1
Маленький город. Парк Победы.
Когда-то у памятника стоял в карауле
Здесь принимали нас в пионеры…
Теперь – триколор. Время уснуло.
Но над спящим местом, зимой ли, в июле –
В небо взметнулись огромные ели.
Старые. Века прошлого дети –
До облаков не доросли еле-еле…
Тёмные ветви, мягко пружиня
Историю цепко держат. В лапах –
Гражданской войны дни огневые,
Под лапами – тонкого тлена запах…
Ели встали над братской могилой,
Там душ под сотню – партизаны, большевики
Но большей частью – просто рабочие,
За идею отдавшие жизни свои…
(два солдата отряда Н.А Каландарашвили):Вчера ещё Зимний стонал –
От громкогласого нашего «Ура!»
А сегодня – ну что брат, устал?
Отступать в Монголию, «Сэйн байна»?!
Да, в Тунке пощипали нас хорошо,
От отряда осталась едва ли треть…
Но «дед Нестор» с нами, и значит ещё
Просвистит над белыми «красная смерть»!
Мы выйдем у Ачинска. Таков наш путь.
Эй, ты спишь?! Иль притворился пьяным?
Ничего, скоро вся эта белопузая муть
Узнает – как запирать путь нам, правым!
(штаб Иркутского партизанского даижения): - Согласно имеющейся у нас информации –
Колчак из Омска выехал.
– Что ж…
Мы сможем его перехватить хоть где-то?
- Докладывают из Зимы – двое готовы, хоть под нож!
- Учтите, с ним – пол-эшелона сочувствующих
Опять же – гражданская жена…
Чем мы можем помочь товарищам?
- Жена – не важна, важен запас, его-то он не растряс, вражина?
- Запас пока вроде с ним, другой вопрос…
- Ну?! Не тяните, говорите толком!
- В Иркутске принять не смогут – Опасаются толп…
Им теперь не до золота – Семёнов под боком…
- Но у нас с другого бока – Каппель!
- Ну, Каппель… Это может будет, когда капель…
- Вы идиот! К Каландарашвили, срочно – телеграфируйте!
«Вас вызывает рабочий Иркутск, срочно ускорьте движение на…»
- А, кстати, так куда он идёт?
Были договорённости о месте встречи?
- Он через приграничье к Ачинску отряды ведёт
Как бы в тыл заходя, чай, белые не не ожидают в спину картечи…
- Отлично, на том порешим: в Зиме двое берут Верховного.
И аккуратно сопровождают его до Иркутска.
Ведь, насколько известно, не надеясь уже ни на кого
Колчак распустил личную охрану на вокзале Нижнеудинска?!
И всё-таки: Каландарашвили прекратить свой манёвр!
Срочно в Иркутск, с Семёновым нам не сладить!
А то, что чехи оказались пройдохами – отличный коленкор,
Некому теперь «Надежду новой России» от нас избавить!
(Нестор Каландаришвили, «Дед», командир партизанского отряда): - Какая же силища в этой реке,
ведь лютый мороз – а она не встала,
И сидя здесь, на высокой скале –
Ока, Ока… Ты сибирской Риони мне стала…
Вчера получили с бурятом письмо –
Требуют изменить маршрут.
В Иркутске становится страшно и горячо
И нас там очень уже ждут…
Ну что же, нам не в первой
Помогать товарищам в тяжёлом случае
Эх, семинарии возраст золотой…
Оправдает ли Бог, коль предстану воочию?
(Командир частей чехословацкого корпуса на ст. Зима полковник Ваня́: )
- Эй, вестовой! Подай чаю!
Известия из Нижнеудинска есть?
- Не извольте беспокоится, самовар горячий!
Каппелевцы со дня на день будут здесь!
(входит начальник штаба) - Партизаны отброшены к Худоеланской,
Владимир Оскарович телеграфировал лично…
Ему тяжело, сильно обморожен –
Но держится прилично…
- Ну что же, пока всё идёт отлично…
До Иркутска ему отсюда пара дён идти,
Но нам с ними… не по пути!
А что Жанен? Есть вести?
Мой женераль ничего не передавал?
- Вот телеграмма:
Генерал не приветствует братание с русскими
И вообще – генерал, похоже, от всего устал…
(Ваня́)
- Передайте приказ по корпусу:
Реквизировать весь уголь,
всё что в топках может гореть!
Взнуздайте уже деповски́х –
Нужны паровозы!
За неповиновение – смерть!
…Хватит нам на этот надоевший снег смотреть…
К чёрту все договорённости!
Вперёд, к океану, на Дальний Восток,
И – в Европу, к такому давно забытому дому…
А Каппель… Ну что Каппель?
Ну не на дуэли же с ним драться?
(А Сыровой испугался, затрясся…)
Ну да, не оставим мы ему тут ничего…
Но русский Бог милостлив на «авось»
Глядишь – и успеют за Колчаком… небось…
А нам не нужна уже ни эта страна, ни война, ни клятва
А деньги – ну что ж, но кому теперь мы должны?!
Пусть эти русские сами решают свои проблемы
А мы - уходим. Условия – соблюдены.
(Уходит в купе) (разъезд Утай под ст. Тулун) - Владимир Оскарович! Владимир Оскарович!!!
Ваше Высокродь! Кто ж теперь до Читы проводит?!
- Отойди, дурнында! Не вишь – отходит…
Зови Войцеховского и дохтура, да дверь прикрой.
- Всем… Всему составу армиии…
Чего бы ни стоило – продолжать поход!
Поймите, нас не Верховный в Иркутске –
Нас ждёт и надеется весь русский народ…
Сергей Николаевич, принимайте войска…
Вы чех, я не надеюсь на чехов в Зиме
Но Вам будет проще уговорить Ваня́
Освободите Верховного, обещайте мне!
Тут вот «Георгий» - передайте жене…
Ну-ну, соратник, душою не раскисай…
А что за селение хоть?
– Утай…
(Генерал Каппель скончался.)Вечером под тридцатое января
В трескучий мороз, не выйдешь из избушки
С домовиной в санях, с останками Каппеля
Третья армия разрядила в Зиму пушки…
Утром первого, только забрезжил свет
Чехи собрали в депо ночную смену:
«Нужны паровозы, срочно, никаких «а обед?»»
Но рабочие прямо со смены – в баню.
Там их и накрыли. Выстрелами и шашками
Всех, даже баб, стиравших там бельё…
Стаскали в холодную стайку за баней
И ушли, устало вытирая глаза и лицо…
И когда партизаны, с парой пушчонок
Принимали оборонительный бой –
В штабном вагоне, раскупорив бочонок
Ваня́ со штабом пригубили пиво,
припасённый «Праздрой»…
Чехи, что обещали помочь Колчаку –
Сдали его месяц назад «Политцентру».
Чехи, Каппель хотел совместно дойти до Иркутска!
Вы поклонились златому тельцу и празднуете труса!
…чехи ушли… На станции – вой…
Партизанам конечно не удалось
Такую лавину – попробуй, сдержи-ка.
И ещё с три десятка трупов привезли «домой»
И тоже возле бани: «полежите пока…»
…Над Ушаковкой туман от проруби.
Кто чего там хотел – уже не узнать.
Золотой запас, Харбинские похороны
Многое пропустила через себя Родина-мать…
Родины коснулась страшнейшая из войн,
Миллионы полегли под косою Смерти
И случилось так, что за чертою прошлой беды
Забыли мы об ужасах войн Гражданской и Первой…
И построили памятники, возвели парки
И говорили хорошие слова о мире
Но теперь в парках – ставят современные танки
И Зэт-флаги, и новые молодые фамилии…
Так выходит, что в стране моей
(и это, похоже, всегда будет длиться)
Помнят лишь последние принесённые жертвы
И если эта «не война» продолжится ещё год-другой
Об Отечественной в парках -
уже почти не будет говориться…
…Так думал я, смотря на скребущие небо ели,
И вдруг увидел на ветке – кормушку!
Кормушку для птичек, и стайку синичек
И девочку, насыпавшую крошки, чтоб ели…
И мысль, словно обухом: может ТАК надо?!
Нет, забывать мы не вправе всех павших
А просто принять, словно данность, согласие
С Историей, где все пра́вы, ведь все они – наши
И вовсе не важно – за что так боролись,
Человеку – свойственно заблуждаться.
И если живописать любой жизни повесть
Человек многогранен, в нём и демон, и ангел…
Давайте отпустим их с миром навеки
Простим им грехи, заблуждения, смерти
И пусть над могилами будут кормушки –
Не надо зло множить и жить «мир на мушке»…
yaplakal.com