1
- Я так виноват, так виноват!!! – чародей виновато смотрел Грине в глаза и наябывал шиш-кебаб.
«Ага, бля, - думал пацан, - щас зарыдаю».
После тюремной камеры юноша опасался коварного кудесника. Он и сейчас свалил бы подальше отсюда, если бы не халявный ужин в ресторане.
- Простишь ли ты меня, о Гриня!? – добрый волшебник пустил слезу и высморкался. В белоснежную сорочку официанта.
Официант и Гриня вытаращили глаза. Гарсон уже открыл было рот, чтобы поднять кипеж… Но старик сказал только:
- Забудь!
И гарсон деловито ушуршал куда то. На его униформе горделиво выделялась сопля, не прибавляя, впрочем, аппетита посетителям. Гриня удивленно проводил взглядом халдея и вернулся к теме разговора:
- И Вы считаете, что накормив меня в этом жалком кабаке, загладите свою вину?
- Не такой уж он и жалкий! Правда, киса? – шлепнул волшебник по заду проходящую мимо девушку. Красотка замахнулась, чтобы дать нахалу пощечину, но старик шепнул: «Забудь!», и девушка застыла с поднятой рукой. Некоторое время она удивленно пялилась на свою ладонь, а потом пошла дальше.
- Как у Вас это получается?! – наконец не выдержал Гриня.
- О, брат, я двадцать лет изучал гипноз! Постоянно упражнялся, недосыпал, недоебал… - старик лукаво подмигнул юноше. - Да шучу! Я же волшебник. Одно заклинание, и так сможет каждый.
Немного поразмышляв, Гриня поднял на чародея глаза:
- Значит, говорите, совесть из-за меня мучает?
- Ой, мучает, касатик! Так мучает, что спасу нет! – дурашливо загнусил дед.
- Тогда сделайте со мной это свое волшебство! – решительно сказал чувак. – И мы в расчете!
- Ну, что ж! – кудесник внезапно выпрямился на стуле и уперся в собеседника волчьим взглядом. – А не передумаешь!?
- Нет! – отрезал пацан.
- Ладно, сиди спокойно…
Чародей внезапно въебал Грине подзатыльник и опрокинул суп ему на брюки.
- Колдовство? – понимающе спросил юноша.
- Да не, прикалываюсь. Ну, начнем, пожалуй.
Волшебник принялся бормотать под нос всякую чухню, периодически крутясь вокруг своей оси вместе со стулом. Наконец он выдохнул:
- Всё!
- Всё?! - Гриня выскочил из-за стола и опрометью бросился из ресторана. Кучи идей роились в голове, и он спешил их реализовать. На выходе юноша случайно толкнул плечом здорового амбала.
- Ах, ты… - здоровяк ловко ухватил пацана за свитер и занес руку для удара.
- Забудь! – пискнул в панике Григорий. Амбал разжал руку, непонимающе посмотрел на него и пошел своей дорогой.
Гриня секунду помедлил, потом догнал обидчика и трижды пнул ему под жопу, повторяя: «Забудь! Забудь! Забудь!» Видевший все это швейцар чуть не подавился сигаретой. Гордый парнишка пошел домой.
У подъезда традиционно расположились, попивая пивко, местные переростки. Они передавали полторашку по кругу, слушая «Оргазм Нострадамуса». Судя по музыке, Нострадамус кончал в страшных судорогах. Непонятно было, зачем он вообще ебался.
Гриня давно точил зуб на молодняк. Они аццки шумели по ночам и не давали толком посмотреть порнографические сны. На робкие замечания пацаны посылали всех нахуй и обещали порвать очко на британский флаг. Гриня не знал, лучше это или хуже, чем флаг какой-нибудь другой страны, но догадывался, что приятного будет мало. Вспомнив все это, он спокойно подошел к обидчикам, взял у одного из них бутылку и помочился туда. Отдав емкость ошарашенным тинейджерам, он сказал заветное «Забудьте!» и скрылся в подъезде. Подростки мирно продолжили распитие.
С этих пор у парня началась другая жизнь. Он исподтишка отпиздил всех самых сильных пацанов своего района, но они этого не помнили. Больше того, юноша даже силком трахал их телок, но все об этом забыли. Гриня походя материл ментов на улице, а у одного даже спиздил дубинку. Если у него кончались деньги, ловкач шел в ближайший малолюдный магазин, покупал что-нибудь, и расплачивался крупной купюрой. Когда кассир сдавал сдачу, Гриня говорил «Забудь!» и получал ее снова.
А как он издевался над подъездным быдлом! Чувак разливал их пиво, провоцировал драки, сажая подружку одного на колени другого. Их магнитофон он вообще разбил нахуй.
И Грине за это ничего не было! Потому что у всех начисто отшибало память!
Спустя месяц забуревший Григорий пиздовал домой, в рассуждении, чем бы еще подговнить местной гопоте. Подростки сидели у подъезда подозрительно спокойно, не слышно было ни мата, ни музыки. Гриня решил сегодня в качестве поощрения не марать об них руки, как вдруг получил удар в лобешник.
- Пизди его ребята! – крикнул Швепс, центровой в этой компании, и вся кодла навалилась на жертву.
- Это тебе за пиво, это за магнитофон! - приговаривали пацаны, посылая в табло недецкие удары.
- Забудьте! Забудьте! – пищал Гриня, но все было тщетно. Наконец он вырвался из кучи-малы и рванул к волшебнику предъявлять рекламации.
Пробежав три квартала, парень вихрем взлетел на шестой этаж и начал неистово долбиться в дверь. Примерно через вечность в проеме появился чародей.
- Па… Па…
- Я не твой папа, - флегматично заметил старик. – У меня вообще не может быть детей. Я в юности себе волшебную палочку отморозил.
- Па… Пачему они вспомнили?!! – смог наконец взвизгнуть Гриня.
Дед почесал плешь:
- Вот ведь, бля! А я тебе разве не сказал? Еще думаю, надо его о чем-то предупредить! Извини, брат, виноват! Мой косяк! Заклинание-то действует только месяц. Через тридцать дней память к потерпевшим возвращается!
Гриня съехал по стене на пол и зарыдал:
- Сука! Мне же теперь пиздец!
Волшебник мерзко захихикал:
- Да ладно, делов - то! Что ты разнюнился, как баба?!
- Слышь, старый! Ты традиционной ориентации? – поднял Гриня залитое слезами лицо.
- Конечно!
- Забудь!
© Дмитрий ганДонской
yaplakal.com