тишь и благодать в утреннем лесу. Невесомые паутинки дрожат на травинках под тяжестью выпавшей росы, безмолвие утреннего, парящего свежестью и влагой леса прерывается тихим скрипом вековых деревьев, редким взмахом крыла проснувшейся птахи. У заиленного пруда слышен шорох в траве от пробежавшей мышки.
Вдруг в болоте начинается бурление, пузыри воздуха поднимаются с чёрной глубины, как в стакане с газировкой, девственная гладь зеркального полотна воды разбивается в неестественном для утреннего леса закипании. Глухие звуки поднимаются в пузырьках газа и отдалённо напоминают нечто среднее между мычанием телёнка и резкими звуками кричащего осла. Звук нарастает по мере приближения источника звука к поверхности.
-"буббу! буб!" Звуки принимают очертания и вдруг резко превращаются в вопли, от которых весь лес начинает недовольно шуметь. Все грызуны врассыпную бегут от болота, ящерицы забегают на ближайшие деревья и замирают, наблюдая за водой своими немигающими бусинками.
-"Буб! Тиииить! Запр!" раздаётся со стороны озера на сотни метров вокруг.
-"ЗАПРЕТИТЬ!" Весь лес замер и наблюдает.
-"Запретить! Не допущать! Третье чтение! Поправки!" беснуется нечто, поднявшееся с глубины.
-"Наша фракция! Мы для них а они нам?" вопрошает голос из болота. Лес встал на паузу, даже кукушки замолкли и уставились на это представление.
-"мы единым фронтом!" всё не унимается голос. Вскоре монолог из бессвязных фраз и лозунгов начинает терять накал и в него возвращаются бульканья, смысл слов становится не понятен, слова становятся тише, пока полностью не превращаются в тихое бульканье. Утро возвращается в лес и о прошедшем напоминают только редкие пузырьки, медленно поднимающиеся из тёмной глубины болота. Роса высыхает, испуганные жители леса возвращаются к своим обычным утренним делам.