Добрый день! Отделочники

Гриша и Миша были цыганами. И пусть морды у них были рязанские, фамилии эстонские, а номера на машинах белорусские, эти два афериста были настоящими цыганами.

― Добрый день! Отделочники! ― стучали они в каждую дверь недавно сданной новостройки.

Схема была допотопная и неизящная. Но практичная, как советская мясорубка. Мошенники представлялись работниками какого-то «ООО», показывали инструмент, ходили с линейкой и угольником по квартире и, трогая стены, томно вздыхали, называя строителей эмигрантами с плохим сексуальным прошлым. Языки у ребят были подвешены как надо, на каждый вопрос «клиента» у них имелось два встречных. Они умели надавить на нужные точки и напугать неподкованных граждан страшными терминами и последствиями. Работали четко и быстро, ни разу не надев на руки перчатки, пока однажды им не повстречалась Тамара.

― Добрый день! Отделочники! ― крикнул Гриша в приоткрытую дверь.

― О! Родные мои! А я только хотела идти в интернет, ловить вас там, а вы сами явились. Как говорится, на ловца и зверь бежит! Хы-хы-хы-хы, ― раздалось откуда-то из глубины квартиры. В этом смехе было что-то зловещее, не предвещающее ничего хорошего, как в просьбе «сохранять спокойствие». Но Гриша и Миша не умели читать знаки, они были рады тому, что наткнулись на женщину, да еще и в «трешке».

― Входите, не стесняйтесь!

Мужчины зашли внутрь и прикрыли за собой дверь. Сработала какая-то система безопасности, и разом щелкнуло несколько замков. На двери не было рычажков, только отверстия под ключ, открыть замки могла лишь хозяйка. На полу стояла обувь. Сорок четвертый размер женских ботинок может сказать о многом, например о том, что в жизни она добивается всего точно не через постель.

― Не нравится мне все это, ― прошептал Миша (размер ступни тридцать девять).

― Что не нравится? ― появилась в дверях Тамара. Слух у нее был как у кита, да и сама Тамара была примерно в тех же пропорциях. На поясе у нее болталось два метательных молота.

― Подрозетники нам не нравятся, ― сумел справиться с дрожащим голосом Гриша. ― Понимаете, вам тут и тут розетки не нужны, гораздо лучше будет сделать новую электрическую разводку, а не ту, что предлагает застройщик.

― Отлично! Приступайте, я пока чайник поставлю!

― Се-се-сейчас?

― А чего тянуть? Разве вы здесь не за этим? ― Тамара подняла вопросительно бровь, показалось, что вся комната завернулась в знак вопроса.

― Но у нас с собой нет даже инструмента, ― аргумент был железобетонный.

― Так у меня есть, ― Тамара тут же достала откуда-то из-за спины перфоратор.

― А стремянка? Без нее никак! ― выкрикнул из-за спины друга Миша.

― Вот тебе стремянка, ― достала другой рукой Тамара двухметровую лесенку.

Парни хотели сказать в голос, но когда Тамара достала штроборез, их аргументы рассыпались как порванный мешок шпаклевки.

Спорить было бессмысленно, а бежать некуда. Ударили первые буры, в воздух поднялась ядовитая пыль. Аферисты впервые надели перчатки.

― Нам нужно валить! ― кричал Миша на ухо Грише, когда тот штробил стену. Только так они могли общаться, чтобы Тамара их не слышала.

― Сначала нужно отбить наши мучения, смени меня, я пока попробую развести ее на материал.

Они поменялись и Гриша, причесав седые от штукатурки волосы, подошел к Тамаре.



― В ванной и на кухне предлагаю положить кафель!



― Прекрасно!



― У нас хорошая скидка, купите на тридцать процентов дешевле рынка! ― гордо заявил мужчина, доставая каталог.



― Не нужно, ― махнула рукой хозяйка, ― у меня дядя был хозяином плиточной фабрики, оставил мне в наследство сорок тонн всех размеров и цветов. В дальней комнате тонна уже лежит, нужно только растаскать по квартире.



Челюсть Гриши не успела упасть, под нее подставили еще одну стремянку:



— Вижу, ты без дела стоишь, пока твой друг стену режет. Давай пока потолок в зале замерим, хочу его зеркальным сделать.



― Зачем? ― поморщился Гриша, представляя всякое.



― Чтобы краситься, лежа на кровати, глупый.



Гриша встал на стремянку, Тамара просто разогнула руку и подняла кверху. После замера Гриша предложил сделать заказ зеркальных панелей через их фирму. Тамара сказала, что зеркала ей должен один модный магазин одежды, в котором не было примерочных кабинок для женщин ее комплекции. Магазин посмеялся над ее просьбой и предложил подать в суд. Тамара решила утрясти вопрос полюбовно и привела за покупками всю сборную по метанию молота, а заодно и пауэрлифтингу.



Когда со штроблением было покончено, Тамара настояла на том, что нужно установить гардину, роутер и повесить телевизор.



А пока предложила выпить чаю. Отказываться от гостеприимства было страшно. Миша схватил чашку дрожащими от перфорации руками. Чай был вкусный, приятно обжигал лицо, шею и горло.



Гриша тем временем вышел на балкон, хотел попробовать заработать на остеклении.



― А ты кто? ― увидел он забитого в углу мужичка с пакетом, в глазах которого жил ужас.



― В-в-валера, ― промычал человек. ― Прошу вас, вызовите полицию! Я сознаюсь, во всем сознаюсь!



― В чем? ― удивился Гриша, оглядывая город с десятого этажа.



― Я продаю фальшивые фильтры для воды. Пришел сюда, сказал, что вода из моих фильтров лечит все болезни. Хозяйка настояла на том, что не выпустит меня, пока вода не вылечит ее плоскостопие. Она сказала, что я гость в ее доме и спать могу с ней на одном матрасе. Я чуть не лишился ноги во сне, когда она перевернулась. А через два дня плоскостопие так и не вылечилось. Я вынужден скрываться.



Гриша наконец-то понял, что его подельник был прав и нужно валить.



― Стойте! Вы же позвоните в полицию?!



― Ага, делать мне больше нечего.



Когда Гриша зашел в комнату, его друг уже вешал гардину. Тамара стояла рядом и колола орехи одним из молотов. Удар и от ореха остается только пыль.



― Вешаем гардину и валим, ― прошептал Гриша на частоте дельфинов.



― Она сказала, что если будет неровно, возьмет меня в спортзал и будет тренировать, а я с детства нетренируемый, даже бегать не умею.



― Не боись, уровень приложим — и все будет нормально. Возьмем за работу и уйдем.

Миша держал гардину, Гриша держал уровень, Тамара держала размах.



Решалась судьба мошенников. Дело в том, что Гриша понятия не имел, как пользоваться прибором и надеялся, что все решится само собой.



Пузырек бегал туда-сюда, как глаза Миши — от молота к голове друга.

Наконец-то мужчина остановился и скомандовал: «Сверли!»

Миша зажмурился, издал печальный стон и просверлил дырку к соседям.



― Ты чего наделал? Другую стену сверлить надо было, ― засмеялась Тамара так, что с потолка посыпалось.



― А почему вы смеетесь? ― удивились аферисты.



― Там за стеной живет мой тренер, Любовь Григорьевна. О, кажется, она стучится.

И правда, стучались в стену, кажется, что тараном.



Через минуту появилось то, что называлось Любовью Григорьевной.



Это была примерно такая же Тамара, только в квадрате.



― Тамар, а чего ты мне стену просверлила? У меня там лепнина авторская была.



― А это не я, Любовь Григорьевна. Это мои отделочники. Они просто слегка переработали. Ну ничего, сейчас я их спать уложу, а завтра, как у меня закончат, я ребят к вам отошлю для устранения ущерба. Они профессионалы, не переживайте, все вам восстановят.



― Я надеюсь, ― прожевала Любовь и похрустела костяшками пальцев. От этих звуков у Миши случилось три микроинфаркта.



― Ну что, господа, ложимся спать?



Тамара достала из шкафа водный матрас и начала надувать его губами.

Через пять минут у Валеры появились новые соседи по несчастью, а на следующий день к Тамаре позвонили в дверь. Голос из коридора предлагал ей поставить специальные газовые счетчики.



Александр Райн