Дипломная работа книга 2 ( археологи )

Теперь, когда закончилась Неписанная рукопись, жизнь Дениса и Валеры будет передаваться через сновидения Афони?
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Глава 45

Лекция о том, что феи никакие ни пчёлы, а полноценные граждане Запределья оказалась необычайно нудной и скучной. Афоня видел, как Денис откровенно зевал и периодически намекал на гостеприимство, мол неплохо бы поесть и попить, но страж то ли не слышал его, а может не хотел слушать, он лишь бубнил, про то что феям необходимо постоянно путешествовать в поисках редких растений. Это мол основа-основ и никто тут их против воли не удерживает, но это не значит что они в родстве с пчёлами. Их цивилизации миллиарды лет. Они были задолго до пчёл, а их генетическая память уникальна, но такой мартышке как человек, этого никогда не понять и не осмыслить. Человечеству отчего-то всё время кажется, будто бы всё крутится вокруг них, причём это характерно для любой вселенной где обитают люди, но скажи им что их придумали, что вывели искусственно, так они сразу начинают орать про волю богов и собственную уникальность. Но правда такова - люди не уникальны, а вот феи - да.

— Ну, я никогда не отрицал мнения о божественном происхождении человека, — признался Денис. — В церковь хожу и всё такое, посты соблюдаю, исповедуюсь регулярно. Короче - Христос воскресе.

Страж остановился и засмеялся. Его смех был необычайно зловещий.

— Поэтому у вас с того света и не возвращаются, — сказал он. — Никто не хочет назад в песочницу к малышам. А у нас, знаешь ли, всё не так. Мы сами себе Рай и Ад. Мы сильнее ваших богов, поскольку сами же их и создали. Мы и тебя создали, хотя ты этого ещё не понимаешь, впрочем скоро поймёшь. Нам от тебя скрывать нечего.

— Спасибо, но может лучше покормите?

— Вам нельзя нашу еду, — отвечал страж после чего рассказал, что однажды вкусивший местные питьё и яства, остаётся здесь навсегда. Ибо всё что вокруг находится в цикле перерождения, каждая молекула, каждый живой организм. Они могут создавать любую материю, достаточно лишь пожелать, но вся она так или иначе принадлежит циклу. Впрочем, если сын Выродка желает остаться, то...

— Нет уж. Я лучше потерплю. И не такое терпели, — с сожалением в голосе вздохнул Денис.

Он несколько удивился и напрягся, когда обнаружил своих товарищей пребывающих в сонном оцепенении, но страж тут же успокоил его, сообщив, что так будет лучше поскольку то, что он собирается ему показать не предназначено для чужих глаз и ушей. После этих слов к нему подошли двое других стражей охранявших детей Выродка и выразили своё сожаление о том, что никто из отряда не захотел остаться в Запределье. Жаль, очень жаль, но может быть спаситель Оберона поможет им передумать, когда ему откроется вся правда? Денис разумеется ничего не понял, но на всякий случай пообещал подумать. Главный страж отвёл его в сторону и начал чертить в воздухе колдовские знаки. Афоня видел, что Денис мгновенно обратил своё внимание на то, что они светятся серебром, навроде тех что рисовал на Земле старый Падла и страж подтвердил, что всё так и есть. С его слов следовало, что кровь фей нужна не только для перемещений между мирами, но частенько действует как активатор различного местного колдовства. Вот он совсем недавно измазал пальцы в их крови и этого будет вполне достаточно.

Прошло всего несколько секунд и Денис восторженно охнул. Прямо перед ними появилась интерактивная карта с изображением планеты Земля висящей в космосе. Только это явно было не видеоизображение, а нечто иное. С виду это был большой экран и если обойти его он был плоский и можно было полюбоваться на планету с другой стороны и даже было заметно, как она медленно вращается. Страж свёл свои руки вместе и изображение уменьшилось, затем он навёл палец на планету ткнул в неё, после чего ткнул в пустое пространство рядом и тут же появилась ещё одна Земля, точно такая же. Страж провёл в воздухе линию, изображение резко уменьшилось, копий Земли стало больше.

— Видишь как их много? — спросил страж у Дениса.

— Вижу. Шестнадцать, — подтвердил тот.

— Нет, ты не понял меня, — с некоторым сожалением произнёс страж и нарисовал в воздухе пальцем нечто вроде решётки. И тотчас изображение на экране разделилось на сотни небольших квадратиков и в каждом была Земля.

— Какая из них твоя?

— Эм. Там где Выродок - Батюшка, — простодушно предположил Денис.

Страж озадаченно покосился на него.

— Хм. И это правда. Уникальность твоей вселенной в том, что в ней существует Выродок. В других вселенных до такого... Как бы это помягче сказать...

— Папы! — с готовностью подсказал Денис.

— Ладно. Папы так папы, не буду спорить, — нехотя согласился страж и принялся рассказывать, что вселенных очень много и пусть планета Земля существует не в каждой из них, но у неё достаточно своих подобий, причём то что сейчас они наблюдают, это лишь малая часть, выборка планет с синхронизированной линией времени. Разумеется не имеет ни какого смысла говорить о точности вплоть до терции, но все эти наблюдаемые миры максимально близки. Одни и те же эпохи, одни и те же государства, с небольшими отличиями, выражающимися в тех или иных исторических событиях, но это ведь и прекрасно. Нет на сто процентов одинаковых миров, каждый мир уникален, а с течением времени уникальность лишь растёт и потому крайне жаль, когда один из миров погибает.

Он выделил один из квадратиков с изображением Земли и увеличил его, чтобы собеседник смог всё рассмотреть в подробностях. Денис, а следом за ним и Афоня увидели, как в планету врезается крупный астероид. Экран осветила яркая вспышка, атмосфера планеты потемнела, а затем её подсветило изнутри багровым.

— Обычное дело, — бесстрастно прокомментировал страж. — Космический объект уничтожил человеческую цивилизацию.

— Ужасно, — тихо сказал Денис.

— Почему же? Это ещё нормальный вариант. Планета не раскололась и жизнь теоретически со временем возродится, но повторюсь: это лишь вариант. Войны, эпидемии, резкие изменения климата - ко многому можно приспособиться. Гораздо хуже, когда целиком исчезает целая вселенная. М-да, вселенная...Я говорю не только о звёздном небе наблюдаемом с поверхности с планеты. Хотя, вижу ты не особо меня понимаешь.

Страж задумчиво посмотрел на Дениса, помедлил, а затем выделил другой мир.

— А вот и твоя Земля. Погоди, сейчас я найду селение Выродка.

В отличии от Дениса для Афони сенсорные голографические экраны были далеко не в новинку. За время своей работы в восьмом отделе он работал с несколькими моделями, для которых требовались специальные перчатки, но страж производил манипуляции голыми руками и без участия какой-либо электроники, что намекало на совершенно иной принцип. Цивилизация Запределья находилась на недоступном для человечества уровне развития. Им не нужны были приборы и сложная техника, так как они могли создавать материю из чего угодно. К сожалению любые попытки углубиться в это знание рассыпались в прах. Афоня одновременно и знал и не знал, о том как устроен принцип наблюдаемого им экрана. При этом у него складывалось ощущение, что и страж до конца не знает своих способностей. Он не техник и не творец, он всего лишь пользователь! Страж не создавал этот экран, а лишь нарисовал символы дающие к нему доступ. Грубо говоря ввёл пароль. Это как подключиться общей системе в центре которой стоит запредельный Мейнфрейм. И вот откуда эти мгновенные знания обо всём - о феях, о мирах-пузырях, о потоках времени и о множестве других вещей неуловимо понятных и в тоже время немыслимых. Нечто, что тут всем заправляет, предоставляет всем кто находится в пятом измерении, любую информацию и способности, нужно только получить гражданство. Денис - чужак, а страж - гражданин. Система работает по принципу свой-чужой. Логично, что чужак ничего не знает, потому и задаёт порой совершенно глупые вопросы. Зато у спящего электронщика почему-то никаких вопросов не возникало и если бы сейчас Афоня отдавал себе отчёт, он бы конечно задумался. А почему собственно он всё знает и понимает? Он что - тоже гражданин Запределья?

Тем временем Денис восторженно ахал наблюдая за манипуляциями стража. Тот, словно дирижёр, картинно размахивал руками, отчего поверхность Земли приближалась и становилась отчётливей, но восторг быстро сменился другими чувствами. Увидев во что превратилось священное поселение, он мгновенно замолчал и даже подошёл поближе чтобы рассмотреть всё в подробностях.

Селение пылало в огне. Повсюду валялись трупы. В основном это были чудинцы, но среди них попадались и мёртвые дети Выродка. Кое-кого Денис явно узнал, а вот других нет. Его лицо стало всё отчётливей выражать тревогу. Он увидел своего учителя Шэнь Су Си дравшегося сразу с тремя врагами, а потом странного сына Выродка выпускавшего из тела древесные шипы. Для Афони был конечно же не секрет, что это был Валера, но Денис судя по всему его не узнал. И немудрено, у Валеры был защитный амулет позволяющий с легкостью менять свой облик, а кроме того с того момента как он вступил в бой, прошло уже какое-то время за которое он успел затрофеить с поверженных изгоев не только исподнее, но и различные доспехи. Теперь наверное его не узнала бы и родная местная мама. Страж снова взмахнул рукой и селение несколько уменьшилось в размерах, зато сразу стало видно, что врагов вокруг много и они всё прибывают и прибывают намереваясь окружить и уничтожить последние очаги сопротивления. Тут и генералом не надо быть, чтобы увидеть, что нападавшие понемногу сгоняют выживших в самый центр селения и намереваются окружить площадь.

— Это ещё не портал, — прокомментировал страж. — Мы откроем проход прямо в Гарганте и вы выйдете из неё со стороны своих. У вас будет десять-двенадцать секунд, чтобы успеть поучаствовать.

— Так чего же вы ждёте? — изумился Денис и сразу потребовал. — Открывайте же, открывайте! Вы же видите, мы проигрываем!

Наблюдавшему со стороны Афоне было известно намного больше. Он знал почему медлит страж. Конечно же, он точно так же как и Денис видел, что большая часть домов в селении Выродка было разрушена, что изгои и предатели перебили почти всех местных жителей не разделяя их на детей и взрослых. Им было плевать на чудь, веками прислуживающую детям Выродка, ибо для них они были не важнее домашней скотины, но он знал так же, что дело было вовсе не в кровожадности. Всё в действиях предателей подчинялось исключительно одной цели - уничтожить Отца, а значит должен быть уничтожен не только он, но и дом его вместе с непокорными головами. Шесть голов было у Выродка...Нет. Всего шесть оставалось, остальные же три десятка уже давно жили своей головой и сейчас они спешили доказать своему богу, что более, он над ними не властен. Ну что же, кое-каких замыслов в извечной борьбе между отцами и детьми им удалось добиться.

Они заставили Отца явиться пред ними в своём истинном облике.

И если для Афони было вполне привычно наблюдать безголовое чудище с тремя парами передних конечностей и таким же количеством нижних опиравшегося на могучий хвост заканчивающийся крупной костяной шишкой, то для Дениса, это было настоящее откровение. Судя по выражению его лица он и подумать не мог, что Отец может выглядеть настолько монструозно. А когда на экране появился другой монстр, высоченная деревянная кукла окутанная синим пламенем, электронщик увидел как Денис изумлённо крутит головой пытаясь понять кто тут свой, а кто нет.

— Какая разница: они оба для тебя свои, — прокомментировал его реакцию страж. Он коротко рассказал Денису про то, что деревянная кукла - это Кудеяр, внутри которого находится сердце Гарганты, так называемый "камень путешественника" позволяющий перемещаться в пространстве. Если опытный колдун пользуется только камнем, то может перемещаться в пространстве в пределах одной вселенной, но когда механизм Гарганты собран целиком то по заданным координатам можно попасть куда угодно. Например сюда в Запределье, но это весьма спорный и устаревший способ, местным он ни к чему, у них для этого феи есть. Однако же, у Кудеяра много собственных сил и это позволило ему открыть порталы по всей планете и впустить в священное поселение отряды предателей.

— Этого не может быть - Кудеяр в Швеции, возле горы Сарекчокко!

— Не спорю. Основной Кудеяр действительно там, а этот, из будущего. Он явился мстить тебе и твоему другу за убитых и съеденных сыновей. Разумеется, он желает отомстить и Выродку, лишившего его в своё время жены и надежды на счастливую жизнь, но вы двое отмечены его печатью и такого позора он не в состоянии перенести. Его добыча стала его потомством...Отныне, можешь смело называть его - папой.

— Вот этого? Деревянного? Я уже ничего не понимаю! — ужаснулся Денис.

— Ты вкусил плоти сына Кудеяра, следовательно породнился с ним, а учитывая тот факт, что собственные его дети умерщвлены, значит ты его законный потомок. Но что хорошо, если ты останешься с нами то в последствии сможешь претендовать и на способности Выродка и на способности Кудеяра. Ты и твои товарищи станете уникальными, вы получите собственный мир-пузырь, а так же доступ к любой копии Земли где нет никакой разумной жизни. Сможете начать всё сначала, — терпеливо объяснил страж.

— А как же Валера?

— Его предназначение воткнуть нож в спину Кудеяра и загнать его в Гарганту. Как только колокольный мертвец окажется внутри произойдёт аннигиляция всей вселенной. Валера умрёт. Таков смысл всей его жизни.

— Но ведь тогда и вы погибнете! Их нужно остановить!

— Нам ничего не будет. Мы снаружи вашей вселенной, — успокаивающим голосом сказал страж и тут же спохватился:

— Ах да, ты же до сих пор ничего не понимаешь. Сейчас, я немного помогу тебе.

С этими словами он указал пальцем на Дениса и тот закричал словно от сильной боли, схватился за голову и принялся кататься по траве. В тот же миг и спящему Афоне стало ясно, что сделал служитель правопорядка, но для него сие знание прошло безболезненно, словно бы он итак всегда это знал.

Да чего там знать: любая правда относительна как не крути. Хозяева Запределья предопределили судьбу Валеры и Дениса задолго до их рождения. Более того, судьба Достоевского, Костомарова, его, Афони, а так же многих других, в том числе и Выродка с Кудеяром - всё было спланировано заранее и всё было нужно только для одного. Уничтожить их родную вселенную. С точки зрения здравомыслящего человека из начала двадцать первого века электронщика-Афони, всё это было слишком сложно, но сейчас он воспринимал всё как само-собой разумеющееся. Ведь для него это был только сон, а там и не такая чертовщина возможна, тем более что говорить про логику. Сон и логика - две вещи несовместны. Однако же Афоня испытал нечто вроде сочувствия к несчастному попаданцу. Тут у любого человека мог помутиться рассудок, насколько бы сильным он не был. Знать о том, что ты лишь пешка на шахматной доске и должен погибнуть ради чужих интересов, это одно, но знать о том, что ты так или иначе причастен к гибели собственной вселенной, это намного ужаснее. Но самое страшное - никто ни в чём не виноват. Так сложились обстоятельства. Запределье сильнее всех и именно оно решает кому существовать, а кому нет. Да, они искренне сожалеют. Да, сложись обстоятельства иначе они бы и пальцем не тронули его родной мир. Но, правда такова, что владыкам нужно уничтожить нечто что обитает именно на этой планете. И речь вовсе не о Выродке или Кудеяре, речь об их собственном творении от которого сплошные проблемы. Долгое время владыки надеялись, что их творение само уничтожит Землю, а потом и себя, но этого не произошло, а долгосрочные прогнозы будущего сулили только угрозу, поэтому было принято решение уничтожить всю вселенную. Вот для этого и потребовался Кудеяр. И для этого же самого в руки Достоевского попала Неписаная рукопись, которую, ну надо же, сотворили тоже тут, в Запределье. Саркофаги, скелет, договор с Николя, интрига Достоевского, а ведь Фёдор Михайлович был до сих пор уверен, что это он подбросил договор Лаперузу с целью поработить двух чрезмерно самоуверенных молодых людей и через их в перспективе возродить Выродка. Всё - его гениальный секрет больше не секрет, не будет никакого возрождения, всё закончится там в конце 17 века куда он отправил Валеру и Дениса. Выродок умрёт - как сам же и планировал, но более не возродится в потомках, потому что не будет никаких потомков, ничего не будет. А Кудеяр? Вот уж воистину интриган. До последнего таился, прятался, завоевал Офир при помощи Неписаной рукописи, но детей своих так и не спас, а всё для чего? Чтобы его версия из будущего сама заявилась в прошлое неся внутри "камень путешественника", тот самый камень без которого Гарганта работать не будет. Владыки Запределья знали, что в случае появления двух Кудеяров в одном временном потоке, тот который из будущего будет лишён большинства сил и не сможет воспользоваться своей колокольней. Именно поэтому и держали Падлу поблизости от многоглавого бога. Падла - должен был отвлечь настоящего Колокольного мертвеца, пока второй будет громить селение Выродка. И тот с честью выполнил свою задачу. При помощи второго камня, он призвал вместо Нави предателей таившихся по всему миру. Когда-то давно он пообещал им, что убив Выродка они станут свободны и и они откликнулись на его зов. Всё решалось здесь и сейчас. Денис должен был вернуть Оберона, а Валера вступить в бой с Кудеяром и поразить его первым клинком. Почему Валера? Потому что, там он единственный, кого не посмеет тронуть Колокольный мертвец, потому что с ним сыграли точно такую же шутку как и с Выродком. Выродок не поднимет руку на детей своих, а значит и Кудеяр не посмеет убить Валеру. Дальше всё сведётся к одному. Валера загонит Кудеяра в Гарганту и произойдёт вселенский коллапс.

— Господи, как же тупо! Как стыдно! — простонал Денис лёжа на спине и закрывая лицо ладонями. — Вся жизнь промелькнула перед глазами. За что вы так с нами? Мы вам что - игрушки? Отправили в прошлое, чтобы мы не вернулись, да я даже не собственном теле. Я - никто! Душа в чужой оболочке и всё это только чтобы я принёс вам вашего чер...чёртова Оберона!

— Зато ты теперь знаешь, в чём был смысл твоей жизни. Философы и мудрецы множества миров веками и эонами бьются над этой загадкой, а у тебя есть готовое решение. Я бы на твоём месте гордился, — спокойным голосом отвечал страж. — Представь себе муравейник в лесу. Ты обычный муравьишка, тащишь к себе домой дохлую гусеницу и знать не знаешь, что твой лес подожгли крестьяне с одной лишь целью выкурить оттуда стаю волков мешающую заниматься скотоводством...

— Не хочу ничего представлять! Ненавижу вас! Всё ваше, хрен пойми чего, кучу пузырьков вашу! Фракталы ваши или чё там у вас, вместе со всеми вами! С чего вы решили, будто бы вы лучше нас! Мы вам нисколько не мешали! Почему вы решили решить свои проблемы за счёт других? Уроды!!!

— Потому что мы сильнее. Всегда так было, сильный гнёт слабого, — назидательным тоном произнёс страж. — Но не считай нас жестокими. Мы искренне соболезнуем твоей утрате, нам жаль терять уникальных эндемиков навроде того же Выродка или Колокольного мертвеца, но всё сущее следует определённым законам. И согласно нашим законам нам можно уничтожить чужую вселенную ради собственной безопасности. Пойми, мы достаточно долго ждали, когда за нас это сделает Гидра, но наше терпение не безгранично. Для этого и отправили вас в прошлое. Выродок должен был принять вас как собственных детей, а Кудеяр из будущего достаточно озлобиться чтобы вслед за вами нырнуть в хаос Неписаной рукописи. К сожалению он был единственным кто мог без опаски попасть именно в тот промежуток времени, который станет для вас конечным. Любой другой бы не смог, мы проверяли, но у него не было достаточно мотивации и тогда на сцене появились вы. Добыча ради которой он рискнул всем, ко всеобщей пользе и выгоде. Извини, я имею ввиду нас конечно же.

— Пусть я погибну зато вместе со всеми. У себя дома, хочу помереть. На Родине.

— Прости, что?

Денис вытер слёзы, вздохнул и решительно поднялся на ноги.

— Что слышали. Раз уж я сделал то, чего от меня хотели, значит дальше, по вашим же словам могу делать, всё что сам захочу. Я хочу домой. И не в будущее, а туда в к своему Отцу и товарищам. Я...

Он покосился на своих спутников. Они по-прежнему пребывали в оцепенении.

— Мы все хотим сражаться до самого конца. Вы прекрасно знаете, что среди наших голов нет предателей.

Страж вздохнул.

— Ну что же. Мы не в праве настаивать. Условия соблюдены. Да будет так.

Афоня отстранённо наблюдал за тем как отряд детей Выродка приходит в себя, собирается вместе и под руководством Дениса уходит через межпространственный портал организованный стражами. Для него это было всего лишь как очередное видение. Денис им ничего не сказал. Может и к лучшему. Они все были воинами и в душе всегда были заранее готовы к собственной смерти. Когда последний из детей Выродка пересёк черту разделяющую Землю и Запределье стражи не выключили экран, а собрались перед ним и принялись комментировать происходящее.

— Славный день. Не каждый цикл увидишь такое прекрасное зрелище, — произнёс тот кто стоял справа.

— Ради этого и живём. Служить владыкам и созерцать их величие, это ли не награда? — кивал страж ещё недавно убеждавший Дениса остаться.

— И всё же жаль их. Благородные дикари, неспособные оценить прелести настоящей цивилизации, — c сожалением в голосе сказал левый страж.

— Жалость и милосердие царит в наших сердцах, мы будем скорбеть об их выборе, но долг перед нашим миром важнее любого из тысяч миров. Наша собственная безопасность и безопасность наших граждан превыше всего - такова воля владык, — рассудительно отвечал средний страж. Очевидно непросто так он встал в центре, а остальные двое примкнули ему согласно своему статусу. Что это за статус Афоня к сожалению так и не узнал, вероятно это было неважно, к тому же всё его внимание было приковано к экрану где сейчас боролись между собой Кудеяр и Выродок.

Оценивать их дуэль было необычайно сложно, тем более что под ногами у них путался бешеный ёж Валера. Кудеяр пинал его дважды, да так сильно что тот улетал буквально на реактивной скорости в ореоле синего пламени, но каждый раз он возвращался живой здоровый. Отвлекаясь на Валеру колокольный мертвец пропустил множество ударов от Выродка отчего в злобе топал ногами расшвыривая спешивших ему на помощь предателей. Со стороны посмотреть так двое слонов мутузят друг дружку, ни дать не взять, а вокруг них вертится стая жадных шакалов. Кто-то визжит, кто-то ревёт раздавленный, а кто-то навроде Валеры преспокойно режет горло зазевавшемуся изгою.

— Отставание от нашего потока времени, приблизительно две минуты, — прокомментировал средний страж так словно бы извинялся перед своими товарищами.

— Ничего страшного, мы изначально не рассчитывали на мгновенную трансляцию, — успокаивающим голосом отвечал правый.

— Восставшие дети должны уже напасть на Отца и повалить его вызвав радость у Колокольного. В это мгновение он должен расслабиться, а его наречённый сын Валера запрыгнет ему на загривок и нанесёт удар костяным ножом, — задумчиво произнёс левый. Двое других посмотрели на на него с явным неодобрением.

— Мы это и так знаем, — проворчал средний. — Зачем ты портишь нам удовольствие от созерцания?

— Извините. Я не обладаю информацией, где в этот момент должен находиться Денис, поскольку изначальный сценарий предполагал иной выбор. Он должен был остаться у нас. Что в другом варианте? Он присоединится к сражению?

Средний страж со вздохом махнул рукой и картинка изменилась. На экране появился Денис у входа в Гарганту. Он стоял спиной к площади и был занят тем, что поправлял ремни на верхней одежде.

— Он там где и должен быть. В альтернативном варианте ему страшно от осознания скорой гибели всего сущего и он так и не решится вступить в бой. Как вы можете сами видеть этот человек совершенно не умеет принимать самостоятельные решения. На протяжении всей своей маленькой жизни он предпочитал делать то что ему говорят другие и сейчас глубоко сожалеет, о том что я не приказал ему остаться у нас. И раз уж, вы, милейший портите нам созерцание, то я вам тоже со своей стороны подскажу, что буквально через тридцать секунд его заметит Кудеяр на спине которого сидит Валера. Кудеяр преисполнится ярости и побежит прямо на него, а дальше, ну поняли...Приятного вам просмотра.

Последние слова были сказаны с явной издёвкой. Однако левый страж по-прежнему оставался в сомнении.

— Что он делает? Мне кажутся знакомыми эти символы.

— Пытается повторить формулу переноса в наш мир, — присмотревшись сообщил правый страж.

— Это невозможно, — беспечно произнёс средний. — Нужны десятки лет тренировок либо протекторат с нашей стороны, а ещё нужна...

— Фея! — вдруг закричал правый страж. — Смотрите - эта обезьяна украла нашу фею! Какой позор! И всё это на глазах у Владык!
Это сообщение отредактировал Vyrodok - 3 июн 2026 в 18:15

Спасибо!
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата (Камлот @ 4 июн 2026 в 08:52)

Спасибо!

Пожалуйста

Давай финал Автор! Это круто!

👍👍👍
Размещено через приложение ЯПлакалъ

О, новая глава, зачтём-с!

глава 46

Служители порядка испуганно подались поближе к экрану. Средний страж судорожно захлопал руками, изображение развернулось, и все трое со страхом вчитались в серебристые символы, повисшие в воздухе. Афоня увидел, как на заднем плане, за спиной у Дениса, падает поверженный Выродок. Предатели облепили его словно стая мух: они резали и кололи его заговорённым оружием, а он не сопротивлялся, потому как нет большего позора для родителя, чем убить собственное дитя. Вой поверженного бога тут же сменился восторженным рёвом. Деревянный колосс, на плечах которого болтался огненный череп, закричал о своей победе, но тут же завыл от боли, ибо Валера всё-таки добрался до него. Напал со спины — подло, бесчестно, но мстителю не пристало мечтать о чести. Его волновала лишь победа любой ценой. И вот уже Колокольный мертвец вскинул вверх свои длинные руки, закружился на месте, превращаясь в огненный вихрь, но, как ни старался, у него так и не вышло сбросить со спины коварного захребетника. Валера впился в него словно клещ, но стражей по другую сторону экрана это уже нисколько не интересовало. Они видели перед собой только серебристые знаки, и эти знаки не сулили им ничего хорошего. Через мгновение и до Афони дошло, что, когда Кудеяр побежит в Гарганту, на входе его будет поджидать портал, ведущий прямиком в Запределье.

Стражи совещались между собой.

— Нужно отменить формулу. Изолировать их, — говорил левый страж.

— Не успеем, — отвечал средний. — Сначала нужно получить разрешение.

— Какое разрешение, если их вселенная так и так должна сколлапсировать? — недоумевал правый страж.

— Вот поэтому и нет разрешения. В сценарии это не прорабатывалось.

— Тогда нужно немедленно изъять Дениса и наказать за убийство феи, — предлагал левый.

— Очень хорошо. А с формулой что будем делать?

— Это же односторонняя, да? Нужно, чтобы кто-то через неё прошёл, и тогда она сама закроется, — предложил правый.

— Не выйдет. Это образец формулы, что мы передали Падле. У неё задержка по времени, — припомнил средний.

— Проклятый Падла! Проклятый Денис! Владыки покарают нас за такую ужасную ошибку! — застонал правый страж.

В этот момент все услышали, как Денис кричит Кудеяру:

— Эй, папа! Я тут! Встречай своего сыночка!

Колокольный мертвец тут же застыл словно вкопанный и повернул голову в его сторону.

— Ублюдок! Урод поганый! Как же я тебя ненавижу! — проревел он и побежал к Гарганте.

Стражи, увидев, что происходит, всполошились ещё сильнее и закричали вразнобой, словно пилоты воздушного судна, внезапно потерявшего управление:

— Быстрее, меняй направление!

— Нужно закинуть их в отдельный пузырь!

— Откат! Нужен откат времени!

— Ты с ума сошёл? За откат — вечное изгнание!

— Вся работа насмарку из-за какой-то феи!

— Задержим их, а затем попросим у Владык право на откат!

— Откроем новый портал у них под ногами, прямиком в Гарганту!

— Нельзя. Мы по закону обещали не вмешиваться.

— Хорошо. Тогда сначала просто задержим, а уже после будем решать.

Под их крики Афоню потащило куда-то в сторону. А потом он снова полетел, постепенно набирая скорость. Ему казалось, будто сон заканчивается, мир фей остался далеко позади. Он пролетал через города и леса, пролетал сквозь горы и непонятные студенистые образования, похожие на холодец. А потом и они закончились, и начался бесконечный океан, заполненный зелёной жижей. Он летел над ним словно птица, и ему казалось, что океан зовёт его, манит к себе тысячами разных голосов, но отчего-то он знал: приближаться к нему нельзя. Ибо тот, кто войдёт в него, обратно уже не выйдет. Среди многоголосого шёпота Афоне чудились голоса Достоевского и Костомарова. Они были чем-то встревожены, они тоже звали его, но он не отвечал им, ибо ему было нечем. Афоня ощущал себя безвольным наблюдателем, безропотно ожидающим окончания сновидения, но оно всё не заканчивалось. А потом впереди над океаном появился большой чёрный шар, и Афоню затянуло внутрь. И там он узрел нечто вроде курумного поля, окружённого со всех сторон скалами, похожими на кривые серые зубы. В самом центре поля стояли его старые знакомые — Денис и Валера, а рядом с ними находился Кудеяр, уменьшившийся до размеров обычного человека. Дети Выродка беседовали с ним, и, судя по всему, Колокольный мертвец потерял всякое желание проявлять к ним агрессию. Сомнений не оставалось: их всех затянуло в Запределье, но хитрые стражи успели переместить пришельцев в другое место.

— И вот так я узнал, что все мы лишь игрушки в руках здешних Владык, — говорил Денис. — Вы можете проникнуть в мой разум и лично проверить мои слова, но я считаю, что поступил как должен. Наш мир ни в чём не виноват. Мы — это самое… каждый из нас в чём-то, конечно, виновен, но это никому из нас не даёт права уничтожать собственный дом, в том числе и саму вселенную, поскольку все должны иметь право на будущее.

— Кранты, Деня. Влипли так влипли. Ни конца, как говорится, ни края, — участливо вздыхал Валера.

— Они заперли нас здесь. Я чувствую, что тут совсем отсутствует движение времени, — сказал Кудеяр. — Да… Называй, пацан, вещи своими именами. Мы оказались в Пятом измерении. Здесь ничем не лучше, чем в Нави.

— А если воспользуемся твоим камнем? — предлагал Валера, оглядываясь. — Давай, папаша, соображай. Ты тут среди нас самый опытный.

— Башку бы тебе свернуть за «папашу», — прошипел Кудеяр. — Один творец ведает, как я вас ненавижу! Но всё меркнет перед знанием высшей общей фатальности. И никакой возможности отомстить паскудам. Ни вам, ни им.

Он со скрипом присел на один из камней, во множестве рассыпанных по полю, и забормотал какое-то заклинание. Валера и Денис с надеждой переглянулись, но ничего не произошло. Заклинание не сработало. Огненный череп Кудеяра оскалился в недоброй ухмылке.

— Приплыли, детишки, — сообщил он. — Мои силы здесь не работают. Мы полностью во власти чуждого мира.

Денис покорно присел на соседний камень, а Валера беспокойно забегал вокруг.

— Надо же что-то делать. Всегда должен быть выход, — говорил он.

— Нет выхода, — равнодушно отвечал Кудеяр. — Я бы умертвил вас, но мясо моего сына мне запрещает. Да и печати тоже. Ничего, располагайтесь, привыкайте. Времени тут нет, значит, одно мгновение будет длиться целую вечность.

— Не-не-не, — Валера схватился за голову, пытаясь собраться с мыслями, а потом вдруг опомнился и внимательно посмотрел на друга. — Так, у нас имеется ещё один козырь. Деня, настал момент нам друг дружку зарезать. Покончим с собой и вернёмся в будущее.

— Тут нет смерти. Вы сразу переродитесь — и не факт, что во что-то путное, — предупредил Кудеяр.

— Но мы же чужие тут…

— Вас отпустить может только Выродок. А он тама… — Кудеяр неопределённо махнул костяной лапой куда-то в сторону. — Так что сидите и ждите.

— М-да, — Валера послушно сел и от скуки принялся играть Первым клинком. Кудеяр медленно повернул череп и посмотрел на его баловство.

— Знакомый ножичек, — прохрипел он. — Лучше бы ты его спрятал.

— С чего бы это? — с вызовом в голосе спросил Валера. — Не понравилось, как я тебя намедни за духман пощупал?

— Он из челюсти местного Владыки. Выродок не рассказывал тебе, каким именно образом он его приобрёл? Если кто из ихних его увидит и вспомнит… хотя, наверное, так и есть. Вспомнили. Многим ваш Батюшка задолжал, слишком многим.

И словно бы в подтверждение его слов рядом с ними из ниоткуда появились стражи. Всё те же самые — трое. Они начали с угроз и оскорблений. В первую очередь досталось Денису. Его позорили за бесчестную выходку в отношении гражданки Запределья — феи, за убийство и незаконное проникновение на территорию суверенного мира. Оставался бы — и таких проблем, как сейчас, не было. Сам выбрал смерть — а теперь давай, отвечай за душегубство. Сам себе выбери, во что тебя превратить.

— О чём вы? Я никого не убивал, — совершенно искренне удивился Денис и демонстративно взмахнул рукавом, из которого вылетела совершенно живая фея.

— Эх, — с сожалением прокомментировал Кудеяр, наблюдая за тем, как она улетает. — Можно было назад вернуться. Нарисовали бы ещё раз знаки.

— Не надейтесь. Вы совершенно изолированы от своей вселенной, — с раздражением в голосе сообщил средний страж. — У вас есть только одна возможность искупить свою вину. Мы сотрём вам лишнюю память, а вы вернётесь обратно в прошлое и сделаете то, к чему вас готовили всю вашу жизнь.

Афоня увидел, как в руках у другого стража появилась небольшая металлическая статуэтка, изображавшая существо, похожее на мартышку, но у этой фигурки было три верхних лапы. Мгновенное знание тут же сообщило, что это артефакт существ из Четвёртого измерения и что с его помощью можно путешествовать по потокам времени. Однако знание поведало и другое: использовать этот артефакт было запрещено не только в Запределье, но и во всех окрестных мирах.

Валера и Денис выслушали предложение стражей и в ответ издевательски засмеялись.

— Прекратите! — потребовал средний страж. — Всё должно идти согласно нашему заранее согласованному сценарию. Ваша вселенная должна быть уничтожена.

— А вы нас заставьте, — предложил Валера. — Вы же такие всемогущие. Чё вам наши желания?

— Они не могут, — ответил за стражей Кудеяр. — Они связаны словом.

— Да! Вы поставили нас в неловкое положение! — неожиданно громко закричал правый страж. — Хватит безобразничать! Мы можем держать вас здесь сколько угодно, до самого скончания времён! Вы понимаете это? В конце концов вы устанете сидеть здесь и сами попросите нас о милосердии. Так зачем ждать? Вы ведёте себя совершенно неразумно.

Дети Выродка и Колокольный мертвец молча переглянулись.

— Ну, тогда приходите как-нибудь потом. Видите, мы ещё как следует не насиделись, — ехидно посоветовал им Валера.

Стражи ничего не ответили. Они испарились. Пленники вновь расселись на камнях и от нечего делать принялись рассказывать друг другу анекдоты. При этом Валера иронично заметил, что число анекдотов и историй всё равно конечно, а значит, спустя какое-то время им придётся перейти на цифры. На что Денис ответил, что это не страшно: кончатся чужие истории — они начнут сочинять собственные, зато они не в одиночке, а в компании.

— В компании с собственным отцом, — ухмыльнулся Валера.

— Ага, не хочу опошлять момент, но теперь у нас у каждого по два папки, — поддержал Денис.

— А вот и он. Лёгок на помине, — задумчиво произнёс Кудеяр, глядя куда-то в сторону.

Валера и Денис, не сговариваясь, вскочили на ноги. Это был он — Выродок. И никакое не шестирукое чудовище, а тот самый, в образе истинного Отца. Всё той же простецкой рубахе, босоногий, в закатанных до колен портках и с холщовым мешком на верёвке через плечо.

— Соскучились? — поинтересовался он, подходя ближе.

— Не особо, — проворчал Кудеяр. — Но раз ты тут, значит, там ты умер.

— Всё верно, — согласился тот, подойдя ближе. — Настало время мне отдохнуть. А вам…

Он мотнул головой своим детям:

— Идите в ту сторону, я оставил вам дверь открытой.

— И я? — задумчиво спросил Кудеяр.

— Ради нашей общей безопасности, очень прошу тебя остаться, — ответил Выродок. Он опустил мешок на землю и показал Колокольному мертвецу небольшой чёрный камешек. Огненный череп оскалился в недоброй усмешке.

— О, да мы снова на коне. Это хорошо. Вот только есть одна трудность. Это один и тот же камень, а он должен в своё время очутиться на Земле, дабы не нарушать хронологию.

— Мы с тобой уже мертвы, а что случится дальше — это не наши проблемы, а ихние, — многозначительно сказал Выродок и уселся напротив.

— История уже изменилась, — проворчал Кудеяр. — Будущее может оказаться в очередном парадоксе.

— Повторюсь: это ихние проблемы, — Выродок показал пальцем куда-то наверх, после чего оглядел всё вокруг хозяйским взглядом, отмечая вслух, что место для содержания вполне приличное. Осталось только как следует поторговаться.

— Батюшка, — почтительно обратился к нему Денис. — Когда мы покинем сие узилище, нас перенесёт в будущее? В наши настоящие тела?

— Увы нет, сынок, — продолжая шарить в котомке, ответил Выродок. — Дух мой здесь, а тело растащили на части непослушные и трижды обманутые потомки. Чтобы вернуться, вам придётся ещё кое-чего для себя сделать. Предполагаю, дюжину лет это у вас займёт, если поторопитесь.

Он вытащил из мешка тяжёлую бутылку зелёного стекла и протянул её Кудеяру.

— Ну чего, выпьем за помин?

Бывший теперь уже Колокольный мертвец присмотрелся к бутылке, одобрительно кивнул и забрал себе. Выродок, нисколько не расстроившись, тут же извлёк из мешка вторую. Растерянные Денис и Валера молча переглядывались, наблюдая, как они пьют, но, поскольку нарушать трапезу было грешно, они так и не осмелились задавать вопросы без разрешения. Выродок опорожнил посудину, крякнул и принялся толковать Кудеяру свои дальнейшие планы.

— Вон там баню поставим. Рядом озерцо, рыбу ловить, ещё сад небольшой фруктовый — чисто на закуску. Как считаешь?

— Я больше по охоте соображаю, — оставив свою бутылку в покое, признался Кудеяр. — Думаю, затребовать поля и лес для загона дичи, псов охотничьих, а в центре — замок, украшенный шипами. И ещё баб затребую. Полсотни для начала мне хватит.

— Не заскучаешь?

— Сдурел, что ли? С бабами никогда не скучно. А что, думаешь, они согласятся?

— А вот и узнаем, когда они сюда снова искушать явятся.

Выродок недовольно покосился на стоявших по стойке смирно своих детей:

— Вы почему ещё здесь? Я же сказал — дверь открыта.

— Батюшка, так мы же не знаем о твоём последнем уроке. Что нам делать-то? — жалобно произнёс Валера.

— А… Ну иди сюда поближе. Я тебе на ухо шепну.

Афоня безучастно наблюдал за тем, как Валера с готовностью склонился перед своим богом и отцом, а тот выдал ему секретные наставления, после чего отвесил подзатыльник и отобрал костяной нож. Побаловался, мол, и хватит, не про тебя пока что отцова вещь.

— Спасибо, Батюшка, всё уяснил. Прощевай, значит, — Валера почтительно поклонился ему в пояс.

— А со мной попрощаться не желаете? — полюбопытствовал неожиданно Кудеяр и, поднявшись на ноги, поманил детей Выродка пальцем.

— Да как бы… — Валера озадаченно посмотрел на Выродка, и тот утвердительно кивнул.

— Прощайтесь, всё одно же родня как-никак.

И Кудеяр попрощался с ними на славу. Денису зарядил кулаком под правый глаз, а Валере — под левый.

— Это я печати с вас удалил, — пояснил он с видимым удовольствием, почёсывая огненные кулаки. — Иначе почую я вас там, сами понимать должны, всё же не маленькие. Что надо сказать? Не слышу?

— Спасибо, названный отец-батюшка, — смущённо выдавили из себя несчастные дети, прикрывая ладонями пострадавшие лица.

— Вот и ладно, — оскалился Кудеяр, и пламя на его черепе полыхнуло зловещей синевой. — А мало будет — милости просим. А теперь проваливайте, пока я добрый. И помните: отныне мы с вами одна семья. В каждом вашем кошмаре, в каждой тёмной ночи. И раз казнить вас нельзя — буду миловать. По мордам. Регулярно. Чтобы, значит, не забывали своего батьку.

При этих словах храбрые дети Выродка окончательно оробели и бросились со всех ног к спасительной двери, ведущей обратно, в привычный земной мир.

Но и на этом сон для Афони не закончился. Он видел, как, оставшись одни, Выродок и Кудеяр вновь принялись выпивать — будто не враги, а старые приятели. Вслед за новыми бутылками появился круг ржаного хлеба, за ним — луковицы и добрый шмат солёного сала. Собутыльники почти не разговаривали. Они словно ждали чего-то — не отдыхали, а заправлялись впрок. Вместе с ними ждал и Афоня.

И это «что-то» пришло. Оно окружило место, где сидели Кудеяр и Выродок, плотной стеной фиолетового тумана. Из него вышли странные, похожие на человеческие фигуры. Они были зелёными, нестерпимо блестящими, двигались так, словно их отлили из резины. От их присутствия Афоню накатила такая дурнота, что он закашлялся, зачихал, а потом его вырвало. Перед глазами всё закружилось, поплыло, бешено заколотилось сердце — и ему вдруг почудилось, что он умирает.

*****

Достоевский первым почуял неладное. Прикорнувший на стуле электронщик захрипел, задергал ногой во сне, а потом неловко повалился набок, выронив из онемевших рук «Неписаную рукопись».

— Афоня! — рявкнул Фёдор Михайлович. Живой рукой он оттолкнул мешавшего Костомарова и бросился оказывать парню первую помощь. А тот не просыпался: хрипел, кашлял, из носа, рта и ушей полезла зелёная жижа.

— Господи боже мой! — вскрикнул сообразивший, что к чему, Леонид Исакович. — На кушетку! Кладите его на кушетку, нужно облегчить дыхание!

— Это что, эпилепсия? Да нет, он похоже отравленный, — недоумевал пенсионер, поднимая на руки бьющегося в судорогах Афоню.

— Нет, тут другое. Умоляю вас, Фёдор Михайлович, аккуратнее! Нужно действовать быстро! — Костомаров заметался по мастерской, потом вдруг замер, хлопнул себя по лбу ладонью и опрометью побежал к двери.

— Ты куда?!

— Я сейчас! Поверните его на левый бок и следите, пожалуйста, за его душой! Не дайте ей отлететь от тела!

Достоевский проводил взглядом куклу и вдруг зацепился взглядом за валявшуюся на полу книгу. Обычно он ничему не удивлялся, но тут его брови сами собой, против его воли, поползли вверх. «Неписаная рукопись» горела. И это означало только одно: произошло нечто важное.

Спасибо за очередную часть! Блиин, как же захватывает! Как увлекательно и восхитительно! Даже не хочется, чтобы история заканчивалась и продолжалась вечно!=)

Спасибо VB за итересные части, плюнул на работу ради этого.
Надеюсь окончание ещё не скоро, Валере с Денисом ещё в своё время вернуться нужно, да Лаперуза замочить.
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Мощно закрутил, так держать!

Ничёсе, ТС ты в отпуске похоже? 2 главы за 3 дня, это просто праздник какой-то!

Блин, это феерия просто! Жду финал.

Вообще не оторваться! И острое ощущение - развязка близка.

эпилог

Если бы не опыт и знания Леонида Исаковича о загадочном припадке Афони то последнего бы нипочём не спасли. Костомаров обозвал эту болезнь "хлорохолией", по аналогии с меланхолией или в переводе с греческого - чёрная желчь. Только тут желчь была зелёная, а образовывалась она, как объяснил он позднее, от чрезмерного общения с "Неписаной рукописью". Учёные в его лаборатории, рассказывал он, не просто так создавали различные вспомогательные устройства для чтения, а вы чуть что, прямо как дети, суёте каляпы куда не следует. Да на эту дрянь даже смотреть опасно, а вы в неё зенки пялили. Ладно Достоевский, он уже пожил, его не жалко, но Афанасий, дорогой мой, неужели нельзя было проявить большую осторожность?

На все его сетования и упрёки электронщик Афоня предпочитал не отвечать и лишь тоскливо отводил глаза. Восстановление шло тяжело. После комы в которой он провёл две недели, ему заново пришлось учиться ходить и говорить. Память то и дело давала сбои и порой он не совсем понимал, почему за ним ухаживает оживший деревянный манекен в старомодном рабочем комбинезоне. Зато, когда его приходил навестить Достоевский, парень искренне радовался и с трудом шевеля губами старательно повторял:

— Де-да... Де-да.

Фёдор Михайлович пытливо заглядывал ему в глаза, проверял общее состояние, попутно выслушивая от Костомарова отчёт за прошедший день и оставался на часик поболтать, но не больше. Дел было невпроворот.

— Стабилен, — вздыхал Костомаров, когда больной засыпал и они выходили в коридор покурить.

— Как и наши засони, — задумчиво бурчал Фёдор Михайлович и почёсывал искусственной рукой лысину на макушке.

Но тут уже весь обширный опыт Леонида Исаковича был не в силах ничем помочь. Неписаная рукопись сгорела дотла. И хотя Костомаров утверждал, что сие есть верное предзнаменование окончания приключения спящих, вопреки всем его прогнозам они так и не проснулись. Правда были и хорошие новости - у обоих пропали печати Колокольного мертвеца. А это означало только одно: Выродок победил Кудеяра. О другой же новости, куда более загадочной, Достоевский до поры до времени старался помалкивать. Всё равно Костомаров был занят заботой о больном товарище, а в костницу он с того момента как его спасли от Колокольного более не ходил. Нет, если бы он зашёл, то Фёдор Михайлович, разумеется бы подтвердил его опасения словами - Да чёрт его знает куда кости Выродка делись. Пропали и всё.

А вот то что кости пропали в одно и тоже время с Неписанной рукописью, не могло не озадачивать. И вообще вся эта петрушка наводила мысли об серьёзном изменении случившимся в мировой истории. Поэтому он и молчал. Проверял все исторические источники заново и молчал, силясь понять во что же на самом деле обошлось миру чтение этой смертельно опасной книги. Да что там, он даже Офир умудрился проверить, воспользовавшись парочкой старых контактов, потому что вдруг чё? К счастью там по-прежнему было всё хреново и для Земли это было хорошо. Хищный холодец свирепствовал, офирцы страдали постепенно утрачивая былое могущество, а значит никакой экспансии оттуда в ближайшие годы можно было не ждать.

Зато от души спасибо им и поганому Кудеяру за развитие ныне утраченных секретных советских технологий. Достоевский что нашёл, всё припрятал, всему в бункере нашлось своё место. И Касаткам, и оружию, и экзоскелетам и даже ценнейшего ихора по сусекам удалось наскрести. Правда с ихором пришлось в скором времени попрощаться. Отправил его вампиру Сифону в счёт долга за уничтоженную статую Акесо. Тот вроде бы принял компенсацию благосклонно и на словах обещал не мстить, но кто-ж этих кровососов знает. Очень уж он расстраивался из-за своих каракатов. Отправлял мол троих, а назад только один вернулся. Но тут уж Фёдор Михайлович был кремень и за прислужников возмещать начисто отказался. Шлялись без разрешения по охраняемой территории, сами виноваты. Ну или ты Сифон виноват - нечего было их посылать на верную гибель. Сам себя и вини в общем.

Бункерная жизнь в заботах и хлопотах проходила незаметно. Афоня начал ходить, но покидать больничную палату пока что побаивался, плакал и чтобы его хоть как-то подбодрить Достоевский притащил ему ноутбук и телевизор. Через час электронщик расколотил их в дребезги и Костомаров с удовлетворением отметил, что больной идёт на поправку.

— А сразу не мог сказать, что у него психозы от телевизора? — ворчал Фёдор Михайлович сметая осколки в одну кучу.

— Ты ты же не спрашивал. Сам принёс и включил фильм про бандитов, а при хлорохолии полагается полный душевный покой и регулярные занятия по развитию мелкой моторики, — отвечал Леонид Исакович.

— И чем его развлекать? Может кукольный театр сварганить? Есть у меня один такой, там куклы с актёрами-подселенцами. Правда все сплошь маньяки и серийники, да и репертуар у них... Мейерхольдовский, — недоумевал Достоевский.

— Это которого безвинно расстреляли?

— Ха-ха. Безвинно, конечно. Театр-то его был. Хлопнули его за американского разведчика, а ещё за много разных дел в 20-е и 30-е, потом конечно реабилитировали, потому что он был публичной личностью, а вот про его секретную жизнь уже никто и не знает, — припомнил пенсионер.

— Нет уж, спасибо. Хватит нам и одной куклы, меня стало-быть, — немного поразмыслив отказался Леонид Исакович.

Афоня во время их разговора безучастно изучавший стену вдруг оживился и стал просить:

— Де-да...Рисовать. Хочу рисовать. Фломастеры.

— Вот рисовать можно, — разрешил Костомаров. — Но я буду приглядывать, а то как бы себе в нос или в ухо чего лишнего не запихал.

Неделю спустя Достоевский обнаружил, что весь этаж на котором находилась больничная палата превратился в картинную галерею. Всё вокруг было оклеено рисунками и судя по всему их нарисовал никто иной как Афоня.

— Лучше бы торты из макарон лепил, их хотя бы сожрать можно было. А это куда девать? На выставку? — недовольно ворчал хозяин бункера изучая картинки. — Сплошная ведь детская мазня. Развели грязюку.

— И вовсе не мазня, — возражал Костомаров выслушав законные претензии Достоевского. — Ты приглядись к картинкам-то, приглядись. Может поймёшь чего.

Достоевский поглядел на электронщика, который с увлечением рисовал новый рисунок, вздохнул и сел на свободную табуретку.

— Ты уж совсем меня за дебила-то не считай, — сказал он доставая из кармана сигареты и закуривая. — Я ещё на первом рисунке всё понял.

— Правда? — учёный явно обрадовался. — Вы понимаете, что это начисто перечёркивает все данные предыдущих исследований хлорохолии? Трансляция "Неписанной рукописи" идёт непосредственно в мозг читателя даже после уничтожения оригинального артефакта. Мы явно имеем дело с меметикой совершенно иного уровня. Рукопись надёжно прописалась в голове Афони. Теперь он пытается понять, то что видит и как может выражает свои видения рисунками. Ах-да, это я развесил их в коридоре, уж извините, я там ещё и стрелочки от себя добавил, можем пройтись и полюбопытствовать согласно нового порядка повествования.

— Чё там ходить, — буркнул Фёдор Михайлович. — В одной стороне Денис, в другой Валера. Судя по рисункам Афони, они разделились. Один поехал на Запад, а другой на Восток. Так ведь?

— Эм...А я так хотел вас немного порадовать, — замялась кукла. — После всего что произошло, так хочется позитивных новостей.

— Пусть лучше нарисует как они просыпаются.

— Но он не может, — Костомаров растерянно посмотрел на Афоню. — Он лишь следует повествованию. Ну, как акын. Что видит то и поёт.

— Значит вы не отрицаете Леонид Исакович, что пацаны будут спать вечно? — мрачно спросил Достоевский.

— Фёдор Михайлович! Ну к чему такие ужасные вопросы. Мы не можем ничего предполагать наверняка. Давайте хотя бы не при Афоне, он может услышать и расстроиться.

— Ладно, ладно, пошли, покажешь мне вашу выставку.

Достоевский решительно растоптал окурок. Они вышли в коридор и стали более подробно обсуждать ситуацию с новыми причудами Афони. Костомаров водил пенсионера то в одну сторону то в другую, долго рассказывал про развитие приключений спящих героев через графический роман, а то что они центральные герои, это более не требует никаких доказательств уже с самого момента самоуничтожения книги. Достоевский мрачно посматривал на картинки и молчал. Он мог и вообще на них не смотреть, просто смотреть было проще чем слушать очередную восторженную теорию заслуженного учёного. У него на этот счёт были свои теории, не менее солидные и подкреплённые исключительно личным опытом, а так же сказкой о мёртвой царевне и семи богатырях.

— Как думаешь если я сюда бабу приведу и она их поцелует, они проснутся? — не сдержавшись поинтересовался он у Леонида Исаковича.

— Какую бабу? — запнулся на полуслове тот.

— Ну... бабу. Молодую, красивую, по документам принцессу. Чмокнет их пару раз, а мы отвернёмся.

— Фёдор Михайлович, у вас какие-то странные шутки.

— Зато я хотя бы что-то предлагаю, — пенсионер сорвал рисунок со стены и показал кукле. — Это кто?

— Очевидно Денис, — несколько помедлив отвечал Леонид Исакович. — Он едет на коне, на заднем фоне нечто похожее на великую китайскую стену.

— Браво. А это?

Достоевский сорвал рисунок с противоположной стены.

— Валера. Вероятно в Пизе. На заднем фоне характерная башня. К чему вы клоните?

— А то что я хоть и отсталый, но каждую ночь сижу и мониторю секретные исторические документы в надежде найти хоть что-то. Вот только ничего нет. Понимаешь? Нет никаких свидетельств о том что они ползают в прошлом и как-то влияют на наше будущее. И это пугает меня. Я ни черта не понимаю. Должно быть хоть что-то, хотя бы какая-то зацепка, след, отпечаток, но пока пусто словно бы, — Достоевский обвёл руками рисунки. — Всё это лишь Афонькины фантазии.

— Или ваше старческое ханжество! — Леонид Исакович раздражённо отобрал у него смятый листок, разгладил и повесил обратно на стену. — С чего вы вообще решили будто бы они ведут себя так же, как в самом начале, в Верхотурье? Они успешно интегрировались в ту эпоху. Они обычные путешественники, тихонько приехали, что-то купили, куда-то заехали как вот здесь, на базар или вот тут в харчевню и поехали дальше. Вы бы духов поспрошали, очевидцев из того времени, всё лучше чем искать незначительные события произошедшие аж четыреста лет назад.

После этого разговора Достоевский больше не спорил. В бункер спускался только раз в день проверить состояние саркофагов после чего возвращался в дом на поверхности и почти всё свободное время проводил на крыльце или возле окна в созерцании. Он словно бы ждал чего-то или кого-то. Леонид Исакович разумеется всё это видел и переживал, но долг требовал присутствовать возле Афони, а уж когда началась зима, учёный собрал самые важные по его мнению рисунки и сам настоял на серьёзном разговоре с потерявшим всякую надежду товарищем.

Фёдор Михайлович молча хлебал чай на кухне и делал вид будто бы слушает, а Леонид Исакович с воодушевлением бегал вокруг стола и как мог пытался поведать ему общую историю приключений Валеры и Дениса. Он показывал карты, он сравнивал их с рисунками, он притащил атласы и кое-какие учебники из библиотеки, для наглядных сравнений. Учёный приволок даже череп одного заслуженного ведьмака и где-то спустя несколько часов безостановочной лекции Фёдор Михайлович наконец произнёс:

— Хватит.

— Больше не будете хандрить?

— Нет.

Сказав это Фёдор Михайлович решительно поставил на стол бутылку водки. Учёный оторопел.

— Что сие значит?

— А это значит, что действие отрезвина закончилось. Давай бахнем Исакыч за приключения наши, за горести и печали, а так же за мир во всём мире и по возможности за родителей? — добродушно предложил пенсионер.

— Но вы же чай пили только что...Шесть кружек и рукавом занюхивали... — Голос Костомарова опустился. Только сейчас до него дошло, что не чай он пил.

— И себе накапай, — разрешил Достоевский после чего признался. — Вот честно тебе скажу: твой словесный понос на трезвую голову невозможно слушать. Ты же нудишь. Словно старая бор-машина. Бз-бз.

— Но я же...

— Смажь суставы, Исакыч. А стесняешься без закуски то я сейчас сальца нам отрежу. Водочка холодная, тягучая, всё как ты любишь до ломоты в зубах, — уговаривал пенсионер. — Выпьешь и продолжишь мне рассказывать про то как космические корабли бороздят большой театр. Ну же, не ломайся. Ты же сам уже довольно давно жаждешь выпить. Ведь в Офир больше нельзя, бабу - тоже нельзя, значит остаётся она. Пол-литровая истина. Смотри какая она красивая.

— Да как же... — кукла растерянно опустилась на стул и рука сама потянулась к стакану.

Где-то далеко внизу Афоня хмурился над своим последним рисунком и перебирал фломастеры в поисках подходящего. У него не хватало нужного зелёного оттенка. Снова не хватало, хотя именно зелёных фломастеров было целых три, они его не устраивали. Эти фигуры выступающие из фиолетового тумана должны быть более блестящими, может стоит покрыть их прозрачным лаком?

Он поискал на столе, но лака не было. Заглянул под стол. Обошёл всю палату в поисках, а затем по-прежнему пребывая в глубокой задумчивости вышел в коридор и только там до него дошло сколько же он всего нарисовал. Рисунки были повсюду. На стенах, на потолке и даже на полу. Афоня засмеялся. Он пошёл вперёд вглядываясь в каждый из них, итак дошёл до лифта где рядом с кнопками увидел ещё один. Там были изображены Валера и Денис сидящие на дереве и подглядывающие за девушками вздумавших искупаться ночью голышом при свете большой и жёлтой луны. Это рисунок ему очень нравился, помнится ещё недавно он потратил на него целый день старательно прорисовывая каждую из купальщиц. И так жаль, что Леонид Исакович плевался недовольный грубым натурализмом и излишним количеством вторичных половых признаков у некоторых из них. Что значит не бывает таких девушек? Рогатые же бывают, полосатые бывают, волосатые, хвостатые, а у этой например всё вместе и ещё глаза по всему телу. И никакие это не фантазии, ведь он сам видел, как вернувшиеся после долгих странствий по миру Валера и Денис пообещали колдуну Роже, что по обычаю всех детей Выродка вступят в законный брак с девицами из своего племени. Ну а куда деваться, если обычай такой. Против воли предков не попрёшь, но зато им разрешили выбрать самим, а не какую назначат. Вот они и подглядывали.

Да если присмотреться, там далеко не все были страшилы. Вот эта например с четырьмя титьками.

Афоня машинально ткнул пальцем в рисунок, но промазал и попал по кнопке. Двери закрылись и лифт стал опускаться вниз. Самобытного художника это нисколечко не встревожило. Мыслями он пребывал возле дерева где таились Валера и Денис, причём он знал - у обоих была хорошая оптика. У Валеры самодельный бинокль, а у Дениса подзорная труба, подарок самого китайского императора Айсиньгёро. Так что жён они выбирали себе на совесть и выглядывали, что им надо в подробностях. Правда, как складывалось дело дальше и засылали ли они сватов, этого Афоня не видел.

Озадаченный дальнейшей судьбой спящих, он сорвал собственное творение и старательно вгляделся в него пытаясь понять, что же дальше за туманной неразборчивой пеленой скрывающей их дальнейшие приключения.

Нет. Ничего не видно. Но ведь это точно не последний рисунок?

Афоня вздрогнул, когда кабина лифта дёрнулась и остановилась. На мгновение ему показалось, что он всё это время спал и только-только пришёл в себя. Двери открылись, он выглянул наружу отмечая что уехал на самый нижний этаж в костницу и сейчас бы лучше вернуться к себе в палату. Но он этого почему-то не сделал. Внутренний голос настоятельно требовал уйти немедленно, однако Афоня не захотел его слушать. Вооружённый рисунком он вошёл в пещеру где в центре стояли два каменных саркофага и остановившись перед ними постучал кулаком сначала по одному, а потом по-другому.

— Алло, вставайте, — негромко позвал он обращаясь к спящим. — Я не вижу что было дальше.

Ответом ему было молчание. Электронщик подождал немного, снова позвал и когда ему снова никто не ответил, он принялся отключать саркофаги от системы жизнеобеспечения. С этим делом он справился за пять минут, куда сложнее было открыть стеклянные крышки. Добившись своего он склонился над спящим Валерой и ткнул ему в лицо своим рисунком.

— Что было дальше, отвечай!

Валера продолжал спать.

— Окей.

Электронщик примерился и с размаху зарядил спящему по лицу, а затем перешёл к другому саркофагу намереваясь повторить процедуру. Но когда он занёс кулак над лицом Дениса тот неожиданно открыл глаза и Афоня оцепенел от страха.

— Привет, — сказал Денис глядя на Афоню снизу вверх.

— Я... Это, — смутился Афоня инстинктивно убирая руку словно нашкодивший школьник.

— Я знаю, — улыбнулся Денис.

— И это... — Афоня испуганно перевёл взгляд на соседний саркофаг.

— Мы всё про тебя знаем, — оттуда потирая ушибленный глаз с трудом выбирался Валера. — Ну всё, начинай гад молиться. Я тебе не Христос чтобы вторую щёку безвинную подставлять.

Блин, уже эпилог. Жаль. Надеюсь очередная часть "Археологов" не заставит себя долго ждать.
VB, если будешь выпускать новую книгу приключений Дениса и Валеры, я первый в очереди.
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата (Коклюш73 @ 9 июн 2026 в 12:37)

Блин, уже эпилог. Жаль. Надеюсь очередная часть "Археологов" не заставит себя долго ждать. VB, если будешь выпускать новую книгу приключений Дениса и Валеры, я первый в очереди.

Ну ты знаешь где заказать

Фкусно;

А я фсегда говорил што водка животворящая!
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Воскресли, оба, да они живучеи. Красавцы.

Vyrodok, не могу в личке ответить. При входе разлогинивает и потом по пол дня невозможно зайти.
Спасибо!!!!!

Как-то, даже грустно стало. Когда окончание, всегда грустно. Автор, может, чего-то из старого опубликуешь.

спасибо что не забываешь, давай новенькое публикуй. фигня не здоровая происходит, ни оценку поставить, ни коммент написать.
Это сообщение отредактировал дурной - 9 июн 2026 в 15:00

Уфф! Потеплело на душе 😆. Нормальная такая принцесса и поцелуй тоже, по-нашенски.. Благодарю!

Цитата (дурной @ 9 июн 2026 в 14:58)

спасибо что не забываешь, давай новенькое публикуй. фигня не здоровая происходит, ни оценку поставить, ни коммент написать.

Ну я же как-то выкладываю. Хотя и не без трудностей

Я дожил до эпилога! Дотерпел! Ни одного проклятья в адрес автора! Это победа над собой!
Слёзы счастья капают на пол и прожигают линолеум