Рядовой Переменного состава, или Дизель (1994-1995) рассказ ч 2-3

Уточнение по первой части:
Спутал годы, правильно 1994-1995гг.
Года за два - голословное выражение, но учитывая, что после половины срока почти 99,9% процентов нагоняли, то считалось "год за два".

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ


ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Еще в тюрьме в корпусе "ЛЮКС", где ждали суда или этапа первоходы или рецедивисты по простой статье, скорефанился я с Лехой из Сызрани.
Потом нас судьба развела и снова свела уже в ДБ.
В том самом коридоре, где мы четверо вновьприбывшие ждали аудиентции с ротным.

В какой то серой-белой застиранной ХБшке, в проеме арки, словно на картине, стояло привидение. Осунувшийся, похудевший и с какими то странными глазами Леха.

Я стал ему радостно махать: Леха! Здарова!

Леха не обрадовался мне и как то странно отвернулся.

А рядом спросили: Ты что, знаком с ним?!

И я понял, что то не так с Лехой.

Нам четверым повезло, что первым пошел к ротному Володя, коренастый как дуб. Кстати, он был мой ДЕД: из одной части и одной роты, только на год раньше призывался.

Зашел он к ротному, закрыл дверь и спустя минуту эту дверь открыл. Но не руками, а спиной. Спиной, после удара в грудь. Оказывается, так тоже можно открывать двери.

Так, благодаря Вовану, мы поняли, что заходить к ротному и докладывать нужно по уставу и все трое прошли доклад как положено. То есть, выходили мы открывая дверь руками, а не спиной. Напомню, что пятый из-за вшей в трусах, сидел на местном кичмане.

Вечером, когда "шакалы" уехали домой, нас "пригласили" в тесную каптерку и стали нам задавать по очереди вопрос: как будешь жить, мужиком или пацаном? Задавали вопрос с помощью шингард на руках.

По всем правилам нужно было задать уточняющий вопрос: а что значит мужиком или пацаном? Но откуда нам было знать об этом и поэтому первый выбрал красивый вариант, что пацаном. Каким мужиком еще?!

Сразу стало понятно, что отвечать нужно по другому. Пара легких ударов по почкам убеждали.

Второй все понял и ответил правильно.

Третьим шел Володя и он настаивал, что пацаном все же лучше, но когда уже двое его стали обрабатывать, он согласился, что мужиком тоже нормально.


198? год.

Я рос в обычной советской семье: Мама и Папа работали на заводе, две старшие сестры.
В 6 утра с гимном по радио просыпался и ждал 4 с лишним минуты, когда допоют: Нас к торжествуууу коммуниииииизмааааа ведёёёёёёт!!!

Октябренок, пионер.

Но нас, на самом деле, воспитывали не родители и не школа. Мы сами, как маугли росли в джунглях среди своих законов: не стучать, отвечать за свои поступки и слова. И быть пацанами.

Самым страшным наказанием был байкот среди своих - когда никто с тобой не разговаривал. Любой школьник моих времен выбрал бы расстрел, но не байкот.

Что значит быть пацанами никто толком не знал. А по факту пацан жил как барин: сам себе не стирал, сапоги себе не чистил - чисто зажравшийся дембель.

1994 год.

Я понимал, что вопросы про мужиков и пацанов это проверка на дальнейший статус и надо было держаться из-зо всех сил. Я представил себя Александром Матросовым. Да, настолько я был наивен, как и уперт в своей правоте. Прям Тимур, без команды. Да, такими нас воспитывали.

В общем, я стоял на своем. Не то что бы я любил, когда делают больно, но мне казалось, что так правильно и самое главное - в дальнейшем мне это как то поможет.

Когда тебя бьют, то больно в начале, а потом боль притупляется - включается адреналин. Били то не голыми руками и ногами, а мягкими перчатками. Удар в почку, потом в поддых. В конце уже разозлились и кто то пару раз ударил по лицу.

В тесной каптерке уже не хватало места, чтобы добавить желающих влупить по мне и меня вывели в соседнее помещение. Это что то вроде помывочной, но только с умывальниками, без душа. Еще рядом, такой же большой туалет за дверью с "машками" в два ряда напротив друг друга.

Кидали что то на пол и требовали поднять. Поднимать было нельзя. Я это понимал как и то, что все слишком затяговалось. Но как это остановить не понимал.

Потом меня потащили к "машкам" (это куда срать, но на корточках), чтобы окунуть головой в гавно.
Я решил, что время сдаться: быть избитым героем, чем опущенным избитым героем.

Бьющие облегченно вздохнули.

Мне выделили кровать, выдали мокрое воняющее хлоркой вафельное полотенце вместо маски и я попытался уснуть.

А на следующий день я узнал, что Леха стал п...ом ради еды.


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

В учебке, когда в первые дни ты срал мамиными пирожкками, в солдатской столовой ты мог есть только хлеб и кисель, или чай. От остального воротило.
Спустя неделю ты ел как все и то что давали.

В самом стройбате было какое то особенное блюдо: варили вместе крупу, картошку, квашенную капусту и рыбные консервы. Иногда давали бигус.

Потом в сизо запомнилась уха из копченной селедки. Хлебать почти черную жижу было невозможно, даже проголодавшись. А вот выловив саму селедку и положив ее на черный хлеб, получался вполне съедобный будтерброд. С чифирем хорошо заходила та селедка, когда ландориков не было.

Вся эта еда была такого себе качества, но она была. В ДБ была иная проблема - еды порою совсем не было.

Зимой, когда котельная пыталась хотя бы немного прогреть трубы отопления в казарме, в столовой грелся этой горячей водой, доведенной до кипятка, большой котел. Напоминал он огромную скороварку.

Как только отопление отключали, столовая переходила на летнюю походную кухню на колесах. Топили ее дровами. Объем этих двух котлов значительно отличался не в пользу летней.

В зависимости от количества тел в части, был разным и размер твоей порции. Весной, когда убили Листьева, в часть стало приходить слишком много осужденных. Если раньше было 1-2 новеньких в неделю, то той весной почти каждый день приходило 2-5 человек.
Рота росла, а порция уменьшалась. Доходило то такого, что порцию дряной каши хватало, чтобы намазать только на один небольшой кусок хлеба. Сверху сыпали обильно солью, чтобы хоть как то увеличить объем.

Прием пищи был стандартый. Сначала садились за стол сержанты охраны красноперые, за их спинами стояла огромная очередь с голодными глазами. Перед входом разливали по фляжкам кипяченную воду, чтобы дизентерии не было. И как в стройбате деды, на дизеле блатные знали, что можно или пить, чтобы брома не нахвататься.

Так вот. Если сержант был мудаком, то он мог после того как сам поел, крикнуть: Прием пищи закончен! Некоторые молодые даже еще пищу могли не получить на раздаче, не то чтобы поесть.

Когда стали после свиданок жаловаться родители, которые видели покосившиеся и значительно похудевшие тельца своих сыновей, сержантам сказали, что так делать нельзя.

Но все равно, порции и физические нагрузки не способствовали наращиванию мышечной массы.

У нас в роте было 3 активных и один пассивный пи..ра.
Спали они в углу казармы. В столовой у них был отдельный стол и порции у них были такие, что падало с тарелок на противень. Но не смотря на голод, желающих присоедениться не было. Я не стал уточнять у Лехи, почему он подался к этому отряду и возможно, он думал, что не надо будет ночами отрабатывать. Но он очень сильно ошибся и может потому у него такие глаза и были при нашей стрече в коридоре. Мол, если бы я знал....

Четверты, пассивый, жил с ними, но не "работал" по ночам. А попал он к ним спиздив кусок сала у соседа.

С этим у нас было очень строго и я после своего стройбата, где были офицеры алкаши и в тумбочке кусок мыла нельзя было оставить, потому что сразу все крысили, словно попал в ту армию, которую и хотел изначально.

Продолжение следует.


Это сообщение отредактировал dozacoffee - 22 июн 2026 в 21:10