В ночь с 16 на 17 июля 1918 г.

108 лет назад, в подвале дома инженера Ипатьева в Екатеринбурге,

во исполнение постановления Президиума Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов был расстрелян последний российский император Николай II, члены его семьи (императрица Александра Фёдоровна, великие княжны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, великий князь, цесаревич Алексей), Евгений Сергеевич Боткин (в 1908 году был назначен лейб-медиком императорской семьи, личным врачом Николая II; знаменитая Боткинская больница названа в честь его отца, Сергея Боткина)

а также другие проживающие вместе с царской семью лица.

Дискуссия о мотивах этого убийства ведётся вокруг причин расстрела самого Николая Александровича, хотя обсуждать тут абсолютно нечего. Николай Романов был свергнутым императором и с точки зрения революционеров любой политической окраски, от большевиков до эсеров, его и следовало расстрелять. Единственный вопрос, вокруг которого ведутся споры, заключается в том, отрёкся Николай или не отрекся. При этом сторонники обоснованности расстрела утверждают, что большевики казнили не государя, а просто «гражданина Романова». Но за преступления, совершенные им в период царствования как Николая Второго.
Гораздо менее важным считается выяснение мотивов расстрела остальных членов его семьи, причём воспринимаются они как единое целое, без различия пола, возраста и занимаемого в царской семье положения. Иногда выделяют Алексея Николаевича, и сторонники расстрела мотивируют это тем, что он был «законным наследником», за права наследования которого, несомненно поднялась бы вся Россия. И потому его надо было убить. О расстрелянных в подвале женщинах, то есть жены и дочерей Николая речь вообще никогда не заходит. Ну убили и убили.

И уж вообще никто и никогда (за очень редкими исключениями) не вспоминает об иных расстрелянных в подвале лицах: докторе Боткине, Иване Михайловиче Харитонове — поваре семьи последнего российского императора

горничной Анне Степановне Демидовой

и камердинере, полковнике Алоизии Егоровиче Труппе.

Для монархистов эти люди ничего не значат, а их оппоненты о судьбе этих несчастных попросту помалкивают.
По версии большевиков Николая расстреляли за преступления царского режима, бывшую царицу Александру Федоровну тоже, Алексея Николаевича как законного наследника, великих княжон Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию просто за компанию. - А Боткина и иже с ним за что убили? Это и есть главный вопрос, ответив на который, будет получен ответ на все остальные вопросы, поскольку мотивы убийства всех этих людей были аналогичными, охватывались единым замыслом.

Если вывести за скобки расстрел бывших царя и царицы, возможно естественный по тому времени и обстоятельствам, скрепя сердце согласится с необходимостью убийства законного наследника престола, то придётся поверить большевикам, что четырёх великих княжон казнили просто за компанию с отцом, матерью и братом.
Считается, что Николая Александровича расстреляли по некому «постановлению Президиума Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов». Само это «постановление», не сохранилось. Но из последующей переписки и официальных сообщений советских властей следует, что оно было принято в отношении расстрела только самого Николая Александровича. Что касается семьи бывшего императора, то сообщалось о её эвакуации в безопасное место. Нечего и говорить о том, что о расстреле Боткина, Харитонова, Демидовой и Труппа ни каких постановлений не выносилось; о их судьбах ничего не сообщалось.

В шифрованной телеграмме в Москву председатель Уральского Совета Белобородов

заверяет Свердлова в том, что семья Николая Александровича последовала участи его самого, но по официально будет объявлено, что семья погибла при эвакуации. Иными словами, убийство остальных членов царской семьи было решено скрыть от общественности. Таком образом, первым и самым естественным мотивом убийства Боткина, Харитонова, Демидовой и Труппа было сокрытие другого преступления: убийства детей и четы Романовых.
От своего начальства, то есть Свердлова и Ленина, Белобородов факт убийства Александры Фёдоровны и её детей вовсе не скрывал. Однако об убийстве Боткина, Харитонова, Демидовой и Труппа почему-то умолчал… Если знал, то почему не сообщил Москве…?

Ведь речь шла ни о ничтожных жизнях какого-то врача с поваром, а о сохранении тайны убийства бывшей царицы и её детей. Коль скоро большевики решили это убийство скрывать, то сразу же возникает вопрос о том, куда делась царская прислуга. Поскольку Белобородов обещает Свердлову, что царская семья погибнет при эвакуации (а это он организовать не смог), то очевидно, что убийства Боткина, Харитонова, Демидовой и Труппа были совершены для сокрытия от Москвы нераспорядительности Уральского Совета.
Устранение супруги бывшего царя и его законного наследника вполне объяснимо с политической точки зрения и идеологии правящей тогда партии. Однако, всё же, расстрел Александры Федоровны, царевича Алексея, великих княжон было решено скрыть, сфабриковав то ли крушение поезда, на котором их якобы эвакуировали, то ли нападение анархистов, бандитов или даже… белочехов.
Однако, по каким-то причинам фальсификация н удалась и пришлось вместе с Николаем расстреливать всю его семью.
А для сокрытия убийства великих княжон убили и Боткина, Харитонова, Демидову и Труппа. Убийство, призванное скрыть другое преступление, совершенное с целью сокрытия третьего преступления. Причем даже не от некой «общественности», а от собственного московского начальства.
Поскольку казнь Александры Фёдоровны и её детей было решено скрывать, Уральский Совет должен был вначале отделить самого Николая от его семейства и казнить его, как «врага трудового народа». Затем, под «благовидным» предлогом (например, болезнь мальчика) умертвить саму Александру и её сынишку при «переводе в госпиталь». А дочерей Николая и Александры убивать было и вовсе не обязательно. В крайнем случае великие княжны могли погибнуть при «несчастном случае во время эвакуации».

В любом случае, советское правительство всегда упорно открещивалось от кровавой бойни, которую устроили уральские большевики. В официальном сообщении советского руководства о расстреле Николая II, опубликованном в газетах «Известия» и «Правда» 19 июля, утверждалось, что решение расстрелять Николая II («Николая Романова»)

было принято в связи с крайне тяжёлой военной обстановкой, сложившейся в районе Екатеринбурга, и раскрытием контрреволюционного заговора, имевшего целью освобождение бывшего царя. Решение о расстреле было принято президиумом Уральского областного совета самостоятельно и убит был только Николай II, а его супруга и сын были переправлены в «надёжное место». О судьбе других детей и приближённых к царской семье лиц вообще не упоминалось. В течение ряда лет власти упорно отстаивали официальную версию: семья Николая II жива.
В дальнейшем официальные представители советского руководства продолжали дезинформировать мировую общественность: дипломат М. М. Литвинов заявлял, что царская семья жива, в декабре 1918 года; Г. З. Зиновьев в интервью газете San Francisco Chronicle 11 июля 1921 года также утверждал, что семья жива; нарком иностранных дел Г. В. Чичерин и далее продолжал давать ложные сведения о судьбе царской семьи — так, уже в апреле 1922 года, во время проведения Генуэзской конференции, на вопрос корреспондента газеты Chicago Tribune о судьбе великих княжон он ответил: «Судьба дочерей царя мне неизвестна. Я читал в газетах, будто они находятся в Америке».

Те совершенно экстраординарные меры, которые убийцы предприняли для сокрытия следов убийства великих княжон, также были направлены на сокрытие убийства доктора, повара, горничной и камердинера, Алоизия Егоровича Труппа. Учитывая, что большевики всячески отрицали убийство дочерей царя, уместно предположить, что доктор Боткин и другие были убиты для сокрытия расправы над великими княжнами.
Есть, впрочем, и другие варианты. Доктор Боткин и другие убитые в Ипатьевском доме несчастные могли быть не просто нежелательными свидетелями бойни, учиненной в нём командой Юровского.


Яков Михайлович Юровский (настоящее имя и отчество — Янкель Хаимович Юровский)

(16 июля Юровский получил из Москвы телеграмму, в которой в завуалированной форме содержался приказ о расстреле Романовых. В тот же день во двор Ипатьевского дома прибыло пять грузовиков с кислотой и бензином). В конце концов, всех непричастных к царской семье лиц их можно было просто удалить из дома накануне казни, например, взять под арест. Весь вопрос в том, свидетелями чего стали эти люди во время пребывания c царской семьёй в Екатеринбурге.
И можно ли после этого их было оставлять в живых...

P.S.
…. "Здесь болит?", - сочувственно спросил у мальчика комиссар в черной кожаной куртке. Цесаревич улыбнулся дяденьке: "Да, ножка болит. Кажется, сломал". "Мы это поправим", - пообещал Юровский, вставая…
… Яков Михайлович Юровский выглядел вполне безобидно, был похож на интеллигентного человека, поэтому "гражданин Романов" принял его за доктора.
Юровский был мил с императором, с императрицей и с великими княжнами. К болезненному цесаревичу Яков Михайлович, и вовсе, относился с явной симпатией. Так, во время знакомства с Романовыми, их будущий палач посочувствовал Алексею и дал врачу Деревянко совет наложить гипс на ногу цесаревича.
Именно поэтому Николай решил, что перед ним - доктор. Юровский прекрасно разбирался в медицине, и в своё время окончил школу фельдшеров. Впрочем, император очень скоро понял, что ошибся, и доктор - вовсе не доктор. Скорее, наоборот…
… Юровский прекрасно знал, зачем его поставили в коменданты, поэтому он не собирался устанавливать человеческие отношения с членами семьи. Эпизод жалости к Алексею был лишь эпизодом...
… Юровский приступил к подготовке расстрельной команды с шести часов вечера 16 июля 1918 года. Комиссар и его товарищи обсуждали способы казни. Были выдвинуты различные предложения, в частности, Романовых собирались заколоть штыками во сне либо забросать бомбами в их комнатах…
… В ночь на 17 июля посреди ночи к Романовым вошла расстрельная команда. Членов семьи, а также их небольшую "свиту" подняли с постелей, велели быстро одеваться. Юровский сообщил Николаю Александровичу: белые стремительно наступают, в доме находиться небезопасно, необходимо укрыться в подвале.
Как только Романовы оказались в подвале, комиссар объявил "экс-императору" о немедленном расстреле.
Николай изумленно воскликнул: "Что? Что вы сказали?".
Тут же раздались выстрелы. Позднее Юровский признался:
"Я целился цесаревичу в голову, но не попал. Стрельба была крайне беспорядочной, так что трудно сказать, кто кого убил"…

В ту ночь в подвале Ипатьевского дома нашли свою смерть 12 человек:
50-летний император Николай Романов,
46-летняя императрица Александра Федоровна;
великие княжны Ольга (22 года), Татьяна (21), Мария (19), Анастасия (17). Погибшему от пуль большевиков болезному цесаревичу Алексею было 13 лет.
Вместе с Романовыми погибли их слуги: 61-летний лакей А. Трупп, 48-летний повар И. Харитонов, 40-летняя горничная А. Демидова и 53-летний лейб-медик Е. Боткин.