КИСЛОРОД- Химик! В качестве чего вы служите на флоте? В качестве мяса?!
Автономка. Четвертые сутки. Командир вызвал меня в центральный, и теперь мы общаемся.
- Где воздух, химик?
- Тык, товарищ командир, - развожу я руками, - пошло же сто сорок человек. Я проверил по аттестатам. А установка, (и далее скучнейший расчет) а установка, (цифры, цифры, а в конце)... и больше не может. Вот, товарищ командир.
- Что вы мне тут арифметику... суете?! Где воздух, я вас спрашиваю? Я задыхаюсь. Везде по девятнадцать процентов кислорода. Вы что, очумели? Четвертые сутки похода, не успели от базы оторваться, а у вас уже нет кислорода. А что же дальше будет? Нет у вас кислорода - носите его в мешке! Что же нам, зажать нос и жопу и не дышать, пока у вас кислород не появится?!
- Тык... товарищ командир... я же докладывал, что в автономку можно взять только сто двадцать человек...
- Не знаю! Я! Все! Идите! Если через полчаса не будет по всем отсекам по двадцать с половиной процентов, выверну мехом внутрь! Идите, вам говорят! Хватит сопли жевать!
Скользя по трапу, я про себя облегчал душу и спускал пары:
- Ну, пещера! Ну, воще! Терракотова бездна! Старый гофрированный.... коз-зел! Кто управляет флотом? Двоечники! Короли паркета! Скопище утраченных иллюзий! Убежище умственной оскопленности! Кладбище тухлых бифштексов! Бар-раны!..
Зайдя на пост, я заорал мичману:
- Идиоты! Имя вам - легион! Ходячие междометия. Кислород ему рожай! Понаберут на флот! Сейчас встану в позу генератора, лузой кверху, и буду рожать!
Вдохнув в себя воздух и успокоившись, я сказал мичману:
- Ладно, давай, пройдись по отсекам. Подкрути там газоанализаторы. Много не надо. Сделаешь по двадцать с половиной.
- Товарищ командир, - доложил я через полчаса, - везде стало по двадцать с половиной процента кислорода.
- Ну вот! - сказал командир весело. - И дышится, сразу полегчало. Я же каждый процент шкурой чувствую. Химик! Вот вас пока не напялишь... на глобус... вы же работать не будете...
- Есть, - сказал я, - прошу разрешения. - Повернулся и вышел.
А выходя, подумал: "Полегчало ему. Хе-х, птеродактиль!"
ИЗВЛЕЧЕНИЕИзвестно, что к боевой службе нужно готовить себя прежде всего с внутренней стороны.
Командир боевой части пять большого противолодочного корабля "Адмирал...", старый, толстый Топик Головастов (два года до пенсии), которого спустили с корабля в первый раз за три месяца, за день до проверки штабом флота, пошел и... подготовил себя "извнутри", чем существенно обессмертил свое имя на страницах этого рассказа. На внутреннюю подготовку ушл уйма времени. Часов через шесть, окончательно окривев, он "дошкандыбал" до корабля и упал перед трапом головой вперед. "Много ли потному надо!" - гласит народная мудрость.
- Старая проблядь! - совершенно справедливо заметил командир. Наутро ожидался командующий флотом вместе с главкомом, и по-другому командир заметить не мог.
- От, падел! - добавил командир, обозревая картину лежания. Кроме как "падла в ботах", командир до текущего момента никогда по-другому механика не называл.
- Значит так! - сказал он, поразмыслив секунду-другую. - Поднять! Связать эту сироту во втором поколении, эту сволочь сизую, забросить в каюту и выставить вахтенного!
Механика подняли, связали, отнесли, забросили, закрыли на ключ и выставили вахтенного. Через некоторое время каюту оживило сопенье, кряхтенье и нечленораздельное матюганье, потом все стихло, и корабль забылся в нервном полусне. В четыре утра в каюте раздался страшный визг, леденящий душу, он разбудил полкорабля и перевернул представление многих о том количестве децибел, которые отпущены человеку. Примчались дежурные и помощники, командиры и начальники, зажгли свет, вскрыли каюту и обнаружили, что командир боевой части пять Толик Головастов (два года до пенсии) торчит из иллюминатора необычным манером: туловище снаружи, зад внутри. Застрявши они. Скорее всего, ночью он развязался, освободился, так сказать, от пут и полез в иллюминатор из "мест заточения", а по дороге застрял и от бессилия заснул. Тело отекло, он проснулся от боли и заорал.
- Тяните! - сказал командир. - Хоть порвите эту старую суку, но чтоб пролез!
До Толика, несмотря на всю трудность соображения в данном положении, дошло, что его, может, сейчас порвут на неравные половины и за это, может, никто отвечать не будет. От сознания всего этого он потерял сознание. Так тянуть его было гораздо удобнее, так как без сознания он не кричал и не вырывался, но иногда он все же приходил в себя, орал и бил копытом, как техасский мул.
За борт спустили беседку. Несколько человек забрались в нее и принялись тянуть Толика за руки, в то время когда все остальные пихали его в зад Через пару часиков стало ясно, что Толик никогда в этой жизни не пройдет через иллюминатор. Еще полтора часа тянулись по инерции, вяло и без присущего нам энтузиазма. Самое обидное, что Толик висел с того борта, который был обращен к стенке и был хорошо виден подходящему начальству, а виси он с другого борта - там хоть неделю виси: никому это не интересно.
Подъем флага - святое дело на корабле. На это время перервались, оставили Толика висеть и пошли на построение.
- На фла-аг и гю-юйс... смир-рна!
Нужно замереть. Все замерли. Ритуал подъема флага символизирует собой нашу ежесекундную готовность умерреть за наши идеалы и вообще отдать концы, то есть все накопленное до последней капли, сдохнуть, короче...
- Ф-ла-аг... и гю-юйс... под-нять!.. Воль-на!..
- Та-ак! - сказал командир, мысль о Толике не оставляла его ни на секунду. - Сейчас будет коррида!
Коррида началась с прибытия комбрига. Увидев в иллюминаторе отвисшее, как на дыбе, бесчувственное тело командира боевой части пять и с ходу поняв, в чем дело, комбриг, стоя на стенке, воздел руки к телу, шлепнул ладошками, поместил их себе на грудь, затрясся дряблыми щеками и плаксиво затянул:
- Гни-да вы-ы казематная-я... слон вы-ы сиамски-ий... я вам хобот-то накручу-у... верблюд вы-ы гималайский... корова вы-ы иорданская-я., хрен вы-ы египетский!..
Помолившись столь оригинальным образом, он тут же вызвал командира.
- Сейчас начнется кислятина, - скривился командир, - запричитает, как баба, что наутро обнаружила, что постель пуста! Ну, теперь моя очередь...
- Святая-я святых... святая-я святых, - заканючил комбриг, страдальчески ломая руки перед командиром, - подъем флага, святая святых, а у вас до чего дошло, у вас механик, пьяный в жопу, жопой в иллюминаторе застрял! Валерий Яковлевич! Вы же боретесь за звание "отличный корабль"! Сейчас же командующий здесь будет вместе с главкомом.
Произнеся "главком", комбриг, до которого только теперь дошла вся глубина разверзнутой сырой бездны, как бы почувствовал удар по затылку и замер с открытым ртом. Вся его фигура превратилась в один сплошной ужас, а в глазах затаился прыжок.
- Да! - заорал вдруг командир, чем заставил комбрига вздрогнуть и судорожно, до упора втянуть прямую кишку. - Да! Пьяная падла! Вы совершенно правы! Да, висит! Да, жопой! Да, "отличный корабль!" Да, слетится сейчас воронье, выгрызут темечко! Тяните! - крикнул он кому-то куда-то. - Не вылезет, я ему яйца откушу!
- И-и - раз! И-и - раз! - тянули механика. - И-и - раз!
А командир в это время, испытывая болезненное желание откусить у механика не будем повторять что, ерзал стоя.
- И-и - раз!
- И на матрац! - сказал командир, заметив, что на пирс прибыл командующий флотом.
Комбриг повис на своем скелете, как старое пальто на вешалке, потеряв интерес к продвижению по службе.
Командующий флотом, сразу поняв, что время упущено и нужно действовать быстро, а спрашивать будем потом, возглавил извлечение, сам отдавал приказания и даже полез в беседку, Комбриг полез за ним, при этом он все старался то ли поддержать комфлота за локоток, то ли погладить или чего-нибудь там отряхнуть.
- Что вы об меня третесь... тут!.. - сказал ему командующий и выслал его из беседки.
- Разденьте его! - кричал командующий, и Толика раздели.
- И смажьте его салом! - И смазали, а он не пролез.
- Пихайте его! - кричал командующий. Толика пихали так, что зад отбили.
- Дергайте! - Дергали. Никакого впечатления.
И тут командующего флотом осенило (на удивление быстро):
- А что если ему в жопу скипидар залить?! А?! Надо его взбодрить. Зальем, понимаешь, скипидар, он, понимаешь, взбодрится и вылетит!
(- И будет, каркая, летать по заливу, - прошептал командир.)
- А у вас скипидар на корабле есть? Нет? У медика, по-моему, есть! Давайте сюда медика! А кстати, где он? Почему не участвует?
Дали ему медика, и начал он "участвовать":
- Да что вы, товарищ адмирал? - сказал медик, и далее пошла историческая фраза, из-за которой он навсегда остался майором. - Это ж человек все-таки!
- Все-таки человек, говоришь? - сказал командующий флотом. - Человек в звании "капитан второго ранга" не полезет в окошко и не застрянет там задницей! Ну и как нам его теперь доставать прикажешь, этого человека?
Доктор развел руками:
- Только распилить.
- А ты его потом сошьешь? А? Ме-ди-ци-на хе-ро-ва?!
Медик раздражал и был услан с глаз долой;
Командующий стоял и кусал локти и думал о том, что если нельзя вытащить этого дурня старого, то, может, корабль развернуть так, чтоб его видно не было, а? Главкома проводим и разберемся. Ничего страшного, повисит. Да-а... время упущено. С минуты на минуту может появиться главком.
И главком появился. Толю подергали при нем, наверное для того, чтобы продемонстрировать возможности человеческого организма.
Главком приказал вырезать мерзавца вместе с "куском", автогеном. Раскроили борт и вырезали Толю целым куском. Потом краном поставили на причальную стенку, и пятеро матросов до ночи вырезали его этими лобзиками - ножовками по металлу. Когда выпилили - всех наказали.
©Покровский
Это сообщение отредактировал Masterion - 13.03.2010 - 11:27
yaplakal.com