Завтра...

Завтра я достану пару рюмок, налью водки, на одну рюмку положу кусочек хлеба.
Я поздний ребенок.

В отличии от многих здесь присутствующих я выпью за отца.
1923г.р.
В июле 1941г ему исполнилось 18 и он пошел на войну..

Это тот самый призыв из которого к 1945г в живых осталось несколько процентов.
Он был из тех ветеранов, что не носили наград и не рассказывали про войну.
Всего один раз, когда я мог уже с ним сидеть за рюмкой чая, он рассказал про то, как воевал.

Я даже не поверил тогда в то о чем он говорил.
Три ранения.
Три месяца штрафной роты
Год в плену...

9 мая после очередного ранения он встретил в госпитале под Кенигсбергом.
Страшная, фантастическая сказка.
Сейчас, когда появилась возможность покопаться в архивах, сказка оказалась былью подтвержденной документами.

Но это будет завтра.

А сегодня днем выпью за маму, которой сегодня исполнился бы 101 год.

Ниже фото отца из госпиталя - зима 1942