Москва-Самарканд-Москва

26. Совсем скоро поднялась сильная метель. Видимость очень плохая. В какой–то момент стало понятно — нужно остановиться и осмотреть дорогу впереди, где намело не просто сугроб, а приличный курган, который слету не преодолеть. Выйдя на улицу, я ощутил себя на северном полюсе. Вой ветра, и то, что освещали фары — было невероятно красиво.

Дальше ехать было рискованно, так как снегу впереди на дороге было ну очень много. Решили вернуться к последней развилке (проехали ее где–то с час назад) и попробовать другой дорогой. Тронулись, а машина не едет. Дорога оказалась еще более обманчивой. Грубый твердый наст лежащий на дороге скрывает приличную толщу снега. На скорости можно вполне по нему передвигаться. Но как только мы остановились — машина просто воткнулась от веса колесами в дорогу, сев всей поверхностью днища на пузо.. Опробовав все комбинации привода, с блокировками, на пониженных и прочее, стало понятно, машина как черепаха, просто лежит на брюхе, весело раскручивая колеса в разные стороны под руководством навороченного компьютера. Сцепления с дорогой не было..

Тут начинаем ржать над Хаммером и проходимостью. В его оправдание могу сказать, там есть 4 режима для езды по бездорожью и такой вот гадости, но к тому моменту я не читал даже инструкции и ездил на нем пару месяцев. Вот и попал. Сейчас уже я тертый калач, и на покатушках суровые грязевые ванны прокатывал, и эта езда по насту немного умиляет хотя вспоминая отчаяние которое охватило — было реально стремно.

27. Я, на всякий случай, в дорогу с собой взял небольшую саперскую лопатку, но так как она была одна, выкапывать пришлось по очереди. 10 минут копаешь, лезешь в машину греться, тебя сменяет следующий.

Это сообщение отредактировал Jus - 21.07.2010 - 10:37

28. Градусник в машине показывал что за бортом –25. Время — два часа ночи. Дикий ветер довольно быстро уничтожил следы по которым мы приехали сюда, и медленно противостоял нашим раскопкам, закапывая машину сильнее и сильнее.

В какой–то момент показалось что машина просто стоит на поле, ни о какой дороге и речи не было. Было понятно — идти тут не куда, да и дико холодно. Час за часом мы копали. Телефоны там не ловили уже пару часов езды как. ГЛОНАСС обосрался тоже, так как данные отправлял на сервер через симку. Родственники потеряли нас с радаров (на веб сайте был трекер) и, как потом выяснилось, начали переживать. Машина все время оставалась заведенной, чтобы можно было хоть как–то отогреваться. Посчитав средний расход бензина, выяснили, машина проработает где–то до часу дня. Если до этого времени не выберемся — будем медленно вмерзать в ландшафт

29. Тут кто–то вспомнил что только наступило 23 февраля, и мы, достав бутылку водки которую везли в подарок решили его отметить. Так этот праздник я еще никогда не встречал.

С алкоголем работа заспорилась веселее, но результата по прежнему не было. Машина была все еще на брюхе и беспомощно крутила колесами. Подложить под них ничего достойного не было. Свет фар выхватывал метрах в пятистах огромные снопы с сеном оставленные с лета. Решили попробовать подложить сена, и, включив дальний свет для удобства пошли в их направлении. Метрах в ста от машины весь снег был усыпан следами зверей. Что за звери — определить не хватало охотничьего образования. Но это были что–то вроде с зайца размером и какого–то копытного животного (как выяснилось через несколько дней — дикого верблюда) Ага, ну может не дикого но они там реально ходят, дальше фотки будут. Но боялись почему–то степного кабана)). С пьяни наверное)

Сено оказалось несколько дальше чем показалось изначально. Отрывать щепотку за щепоткой задубевшего сена из снопа оказалось тоже не самой приятной работой. Сильный ветер мелкие частицы соломы задувал в рот, нос, глаза. От копания в снегу варежки намокли до нитки, и когда обхватив солому такими мокрыми варежками идешь по степи, пальцы просто выламывает от дикого холода. Шаг и ты по колено. Еще шаг — и по пояс. Так, в обнимку с сеном, постоянно то падая на снег то проваливаясь под него, в дикую метель мы несли наши маленькие кусочки надежды. Оставленные включенными фары только слепили нас на обратном пути, и поэтому идти пришлось с зажмуренными глазами и практически не дыша так как труха от соломы от ветра забивалась в нос и рот.

30. Добравшись до машины и запихав солому мы втроем просто рухнули без сил. К слову сказать, резина–то лысая была, что никак нам не помогало. Принесенную солому мы распихали под колеса, но эффекта это к сожалению не дало ((

31. Серега нормально так обморозился, и мы даже толком не знали что делать с пальцами. Помнил только что растирать нельзя, сосудам от этого плохо.

32. К утру мы все же выкопались. выкопав не маленький такой котлован + выезд из него. В семь часов взошло солнце. И мы смогли полностью прочувствовать место — где мы застряли.

33. В 9 утра мы выкопали уже котлован и машина наконец была освобождена от снежных оков. Светило солнце, от ночной метели не осталось и следа.

34. Более того, все оказалось менее страшно, чем ночью при свете фар и сильном ветре. И дорогу вроде видно и все не так ужасно. но куда ехать теперь — не понятно. Вперед мы не проедем, решили вернуться на пару часов назад, к последней развилке.

35. Кристально чистый воздух, яркое зимнее солнце и абсолютно безоблачное небо — виды открывались футуристические. Ночью, когда копали, я посмотрел на небо. Столько звезд я не видел даже будучи в Wadi Connection в январе.

Слушая мой рассказ по возвращению, отец, ездок со стажем, выдал нагора два дельных совета — копать номерами (лопата–то была одна и сломалась быстро) + можно было попробовать поджечь сено если уж совсем худо стало. Но мы тогда что–то и не додумались сами.Допив остатки остывшего чая из термоса, мы отдышались и двинулись в путь.

36. Вернувшись к злосчастной развилке, мы встретили местных аборигенов, которых допросили с пристрастием относительно того — где вообще мы находимся. На ломанном казахско–русском (10 слов по-казахски, одно по–русски), нам кое–как все объяснили.

37. К слову сказать, непонимание никакого языка — определенный экстрим. Я не думал что придется объясняться жестами. Как–то цивильнее Казахстан представлял что–ли. Ни одной вывески или указателя не то что на русском, и на английском не было. (Ну разве кроме Астаны).

38. Спустя еще час, солнце взошло в зенит, мы отмахали еще с сотню километров, но пейзажи были все те же. Дорога была невероятно ужасной. Собственно, местами ее вообще не было. было направление. Я ехал и оплакивал подвеску, матерясь на каждой кочке. Успокаивал только вид за окном. Он был фантастическим. Обманчиво светит солнце, за окном –25.

39.Начал заканчиваться бензин. Где искать его тут, в степях, было непонятно. Мобильники все еще были вне сети. В багажнике была канистра с бензином на дне, но ее хватит только на час и 20 км. К обеду мы набрели на цивилизацию! Два одиноко стоящих дома. На одном надпись "Кафе", на втором заветные — "92 топливо — сколько–то там тенге"!

Это почти двое больше чем просто на бензоколонке в городах. Но выбора у нас не было. Монополисткой на топливо в степях оказалась молодая беременная казашка. Мы скупили все ее запасы — 4 маленькие пластмассовые канистры. До сих пор не могу себя простить что не сделали кадр — жуткий ветер, мы, не выспавшиеся (а мы не спали еще с Оренбурга между прочим! почти двое суток назад), ледяными заиндевевшими перчатками в четыре руки заливаем через воронку бензин, просто молясь на него. Девушка, для которой это видимо уже была весна, помогала нам накинув телогрейку. На ногах — только подол халата и голые ноги в галошах. Что мы заливали — одному Богу известно. Что–то желтое. Это вполне могла быть и ослиная моча, но мы старались не пролить ни капли, боясь остаться тут совсем на долго.

39. Заправившись, мы направились ко второму дому. Кафе. У хозяйки, знающей только 10 русских слов мы с трудом выяснили что у них есть тепленького и из чего это вообще готовят. Минут пять пытались объяснить значение слова "быстро", в нашем вопросе как скоро они это готовят. Нам принесли лагман, сурпу и чай.

Сказать что там была полная антисанитария, ничего не сказать. Ложки перед использованием приходилось долго оттирать от застывшего жира, который остался от предыдущего обедающего. А что вы хотели? Посуду мыть горячей водой? Это роскошь. Сюда привозят воду, и сначала видимо в ней моются, потом в ней посуду моют, потом для других нужд. Ну или в иной последовательности. Усталые, но довольные мы лопали наше мясо с лапшой.

40. Через минут десять в кафе зашли двое. После ночных физических нагрузок, будучи сильно взмокшим и не выспавшимся, меня дико знобило, готов был начать ловить глюки, спасал только мороз. Им как местным все принесли раньше чем нам, к тому же положили по куску мяса, хоть мы и заказывали то же самое но раньше. Что делать, мы не местные и к тому же не казахи, такие тут обычаи. Слово за слово, выяснилось, что ребята тоже едут в Шымкент.

Они работают на фирму перегоняя машину с севера на юг страны. Здесь уже не впервые, и дорогу знают хорошо. Хоть и плохая, все равно едут, так как она короче, чем объездом на полторы тысячи больше. Они очень удивились, что к нам еще не прокопались местные бандиты. Тут говорят их пруд пруди. Эта дорога – это их территория. Тут ни у кого не работает телефон, позвать некого. Часто забирают грузы или еще что понравится. Тут, кстати, сказали они, вчера Камаз застрял в 20 минутах отсюда, пока водитель ушел за подмогой в эти края, у него сняли аккумулятор и вскрыли борт. Теперь, говорят, он тут надолго, пока видимо всю машину по частям не растащят. Спать там невозможно, придется оставить ее в степи одну. А там.. У вас, спрашивают они меня — оружие есть? Я призадумался, сказать нету, кто их знает, может они бандиты и есть. Выкрутился в общем. Тот что помоложе, предложил ехать сейчас вместе друг за другом (они на двух Тойотах — пикапах), так как следующие 30 мин будет самая сурова дорога. Мы поникли духом. Куда же хуже. Они говорят — главное там прорваться, дальше уже хорошая дорога пойдет. Дело в том, что трактор, который в состоянии хоть чуть–чуть расчистить ее, ходит раз в сутки. Но трактор один, а дорога длинная. Через час ее уже снова заметает по капот. И мы двинулись дальше втроем.

41. Дорога действительно оказалась суровой. Возникало ощущение что мы проезжаем кладбище автомобилей — разбитых и перевернутых в кювете.

42. Едем втроем.

43. Машины в большинстве своем были уже безнадежно брошены и разворованы. Те, что не представляли интереса, ждали весны. Я не мог поверить что это в 21 веке–то, да и не в самой последней стране. Фуры, застрявшие несколько часов назад, еще пытаются выкопать машину. Тянуть их тут некому. Только ручной труд — лопата и свежий воздух.

Местами дорога была чище, местами она была занесена по пояс. И чтобы проехать этот участок, нужно было набрав скорость, и не снижая, чтобы там же не сесть — буквально пробивать дорогу капотом в наметенном еще не заиндевевшем снегу. Бабах! и столб снега накрывает машину выше крыши, попадая прямо на люк. И несколько секунд просто остервенело жмешь на глаз ловя машину рулем полностью в слепую. Жаль не удалась заснять на видео такие тараны. Это были бы очень эффектные кадры. Еще чуть подальше, наши проводники остановились у Краза сошедшего в кювет и севшего на все мосты. По иронии судьбы он был гружен гусеничной техникой, которая вполне могла бы попробовать вытянуть его. Но выгрузить его они не могли, иначе просто перевернулись бы. Вот и живут водилы уже неделю в кабине. Им проезжающие мимо знакомые (как наши попутчики) подвозят хлеб и камыз. Ребята утеплили кабину и на полном серьезе ждут весны. Других вариантов нету. Это Ыргыз, самая ж***па Казахстана.

44. Вот тут хорошо видно, как утеплили окна и живут там. Как они сказали — через 2–3 недели должны тронуться. )

Спустя полчаса, как нам и обещали, дорога приняла человеческий вид. Можно было набрать скорость. Мы на всех парах летели к Шымкенту чтобы заночевать там. У дороги начали появляться местные кафе (действующие!), так стало понятно что мы возвращались к цивилизации.

45. Это одна из моих любимейших фоток с поездки.

46. Еще час и мы въехали в КызылОрдинскую область.

Про Кызыл Орду могу сказать только две вещи. Там самые брутальные полицейские и там впервые за всю поездку испачкалась машина.
Еще один день ушел в степях. Ближе к вечеру стало понятно, до Шымкента мы не доедем. Даст Бог доберемся только до областного города. Пейзажи вокруг особенно не изменились. Все также пустынно, просто теперь хоть понятно что это за область проезжаем.

47. В степях гуляют дикие верблюды. Именно дикие, ибо на многие километры ни аулов ни пастухов. Только теперь мы поняли чьи следы мы видели на пути к стогам когда шли за сеном чтобы откопать машину. Верблюды в снегах — зрелище завораживающее. Дискавери ченнел.

48. Животные непуганые, стояли на дороге, разглядывая авто. Поэтому приходилось сигналить чтобы случаем не задеть.

49.