сердце остановилось на семь минут). К счастью, рядом оказался его друг, бывший фельдшер скорой помощи, который оказал ему первую помощь и вызвал скорую. После этого случая Розенбаум решил отказаться от алкоголя.
Сегодня Александр Яковлевич Розенбаум продолжает писать новые песни и активно гастролировать. По его собственным словам, остановка для него — вещь опасная, поэтому даже в 75 лет он не собирается сбавлять темп и остается востребованным артистом.
Светофоры, дайте визу, Едет «скорая» на вызов. Кто-то на Пушкарской задыхается. Есть тревога на лице, Есть магнезия в шприце, Щас она там быстро оклемается.
Это не для развлеченья, Эффективней нет леченья, Чем её подслойное введение. После десяти кубов Если ты не стал здоров, Значит, это недоразумение.
В Афганистане в чёрном тюльпане С водкой в стакане Мы молча плывём над землёй. Скорбная птица через границу К русским зарницам несёт ребятишек домой. В чёрном тюльпане те, кто с заданий Едут на родину милую в землю залечь, В отпуск бессрочный, рваные в клочья, Им никогда, никогда не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада, Свалившись на крыло, тюльпан наш падал, Мы проклинали все свою работу, Опять бача подвёл потерей роту. В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме Опять на душу класть тяжёлый камень, Опять нести на родину героев, Которым в двадцать лет могилы роют. Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться, надо собраться, Если сломаться, То можно нарваться и тут. Горы стреляют, стингер взлетает, Если нарваться, То парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома, Где нет войны и всё давно знакомо, Где трупы видят раз в году пилоты, Где с облаков не валят вертолёты. И мы идём от гнева стиснув зубы, Сухие водкой смачивая губы, Идут из Пакистана караваны, А значит, есть работа для тюльпана. И значит, есть работа для тюльпана.
В Афганистане в чёрном тюльпане С водкой в стакане Мы молча плывём над землёй. Скорбная птица через границу К русским зарницам Несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада, Свалившись на крыло, тюльпан наш падал, Мы проклинали все свою работу, Опять бача подвёл потерей роту. В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме Опять на душу класть тяжёлый камень, Опять нести на родину героев, Которым в двадцать лет могилы роют. Опять нести на родину героев, Которым в двадцать лет могилы роют.
Это сообщение отредактировал docentura - 13 сен 2026 в 11:17
С уважением отношусь к Александру Яковлевичу - талантливый, принципиальный мужик. Когда в 90-х стали стеснятся блатной романтики и кто-то придумал реабилитирующий этот убогий жанр термин "русский шансон", Розенбаума, естественно, стали гонять по одноименной "новому жанру" радиостанции. Ему это не понравилось, какой типа шансон, что это за название, не надо сюда мои песни тащить, я в суд пойду, нет никакого русского шансона, шансон это Франция и т.д. и т.п. И вроде как прав был, но... Наша кошечка сначала боялась пылесоса, а потом ничего - втянулась. Сейчас даже в жюри заседает на первой кнопке, в блатном проекте про три аккорда.
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
10 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)