Пятьдесят шесть лет минуло с момента, когда мир услышал студийную запись нового, еще никому не известного сочинения молодого композитора Эндрю Ллойда Уэббера и его столь же юного напарника, либреттиста Тима Райса. Так стартовал путь рок-оперы "Jesus Christ Superstar" – одного из самых знаковых и значимых явлений в музыкальной культуре второй половины ХХ века.
"С самого детства меня не покидала мысль: как бы я поступил, окажись на месте Понтия Пилата или Иуды Искариота? Откуда им было знать, что Иисус станет божеством, а они после этого будут осуждены навечно?" – так Тим Райс вспоминал в своей автобиографии истоки этой рок-оперы.
Он же признавался, что толчком к созданию, как и для многих других рок-явлений 60-х, послужил главный рок-поэт той эпохи – Боб Дилан. В его песне 1964 года "With God on Our Side" звучат строки: "Долгими темными часами / Я думал о том, что Иисус был предан поцелуем. / Но решайте сами: / Не был ли Бог на стороне Иуды?"
"Иуда не был глупцом, и то, к чему в итоге привела вся эта история, было лишь отражением политической ситуации того времени", – вторил ему Уэббер.
Это сообщение отредактировал zeppelman - 17 апр. 2026 г. в 12:42
Именно Иуда, а не Христос, оказывается в центре драматического сюжета "JCS". Тим Райс говорил, что в Евангелии Иуда предстает "примитивным, картонным злодеем", тогда как он стремился очеловечить этот образ. Так родилась измученная душа, разрываемая любовью ко Христу и сомнениями в правильности выбранного им пути, что в итоге и приводит к предательству.
"Очеловечиванию", вопреки обожествлению, подвергся в опере и образ самого Иисуса Христа. "Мы видим Христа не как Бога, а как человека, оказавшегося в нужном месте в нужное время", – говорил Тим Райс.
Несмотря на почти буквальное следование евангельскому сюжету, такой подход, вкупе с выбором крайне современной и актуальной музыкальной формы, позволил молодым авторам отойти от стандартного благоговейно-почтительного отношения к христианской легенде. Они представили Христа как радикала-революционера, борющегося с истеблишментом.
Эта трактовка, отражающая бунтарский дух времени и мировосприятие рубежа 60-70-х годов, во многом и обусловила беспрецедентный успех рок-оперы.
Впрочем, ни композитор Эндрю Ллойд Уэббер, ни его либреттист Тим Райс не вписывались в привычный образ бунтарей 60-х. Они познакомились в 1965 году. Уэббер, выросший в музыкальной семье и с юных лет пробовавший себя в композиции, тогда учился в лондонском Королевском колледже музыки. 20-летний Райс занимал низовые позиции в музыкальном бизнесе и мечтал стать поэтом-песенником.
Время было рок-н-ролльное, но молодые люди, благодаря своему воспитанию и образованию, тяготели не столько к рок-песне, сколько к классическому театральному мюзиклу – форме, казавшейся более традиционной и перспективной для успеха.
Именно такой стала их первая совместная работа – мюзикл "Такие, как мы" (The Likes of Us), написанный в том же 1965 году. Он рассказывал о филантропе, основателе детского приюта. Однако затея провалилась: ни один театр не взялся за постановку, дело ограничилось демо-записью, и мюзикл был забыт вплоть до 2005 года, когда дебютное сочинение уже всемирно известного дуэта наконец увидело свет.
Следующая попытка была более удачной. Основанная на библейской истории Иосифа Прекрасного, поп-кантата "Иосиф и его удивительный плащ снов" (Joseph and the Amazing Technicolor Dreamcoat) ждала гораздо более успешная судьба. После скромной школьной премьеры, 35-минутное вокально-инструментальное произведение прозвучало в ноябре 1968 года в Соборе Святого Павла и получило хвалебную рецензию в газете Sunday Times, где ее окрестили "поп-ораторией" и отметили "живость и новаторский подход".
Полноценной театральной постановки "Иосиф и его удивительный плащ снов" удостоился лишь после мирового триумфа "JCS". В одной из бродвейских версий главную роль исполнил известный американский певец Донни Осмонд.
"Слушай, Иисус! Мне не нравится то, что я вижу.* Все, что я прошу — выслушай меня и припомни — я же был твоей правой рукой все это время. Ты зажег в них огонь, и они думают, что они нашли нового Мессию. Они растерзают тебя, когда поймут свою ошибку. Я помню, когда все только начиналось, не было разговоров о Боге — мы называли тебя человеком. И поверь мне — мое восхищение тобой не умерло, но всякое слово, сказанное тобой сегодня обязательно извращается, и они растерзают тебя, когда поймут, что ты их обманывал. …Слушай, Иисус! Беспокоишься ли ты о своем народе? Неужели ты не видишь, что мы должны остаться здесь? Мы оккупированы — неужели ты забыл, как мы унижены? Я боюсь толпы, с ней мы становимся слишком громкими. Они раздавят нас, если мы зайдем далеко,..".
Воодушевленные успехом, Уэббер и Райс решили, что их следующая работа – рок-интерпретация евангельской легенды о Христе и Иуде, которой они дали "современное" название "Иисус Христос – суперзвезда", – должна наконец достичь поставленной цели и стать успешным театральным мюзиклом на сцене одного из лучших театров лондонского Вест-Энда, с перспективой выхода и на Бродвей. Однако поставить задачу оказалось гораздо проще, чем ее решить. Постановка мюзикла – дело затратное, и убедить театральных продюсеров в жизнеспособности столь нетрадиционной трактовки христианской истории не удавалось.
Даже на фоне успешно идущего как в Вест-Энде, так и на Бродвее поп-мюзикла "Волосы", "JCS" звучал радикально: музыка была жестче, явный рок, а не поп; текст, несмотря на библейский сюжет, пелся с ощущением современности : "Почему ты выбрал такое отсталое время и столь странное место?", изобиловал современными понятиями, пиар, массовая коммуникация и сленгом.
К тому же, в отличие от привычной структуры мюзикла, здесь полностью отсутствовали разговорные сцены. Все произведение, от начала до конца, от появления Христа в Иерусалиме до его распятия, было спeто. Так родилось жанровое обозначение – рок-опера.
"Никто не хотел даже слушать о постановке 'JCS' в театре. 'Хуже идеи не придумаешь', – сказал нам один из продюсеров. Поэтому мы с Тимом Райсом решили выпустить оперу в виде альбома", – вспоминает Эндрю Ллойд Уэббер. Это было нестандартное решение для мюзикла, но весьма характерное для рок-эпохи 60-х: сначала записать концептуальный альбом, а затем уже с его помощью пробить дорогу на желанную театральную сцену.
Концептуальные альбомы, начиная с феноменального успеха "Сержанта" Битлз, были на пике моды. Набирал силу и жанр рок-оперы: после нескольких первых, малоизвестных попыток, опера "Tommy" группы The Who, вышедшая в мае 1969 года, получила широкий резонанс.
Продюсерами записи выступили сами Уэббер и Райс, они же подбирали исполнителей – ни много ни мало 60 вокалистов и инструменталистов. И хотя финансирование записи и последующего издания взяла на себя крупная звукозаписывающая компания Decca, бюджет, выделенный на столь масштабный проект малоизвестных авторов, был невелик, так что о "звездах" речи не шло. Все артисты, как и сами авторы, были начинающими и малоизвестными.
Подобно подходу авторов к своему творению – гибриду рока и мюзикла – отобранные ими музыканты и певцы представляли собой пеструю картину самых разных жанров. Мюррей Хед, исполнитель роли Иуды, работал на телевидении, в том числе в шоу Майкла Пейлина, будущего участника "Монти Пайтон", и выступал в лондонской постановке поп-мюзикла "Волосы". Барри Деннен, сыгравший Понтия Пилата, мелькнул в постановке мюзикла "Кабаре" в одном из лондонских театров.
"Я не знаю, как его любить, что мне делать, как увлечь его. Я изменилась, да, действительно изменилась. В эти последние дни я себе кажусь совсем другой. Я не знаю, как принять это, я не понимаю, почему он волнует меня. Он мужчина, всего лишь мужчина, их у меня раньше было очень много и всегда по-новому. Он всего лишь еще один. …Я никогда не думала, что такое будет со мной. Хотя, если бы он сказал мне, что любит меня, я бы растерялась и испугалась, я бы не смогла справиться с этим, просто не смогла бы справиться. Я бы отвернулась, убежала бы, я не хотела бы этого знать. Он меня так пугает. Я так хочу его, Я так люблю его".
Марию Магдалину Уэббэр нашел в каком-то ресторанчике, поющую под гитару. Урожденная гавайка — Ивон Эллимен — оказалась настоящим ветераном этой рок-оперы. Она играла Марию и в первой бродвейской постановке оперы в 1971 году и в снятом на ее основе фильме 1973 года. — Многие мелодии в "Иисусе…" были написаны еще до работы над рок-оперой и имели совершенно другие тексты. Например, ария Марии Магдалины сперва была песенкой "Канзасское утро", а будущая ария Ирода посылалась на конкурс Евровидения со следующим текстом: "Try it and see, / Won’t you try it with me? / I’ll be happy all my life / If only you would be my wife…" ("Попробуй это и посмотри, / Хочешь попробовать это со мной? / Я буду счастлив на всю жизнь, / Если только ты будешь моей женой"). Тим Райс смеялся позже, что песня не выиграла конкурс, так как не была достаточно тупой.
Пожалуй, единственным из солистов с хоть сколь-нибудь заметной рок-репутацией был исполнитель роли Царя Ирода – вокалист группы Manfred Mann Майк д’Або.
Даже самая яркая звезда среди участников студийной записи "JCS" на тот момент – Йен Гиллан в роли Иисуса – лишь недавно присоединился к составу тогда еще довольно средней группы Deep Purple. Тим Райс заметил его в августе 1969 года на концерте группы в Royal Albert Hall, где Гиллан исполнил свой только что написанный будущий хит "Child in Time".
Среди исполнителей также числился никому тогда еще не известный Пол Гэдд, выступавший под псевдонимом Пол Рейвен. В будущем он прославится как поп-звезда, а затем окажется в центре скандала и будет осужден как педофил под именем Гэри Глиттер.
Многочисленные массовые сцены были исполнены тремя хорами, включая детский.
"...Почему ты выбрал такое отсталое время и такую неподходящую страну? Если бы ты пришел сейчас, ты дошел бы до всей нации. В Израиле в 4 году до н.э. не было массовых коммуникаций. Не пойми меня неправильно — я только хочу знать. Скажи, что ты думаешь о своих друзьях на вершине. Кто среди вас лучший плод, как ты думаешь? Был ли Будда, где он сейчас? Там ли, где и ты? Мог ли Магомет двигать горы, или это лишь реклама? Думал ли ты умереть именно так? Была ли это ошибка или ты знал, что твоя смерть побьет все рекорды? Не пойми меня неправильно — я только хочу знать. Инструменталистов было более трех десятков. Вместе с рок-группой Grease Band, аккомпанирующим составом Джо Кокера, играли трубачи, флейтисты, тромбонисты, фаготисты и гобоисты. Сам Уэббер играл на фортепиано и новомодном синтезаторе Moog.
Запись еще не была завершена, когда Decca решила выпустить "тизер" – сингл "Superstar". Этот сингл представлял собой арию Иуды, обращенную к Христу. Иуда, покончивший с собой, горько сокрушался о том, что Христос, по его мнению, мог добиться большего. Сингл в исполнении Мюррея Хеда вошел в топ-100 американского Billboard и успешно выполнил свою задачу – подогрел интерес к грядущему релизу.
Полноценный релиз пришлось ждать еще почти год. 87-минутный двойной альбом, дополненный прекрасно иллюстрированным 28-страничным вкладышем с полным текстом либретто, вышел в сентябре 1970 года. Как ни странно, в Америке он имел куда больший успех, чем на родине. Уже в начале 1971 года альбом возглавил чарты Billboard.
В Британии успех был более скромным – пластинка поднялась лишь до шестого места. Возможно, причиной относительной неудачи стало отсутствие ротации на радио: BBC сочла оперу "кощунственной" и запретила ее трансляцию.
Тем не менее, дорога к желанной обоими авторами театральной постановке была открыта. Как вспоминал позднее Тим Райс, невозможность постановки сразу на сцене, как ни парадоксально, пошла опере на пользу.
«Работая над пластинкой, мы сократили и осовременили текст. Музыка стала более роковой, энергичной, нацеленной на молодёжную аудиторию. Всё это дала нам пластинка. Поначалу мы этого не осознавали, ведь Эндрю писал её с расчётом на театр, а не на альбом. Но так получилось и лучше: ещё до постановки мы получили огромное освещение в прессе, и когда, наконец, добрались до сцены, все участники уже прекрасно знали и текст, и музыку».
Любопытно, что одной из первых компаний, куда Уэббер и Райс обратились с идеей превратить альбом в полноценный театральный спектакль, была битловская Apple.
Созданная в мае 1968 года, компания громко провозглашала намерение помогать новым интересным проектам. Однако к тому времени, когда Jesus Christ Superstar стала известна, «Битлз» пребывали в полном раздрае и судебных тяжбах после распада. Аллен Кляйн, прозванный «бухгалтером», взявший контроль над Apple, с трудом разгребал старые завалы, и новым проектам пробиться было практически невозможно. Вот как вспоминает об этом в своей книге Magical Mystery Tours тогдашний сотрудник Apple Тони Брэмуэлл:
«Из рук Кляйна ускользали многие проекты, в том числе и Jesus Christ Superstar, первый из целой династии суперуспешных мюзиклов Эндрю Ллойда Уэббера и Тима Райса. Оперу принесли в Apple, потому что в ней пел Иэн Гиллан из Deep Purple и играл Джонни Густафсон, бас-гитарист ливерпульской группы The Big Three. Я помню, как запись гремела по всему зданию, и все мы напевали одну за другой запоминающиеся мелодии. А когда Кляйн уволил Питера Брауна [ассистент «Битлз», занимавшийся их повседневными делами после смерти Брайана Эпстайна], тот просто прихватил записи с собой и отнёс их Роберту Стигвуду. Потом Питер долго был пиарщиком Уэббера в Америке. Будь Кляйн чуточку внимательнее и прозорливее, Apple могла бы заключить контракт с Уэббером и Райсом и владела бы сейчас правами не только на Jesus Christ Superstar, но и на «Эвиту», «Кошек», «Призрака Оперы»…»
Однако, прежде чем Роберт Стигвуд – опытный и влиятельный продюсер, за плечами которого был менеджмент знаменитых Animals, Cream и Bee Gees и постановка мюзикла «Волосы», – сумел взяться за производство спектакля, выяснилось, что популярность оперы в Америке была такова, что по всей стране студенты в университетских театрах своими силами стали ставить её. Не дожидаясь бродвейской постановки, Стигвуд организовал общеамериканское концертное турне по крытым стадионам – первое представление прошло в Питтсбурге 12 июля 1971 года.
"(Иуда) Прочь кровавые деньги! (Савл) Чем меньше приличий, тем меньше возни! (Иуда) Прочь кровавые деньги! (Кайафа) Ну раз можешь взять их, так лучше возьми! Лучше подумай, на что их истратить? Хочешь, раздай тем, что беден и стар. (Савл) Мы знаем, ты любишь всех нищих, как братьев. Прими эти деньги как скромный наш дар".
Когда в продажу вышел первый сингл с двумя песнями из "Иисуса" (рок-опера еще не была закончена), в прессе прокатился слух, что роль Христа в будущем произведении исполнит Джон Леннон. Учитывая, что норовистый "битл", когда-то шокировал общественность фразой, что "BEATLES стали популярнее Христа", в воздухе запахло скандалом. Тут еще "подсуетился" и пресс-атташе Леннона, заявив, что Джон даст согласие, если роль Магдалины сыграет Йоко Оно. Связываться с этой "сумасшедшей парочкой" авторы "Иисуса…" не захотели, и взяли исполнителями главных партий не слишком известных на тот момент личностей. Мик Джаггер и Элис Купер рассматривались в качестве претендентов на роль Иисуса в экранизации 1973 года. Позднее, в новой бродвейской постановке рок-оперы, Купер исполнил роль царя Ирода.
Иуда с дредами, Иисус-женщина и Элис Купер в блестящем костюме.
Наконец, 12 октября 1971 года в театре Марка Хеллингера на Бродвее состоялась премьера первой полноценной театральной постановки. Гиллан, решивший полностью посвятить себя работе в наконец-то добившихся крупного успеха Deep Purple, от дальнейшего участия в судьбе оперы сразу отказался. По каким-то причинам отпал и Мюррей Хед, и из участников студийного альбома на бродвейскую сцену вышли только Ивонн Эллиман и Барри Деннен в роли Пилата.
Спектакль получил смешанные оценки в прессе, был номинирован на пять премий «Тони», но не получил ни одной.
Сам Уэббер был в ярости от, как он выразился, «безвкусной и вульгарной интерпретации». «Никогда ещё моя работа не получала столь неверной трактовки», – заявил он. Тем не менее, спектакль шёл на Бродвее почти два года и выдержал свыше 700 представлений.
Первый исполнитель роли Иисуса, Джефф Фенхольт, вышел на сцену премьеры мюзикла 12 июля 1971 года в Питтсбурге. Он также отметился как вокалист хэви-метал группы Black Sabbath на протяжении нескольких месяцев. Карьера Фенхольта на TBN во многом обязана его участию в бродвейских постановках и, конечно же, легендарным Black Sabbath. Сам Фенхольт вспоминает, как однажды менеджер Black Sabbath Дон Арден просто сообщил ему, что отныне он становится вокалистом группы.
Книга Гарри Шарп-Янга "Never Say Die", позже дополненная и переизданная как "Sabbath Bloody Sabbath — The battle for Black Sabbath", утверждает, что за время пребывания Фенхольта в группе было сделано немало записей. Это были непростые, сумбурные времена для Black Sabbath. После недолгого пребывания Дэвида Донато, успевшего записать лишь демо, группу покинули Гизер Батлер и Билл Уорд, оставив Тони Айомми в полном одиночестве.
Дон Арден предложил Айомми поставить во главе вокалиста Фенхольта и наконец-то записать песни для нового альбома. Впрочем, "Never Say Die" приводит слова других участников той эпохи, которые уверяют, что Фенхольт не имел ни малейшего понятия о планах Айомми выпустить сольник. Клавишник Джефф Николс, в свою очередь, настаивает, что Айомми желал привлечь к записи разных вокалистов, включая таких звезд, как Дэвид Ковердейл, Стив Марриотт, Гленн Хьюз и Роб Хэлфорд.
Сам Фенхольт утверждает, что некоторые из написанных им мелодий нашли свое место на альбоме "Seventh Star", но за них ему так и не заплатили. Что касается текстов, то ни одна из его наработок не была использована – это легко проверить, сравнив демо и финальный альбом. Ходят слухи, что Фенхольт вообще ушел из проекта из-за личного конфликта: его религиозные убеждения столкнулись с текстами, написанными Джеффом Николсом. Позднее сам Айомми утверждал, что Фенхольт никогда не был полноценным участником группы, а сделанные записи – не более чем проба его голоса. Он признал, что у Фенхольта отличный голос, но, по мнению Айомми, он совершенно не подходил к лирике Black Sabbath.
"…Я изменился, я уже не так уверен, как тогда, когда мы только начинали. Тогда я был вдохновлен, сейчас я грустен и устал. Послушай, ведь я действительно превзошел все ожидания в своих деяниях за три года, которые стоят тридцати. Мог бы ты требовать столького от любого другого человека? Но если уж мне умирать, то досмотри сказание до конца и сделай то, о чем Ты говорил мне. Пусть они ненавидят меня, бьют меня, ранят меня, прибивают гвоздями. Но я хочу знать, я хочу знать, Боже, я хочу видеть, я хочу видеть, Боже, почему я должен умереть?"
Лондонская премьера – в театре «Палас» в самом центре Уэст-энда – прошла почти через год, 9 августа 1972-го. Театральная судьба JCS в Америке и Англии по сравнению с судьбой альбома оказалась зеркально противоположной. Если альбом был куда более успешен в США, то спектакль – в Британии. Он не сходил со сцены восемь лет и стал самым успешным британским мюзиклом того времени. В 1975 году, незадолго до своей смерти, на спектакле побывал Дмитрий Шостакович.
«В числе моментов моей жизни, которыми я горжусь больше всего, – вспоминает в своих мемуарах Эндрю Ллойд Уэббер, – было посещение спектакля моим кумиром, Дмитрием Шостаковичем. Он сказал, что и сам хотел бы написать такое, и похвалил меня за то, как рок-секция взаимодействует со струнными и духовыми».
Смешные моменты случались и во время работы над бродвейской постановкой. Так однажды во время кастинга на роль Магдалины в зале появился Тим Райс, загримированный под женщину. Аккомпаниатор в шутку посвящён не был. Когда «Магдалина» взяла несколько нот, присутствующие в зале и посвящённые в шутку Уэббер и Стигвуд покатились со смеху, а несчастный аккомпаниатор в гневе покинул зал, заявив, что недостойно вести себя подобным образом, как бы женщина ни пела.
Успех шёл по нарастающей. В июне 1973 года появился голливудский фильм известного режиссёра Нормана Джуисона. Джуисон облёк свою картину в историю странствующего молодёжного театра, который отправляется в пустыню, чтобы поставить там «Страсти Христовы», сделав акцент на контркультурных, хиппистских мотивах оперы.
Тем не менее Папа Римский Павел VI, которому режиссёр сумел показать картину, отнёсся к ней вполне благосклонно: «Мистер Джуисон, мне не просто понравился прекрасно поставленный вами по рок-опере фильм, я считаю, что он, как ничто другое, сумеет привлечь к христианству многих и многих людей по всему миру».
И это был не первый жест признания оперы со стороны католической церкви. Ещё в 1971 году радио Ватикана передало полную запись альбома – все 87 минут – сопроводив её интервью с Уэббером и Райсом.
«Ничего подобного на наших волнах до сих пор не звучало, – сказал перед началом программы диктор, – но мы считаем этот альбом работой значительной важности».
Благосклонная реакция Ватикана не спасла, впрочем, JCS – и в театральном, и в кинематографическом её воплощении – от недовольства, а то и протестов различных христианских организаций. Знаменитый американский проповедник Билли Грэм обвинил рок-мюзикл в «кощунстве и святотатстве». Особенное возмущение с его стороны вызвало отсутствие в сюжете сцены воскрешения. «Без воскрешения нет христианства», – категорически заявил он. И на самом деле опера заканчивается сценой на кресте, и последние её слова – слова Христа, обращённые к Богу: «Отче, в руки Твои предаю дух Мой».
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
12 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 2 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com