Самозванец (ироничный детектив)

   Сергей открыл дверь, поставил портфель на прихожую. Скинул туфли и почувствовал наслаждение. Обувь сильно жала, и, освободившись от этих новомодных «итальянских сапог», какое-то время просто стоял и получал удовольствие. Даже глаза прикрыл.

   Но что-то было не так. В квартире был неприятный запах. А на кухне слышалось громкое чавканье.

  Брови от удивления скакнули вверх, глаза расширились. На кухне у окна, где любил сидеть Сергей (это считалось его местом), был какой-то человек. Небритый, грязный и очень дурно пахнущий. Перед этим человеком на столе была вся, абсолютно вся еда, что была в доме, и ел этот грязный человек прямо руками. Облизывая пальцы и теряя большие куски себе на бороду.

   Какое-то время неизвестный вторженец не замечал Сергея. Потом оторвался и виновато сказал: «Здрасьте» и продолжил чавкать. 

   - Да ты что тут делаешь? - ошалел Сергей. 

   Он, конечно же, сразу признал этого бородача. Накануне у них состоялась встреча, тот лежал в подъезде и мешал пройти. Когда Сергей попросил освободить проход, бездомный вскочил и начал требовать каких-то денег. Та встреча была неприятной и испортила настроение на весь день. Помнится, что он тогда обещал расквитаться. Сергей предполагал, что бездомный вычислит его машину и испачкает ее чем-то. А тут такое, пробрался в квартиру и решил сожрать всю еду.

   - Ты что тут делаешь? - Сергей повторил на удивление мягко, но уже готовился накинуться на непрошеного гостя, как змея на кролика. Глаза постепенно наливались кровью, терпению приходил конец. А бездомный бросал надкушенные сэндвичи на пол. Укусил — бросил, укусил — бросил.

   Сергей не выдержал: 

- Пошел отсюда, пошел вон! - Не побрезговав, схватил за воротник и потянул с места. Но в этот момент на кухню зашла Вера — жена Сергея.

  - Оставь, оставь его в покое, - сказала она. 

  - Что? - не понял Сергей. - Я его сейчас вышвырну отсюда. 

  - Подожди, - Вера решительно вступилась. Попыталась оттолкнуть мужа: - Подожди, я тебе сказала! Это мой брат!..

  Пальцы разжались. Все тяжело дышали. Борьба приостановилась. Бездомный
безобидно смотрел на Сергея. Белки его глаз контрастно смотрелись на фоне его немытой рожи.

  - Как твой брат? - упавшим голосом спросил Сергей.

  - Да, да. Я шла домой, а он у нашей двери что-то там делал. И я сразу признала: это мой брат, он погиб давным-давно. То есть мы так думали, что он погиб. А он вон — живой. Смотри, какой милый. Я с ним целый день разговаривала. У него отшибло память. И он ничего не помнит.

   - Конечно, не помнит, - разозлился Сергей. - Он не помнит, потому что он ничего не знает. Ты спрашивала его о прошлом? А он не отвечает, да?! Правильно?! Потому что он ничего о тебе не знает! Вот он и прикинулся непомнящим! 

   - Это мой брат! - в свою очередь рассердилась жена. - У него родинка и рост, и цвет глаз. И пришел он сюда, потому что сердце его сюда привело. 

   Сергей усмехнулся:

- Какое сердце?.. Я на него наступил вчера у лифта. Случайно. Он заорал, я ему наговорил гадостей в ответ. Он обещал отомстить. Ну какие варианты действия в арсенале у бездомного, подлость исподтишка, небось дверь чем-нибудь хотел нам перемазать!

   - Так ты его избил?

   Самозванец в этот момент сделал жалобное лицо, шмыгнул ноздрей.

   - Посмотри, какой он несчастный. Он потерял память, он так много страдал.

   Наконец слово проронил и сам бездомный, это звучало страдальчески:

   - Даа, я пострадал. - Голос сипел, как у старика, хотя можно было догадаться, что этот самозванец гораздо моложе. Он продолжил скрипеть: - Я потерял память. Ничего не помню. Вот сестру только чуть-чуть.

   - Да?! - наклонился Сергей. - И как ее зовут?

   - Вера. 

   - Вера, значит? Это она сама тебе это сказала?!

   - Ну, может, и сказала, - громко ответила жена. - Возможно. Вот видишь, на фотки посмотри.

   На столе под ошметками еды, оказывается, лежали старые фотоальбомы.

   - Посмотри одно лицо!

   Сергей присмотрелся. На фото был молодой парень лет двадцати. Перевел взгляд. Бездомный был заросший, борода топорщилась во все стороны, как новый веник. Была длиной сантиметров тридцать. Волосы на голове тоже были не короткие. Сравнить с тем парнем на фото сейчас было невозможно. Даже если представить, что этот проходимец и впрямь брат Веры, жизнь его так потрепала, что даже после бритья и стрижки его будет невозможно узнать.

   Сергей отогнал все предположения, что он может смириться с тем, что этот негодяй может являться ему родственником. И в очередной раз вспыхнул и схватил проходимца за шиворот. Тот замычал, засопротивлялся и принялся жевать быстрее, понимая, что больше так он нигде не поест.

   А Вера заступилась за него, как волчица завыла: 

   - Отпусти его!

   Ситуацию разрядила тёща. Поскольку дверь Сергей не закрыл, то вошла она без проблем. И с порога сразу определила в бездомном своего давно утерянного заблудшего сына.

   Отношения Сергея с Тамарой Константиновной были, вопреки стереотипам, нормальные. В любви не признавались, но друг друга уважали. Трений не возникало. 

   Она бросилась обнимать грязного человека. 

   А Сергей пристально следил за проходимцем. Поджал побелевшие от гнева губы и сверкал глазами, как фантастический, сказочный змей.

   Думал: ну проколись, давай, скажи что-нибудь не то, и я с огромным удовольствием вышвырну тебя из моего дома.

   Тёща, заключив в объятия, отпрянула от сына, чтоб как следует его рассмотреть. 

   Немая сцена. 

   Ну же, ну же. Скажи, что это не он, молился про себя Сергей.

   - Саша!.. - проникновенно произнесла Тамара Константиновна. - Где ты все это время был?!

   - Эй, Саша?! - резко произнес Сергей, сделав шаг вперед. 

   Бездомный среагировал как положено, так как люди реагируют на свое имя. А может, просто он испугался неожиданного возгласа?

   Сергей спросил спокойно: 

   - Кто это? - и кивнул на тещу.

   Все застыли в ожидании.

   -  Ммм… ма-ма, - то ли неуверенно, то ли просто он заикался, ответил он нечетко.

  Женщины разрыдались и повели найденного родственника в другую комнату.

  Через время жена сходила, выкинула его вещи. 

   Ага, думал Сергей, они его еще и приодеть там собираются. Наверное, в мою одежду.

   Потом с гомоном, с гулом и с счастливыми смешками препроводили его в ванну. Там он долго плескался, отпаривался.

  Потом, когда он клацнул щеколдой в ванной и зашлепал босыми ногами по коридору, там его встретили женщины и препроводили опять в зал.

   Сергей подергал за ручку, но свихнувшиеся домочадцы заперлись изнутри.

   - Иди, иди, не мешай. Мы тут стрижемся, - слышалось из-за двери. 

   Сергей только скрежетал зубами и охал, поделать ничего не мог. Коалиция из тещи и жены — это объединившиеся силы, с которыми справиться невозможно. 

   На счастье бездомного, Тамара Константиновна раньше работала парикмахером. И когда они явились на кухню, перед взором Сергея предстал обаятельный человек. Подстриженный и гладко выбритый.

   Нацепили на него полосатую футболку и какие-то малиновые широкие штаны, которые Сергей давно не носил. Выдали ему сланцы. И с изменением внешнего вида у бомжа Саши изменилась даже походка. Стала более гордой и осанистой. Он, задрав нос, прошел мимо Сергея и опять уселся на его место — в уютное кресло возле окна. За ним, как свита за королем, следовали жена и тёща. Они быстро навели порядок, устроенный им, когда он утолял многогодичный голод. И заново накрыли на стол. 

   Теща откопала где-то в шкафах недопитую бутылку вина, которую она же сама принесла на пасху.

   Когда на стол поставили стаканы, то Саша от них отказался и, отобрав бутылку из рук Веры, начал пить из горла.

   Инцидент был неприятным. Но женщины смотрели сквозь пальцы на буйство родственника, потерявшего мало-мальские манеры.

   Потом Вера сбегала еще за вином. Когда вино принесли, самозванец его быстро выпил, остальные только и успели налить себе по пол бокальчику. Сергей же от празднества воссоединения семьи отказался. Он то и дело выходил и заходил на кухню, складывал руки на груди и тяжело вздыхал. Иногда оставался, а иногда, не выдержав уровень зашкаливающего абсурда, убегал как ошпаренный.

   В итоге Саша хорошенько нарезался. Закрадывалась мысль, что ему предоставили вина больше, чем думалось изначально.

   Допив одну из бутылок, он хлопнул дном о лакированный стол. И, оглядев всех очумелым взглядом, сказал: 

   - Я наведу здесь порядок!

   Женщины замахали руками:

   - Тебе надо поспать. Пойдем. Ты просто устал. И увели самозванца в одну из комнат отдыхать. 

   Сергей траурно провожал эту процессию. Бездомного вели под руки, а тот грозил пальцем и обещал всем сладкую жизнь. Еле хватило терпения, чтоб вновь не взорваться.


   Поздно вечером теща вызвала такси и уехала домой. Она не могла оставить своего нынешнего мужа. Он то ли ногу сломал, то ли руку, то ли еще что-то. Ему требовалась забота.

  Отъезд тещи Сергей воспринимал положительно. Присутствие в доме Тамары Константиновны обычно наносило негативный отпечаток на повседневный домашний быт. А сейчас ситуация вообще была экстраординарная. И Сергей потирал ладоши — не терпелось вывести самозванца на чистую воду.

  Но бомж так и не проснулся. Спал как убитый. Жена буквально охраняла комнату, где он ночевал. Потом, завидев недовольство мужа, сказала: 

  - У меня серьезный разговор. 

  И этот разговор состоялся. Вера начала с главного:

- Саша... понимаешь, он был как... понимаешь, как бы тебе сказать... состоял при людях, которые в девяностые... 

  Она так и не смогла произнести слово «бандит». Уж очень ей не хотелось проговорить это вслух. А даже если и так, думала она, то, наверное, он уже за это заплатил годами проживания на улице в статусе бездомного.

   Сергей сделал вид, что не понимает:

- Что в девяностые?.. Носки вязал на  продажу?

   Жена юмора не оценила.

   - В одной из каких-то драк... Нам говорили, что он получил сильный удар по голове, и вот с тех пор мы его никогда не видели. Но и мертвым его тоже никто не видел.

   - Почему ты мне раньше никогда об этом не рассказывала? 

   - Зачем? Мы думали, что это уже перевернутая страница жизни. 

   Вот, подумал Сергей. Вот отчего они так верят, что бомж может быть их родственником. Бандит пропадает на долгие годы и неожиданно всплывает, как коряга из-под льдины, бестолково и никчемно. 

   Перед сном Сергей опять размышлял: в самом деле, кто он такой, и не знаешь, что хуже: то ли бездомный-самозванец, то ли родственник с отбитой головой. Тем не менее надо держать ухо востро с этим подкидышем.

   От яркого прожитого дня, отобравшего все силы, ждать сюрпризов больше не стоило, и Сергей погрузился в царство морфея и только напоследок думал: как так могло произойти, утром я проснусь, и его не будет.

   Но на следующий день чудо не произошло. На кухне пахло жареным. Бандит Саша что-то варганил. Подойдя ближе, стало понятно, что самозванец жарит блины. Льет тесто на сковородку, оно шипит и подрумянивается. 

   - Входи, заходи, - по-хозяйски распоряжался Саша. - Садись... Пока свежие… Чай наливай!

   Сергей протер глаза. Бомж абсолютно свежий, без похмелья. Улыбчивый и дружелюбный. Был он без футболки, и оказалось, что у Саши достаточно крупная комплекция. Сам он был похож на инструктора по йоге. На плече красовался абсолютно жуткого вида череп: без нижней челюсти и с выпавшими зубами. Сергей не очень разбирался в татуировках, но закралась мысль, что это какая-то тюремная наколка. И эта деталь смывала собой все иллюзии, которые могли появляться.

   - Садись, говорю, - Саша приказал мужу сестры, и Сергей невольно присел на краешек диванчика. 

Взял один блин. Откусил. Блин был вкусный. Отложил.

   - Да не стесняйся ты, - хозяйничал вчерашний бомж на чужой кухне.

  - Да я не стесняюсь, - огрызнулся Сергей на гостеприимство в своем доме. Он вытер руки салфеткой. - А где Вера?

  - А она в магазин пошла, - сказал Саша, отвернувшись. 

  - За вином?

  - Нет. За вареньем, к блинам. Чай еще попросил ее купить улун — черный дракон.

  - Это ты в подворотнях таким гурманом стал? - Сергей позволил себе недолго посмеяться. Заметив, что самозванец не одобрил колкость в свой адрес, улыбаться перестал. Потом закинул ногу на ногу, спросил: - И что, родственничек, память у тебя отшибло? Да?

   - Угу.

   - Не помнишь ничего?.. А как мы в подъезде с тобой недавно повстречались, тоже не помнишь?

   Самозванец немного замялся.

   Сергей встал и приблизился к нему. Посмотрел в глаза. Отметил про себя: у него уверенный взгляд. Сказал: 

   - Мы с тобой поспорили!

   - Поспорили?! - поднялись брови у самозванца.

   - Ну хорошо, не поспорили... - признал Сергей. - Не поспорили, а повздорили, так будет точнее... Давай я тебе дам денег. Много дам. Мы же оба знаем, что ты не брат Вере... Ты только мне час один дай, я быстро съезжу сниму... Сколько ты хочешь? 

   Саша посмотрел с интересом.

   - Десять тысяч, двадцать тысяч? - Сергей небрежно перебирал суммы откупа.

   - Чего? - уточнил въедливый самозванец.

   - Что, чего?..

   - Какой валюты? Доллары, евро, юани? 

   - Рублей, конечно. Бомжам, насколько я знаю, такие деньги и не снятся... Сколько фанфуриков можно купить, у-у-у тьма!..

   Саша выключил газ и бросил на тарелку последний блин, смазал его маслом. Покосился на Сергея:

   - Я слышал, наша семья владеет мебельной фабрикой. Какой у нее оборот?

   - Какой тебе оборот?! Рот разеваешь на что, скотина ты бездомная?! 

   Дверь в коридоре хлопнула, Вера, видимо, зашла недавно и слышала последнюю фразу. Она прожигала мужа укоряющим взглядом. Взяла Сашу за руку и сказала:  

   - Пойдем, опять он до тебя докопался. 

   У входной двери она завозилась, только сейчас решила снять обувь. А Саша обернулся и, пока Вера не видит, одними губами почти беззвучно произнес: 

   - Фабрика. Мне нужна фабрика.

    - Пойдем, - тащила его Вера в безопасную зону. - Чая, который ты заказал, не было, я купил обычный с бергамотом, - договорила она по пути.

   Сергей сложил руки на груди. Значит, фабрику тебе подавай. Ишь чего захотел. 

   Днем, когда все были на работе, Саша, видимо, пригласил друзей. Так можно было рассудить по беспорядку, устроенному в квартире, который был заметен уже в коридоре.

  Сергей и Вера всем этим были, мягко говоря, удивлены.

   Принялись изучать принесенный их дому урон.

   Вопреки ожиданиям, в ходе осмотра их жилища обнаружилась только одна девица, нетрезвая и очень импульсивная. Пока ее не разбудили, выглядела она мирно, но после того как ее окатили из ковшика — спала она в ванной на полу — подруга Саши принялась сквернословить и даже драться.

   - Вот что я тебе и говорил, он проходимец, - всё талдычил о своем Сергей, проклиная самозванца.

   Вера была занята делом, попробовала привести в чувства спящего братца. Тот валялся на постели в трусах и в одном носке, рядом с ним располагалась бутылка очень дорогого коньяка.

   Сергей, увидев этот элитный алкоголь, почесал подбородок:

   - В наших запасах такого нет. Где он мог его взять? - Посмотрел на Веру, ждал реакции. Но никакого порицания он от нее так и не услышал. 

   Саша наконец очухался и распорядился:

   - В ванной спит моя хорошая знакомая. Она тоже обижена судьбой, и ей тоже нужен кров. Не трогайте ее.

   Сергей засопел, как разъярённый бык, спросил у Веры, шевеля одними губами: 

   - Как так вышло, что у этого... родственника имеется самая дорогая бутылка коньяка? Даже я себе не могу такую позволить. 

   - Я ему денег дала.

   - Я догадался, - цедил сквозь зубы Сергей. - Сколько?

  - Все, что были в вазочке... Ну, точнее, он их сам взял. Я, когда об этом узнала, сказала ему, что я не против. 

   - То есть ты хочешь сказать, - Сергей покраснел, - что он лазил у нас в комнате и украл наши деньги. Ты хоть знаешь, сколько там было? 

   - Это мой брат, - взъерепенилась Вера. - Точка.

   Сергей создал вид фальшивой умиротворенности: 

   - А в ванной тоже твой брат спит?..  Да хорошо, что в ванной, а не в нашей с тобой постели!

   Саша слушал, прикрыв один глаз, и чуть-чуть напрягал шею, чтоб удобно было видеть стоящих над ним Веру и Сергея. Потом, когда ему надоело, он перевернулся на другой бок. 

   - Как ты смеешь
отворачиваться, когда мы с тобой разговариваем?! - прокричал Сергей, краснея как помидор. Поднял с пола штаны Александра и нашел в кармане смятые кучки денег. Еще несколько валялись на полу. Они тоже были подняты и пересчитаны.

   Подергал за ногу самозванца: 

   - Иди выгоняй свою красавицу из ванны. 

  Тот проигнорировал.

   Этим занялась Вера. Она не без труда препроводила незнакомку. Та страшно ругалась.

   - Это Аня, она продавец из наливайки, из той, где рядом магазин «Куры-яйца»! Я ее хорошо знаю… Я к тебе зайду, А-аня-я!!! - крикнул Саша уже в закрытую дверь.

   Так и потянулись дальше дни. В жизни благополучной и скромной семьи появился варвар, который только одним своим присутствием осквернял всё то, что было нажито до его появления. 

   Сергей не оставлял надежду вывести негодяя на чистую воду, но пока ему это не удавалось. Казалось, что Саша просто — крошка Цахес, которому было позволено всё, и всё ему сходило с рук!

   Как-то самозванец очередной раз нажрался и, царственно расположился на кухне, восседал на самом привилегированном месте — в креслице у окна. На столе перед ним было дорогое вино, дешевое он не пил.

   Вера купила ему телефон, и теперь бомж был на связи. И он спешил осваивать интернет-пространства. Но это еще не всё, недавно они с Верой ездили в магазин и купили там много вещей дорогих брендов. Весь этот внешний лоск ложился на бездомного, как будто там и был. Сказать, что этот человек еще недавно копался в подъезде, как мокрица, сейчас было никак нельзя. 

   Не раз Сергей предлагал ему денег, но тот каждый раз отказывался от них. Зачем они ему, его здесь хорошо кормят, убирают за ним, когда никого нет дома, зовет в гости продавщицу из наливайки, что на углу. Вера давала ему на карманные расходы в день столько, сколько некоторые люди получают в месяц. Так что Саша в деньгах не нуждался.

   Но выкуривать его отсюда надо было, и Сергей начал издалека. Подсел к нему рядышком, когда тот пьянствовал на кухне. Задавал вопросы о том, о сем, о жизни. Сергей думал так: если он самозванец, значит, у него была своя история, и что-то он может о ней случайно поведать. 

   - Выпей со мной, - предложил Саша. И небрежно пихнул бутылку, та покачнулась, но не упала.  

   - За что пьем? - спросил Сергей.

   - А за что хочешь, за то и пей, - недовольно прогудел самозванец.

   - А я за тебя хочу. Вера мне рассказала, что парень ты лихой. В банде состоял. Говорила, что память у тебя из-за этого отшибло... Помнишь сам-то об этом что?

    - Конечно, помню, - оживился Саша. - Был у нас такой, погоняло Верблюд, район держал. И я с ним вот так был, — Саша произвел характерный жест, потерев ладонь об ладонь, пояснил: — Это значит впритирку!

   Так получается, правда, подумал Сергей, бомж и вправду бывший бандит. Быстро ответил. Быстро и достаточно натурально. 

   Поспрашивал еще немного. Тот отвечал вроде складно, такое представление о криминальном мире можно было составить и после просмотров боевиков. Как понять, что Саша не врет? Парень не глупый, такие сказки может сочинить и подросток: про Верблюда, банкиров и мерседесы.

   Сергей слушал, а сам всё больше склонялся к тесту на родство. Провести такой, и вопросы все снимутся сами собой. Если он и вправду родственник, снять ему квартиру, и пускай живет как хочет, только подальше, чтоб видеть его как можно реже.

   Саша еще рассказал о прежней жизни. А Сергей всё больше расстраивался: получается, он бандит, бывший… Значит, он и впрямь Верин брат. 

   Когда Саша закончил, он заулыбался. И Сергей только сейчас заметил, что у бывшего бездомного поразительно белые ровные зубы, это у человека, который столько лет прожил на улице. Не верится. Да и здоровье у него отменное. Живет уже сколько у нас, ни разу не пожаловался на какой-нибудь недуг. Всё было в высшей степени странно.

   - Что задумался? - спросил Саша. - Всё поймать меня хочешь? Знаешь, как ты мне уже надоел? Знаешь? Хочешь правды? Хочешь?! Не Верин я брат, не Верин. Всё, ты доволен?

   - Подожди, подожди, - затараторил Сергей. - Я на телефон тебя сниму. Скажи это еще раз на камеру. Он нацелил объектив в сторону самозванца. А тот выбил телефон, и гаджет шлепнулся на стол.

   - Я что, лох по-твоему? Ты за кого меня принимаешь? Ага… Я вот сейчас возьму и всё тебе расскажу!

   Он встал, пошел на выход, обернулся на пороге, сказал:

   - А теперь подумай, кто с тобой под одной крышей живет? Кто я такой? А? - Он в усмешке обнажил свои белые, ухоженные зубы, после удалился, оставив Сергея в оцепенении.

   План у Сергея был такой: помимо Тамары Константиновны был еще и тесть, он развелся с тещей давным-давно, и по логике вещей должен приходиться Саше родным отцом. 

   Сергей видел отца своей жены лишь один раз, и то мельком. Человеком он был пожилым, и Вера говорила, что они с отцом не очень хорошо ладят. На свадьбу вот, например, он не приехал, зато постоянно звал к себе в гости.

   Вот этот человек, предполагал Сергей, и должен всё прояснить. Он должен сюда приехать и посмотреть в глаза сыночку.

   Я видел тестя, продолжил думать Сергей, он настоящий мужик, по-моему, бывший военный, издалека был виден стержень внутри. И он мне скажет: мошенник ли этот бомжара или нет.

   Сергей, покопавшись в старых записных книжках, раздобыл телефон тестя.

   - Алло, здравствуйте, это вас беспокоит муж Веры — Сергей.

   - Да, здравствуйте. - Голос Николая Федоровича был басистым и грубым. - Я знал, что вы мне рано или поздно позвоните. 

   - Почему? - мурашки заходили по коже.  - Почему вы знали, что я вам позвоню?..

   - Потому что нам нужно было с вами обстоятельно поговорить.

   - На какую тему? - Сергей был нетерпелив.

   - А вы как думаете?.. - загадочно спросил Николай Федорович.

   Игра в кошки-мышки сейчас раздражала. И Сергей перешел прямо к делу:

- Вы знаете, ваш сын нашелся. Саша. Его ударили по голове, он потерял память и теперь вот обнаружился совершенно случайно. Радость-то какая.

   Федорович молчал. 

   Переваривает информацию, подумал Сергей. От радости себя не помнит. А возможно, он не очень-то уж и рад, потому что с Верой-то он редко видятся. 

   Сергей попросил:

- Николай Федорович, вы не молчите. А то я буду думать, что вы грохнулись в обморок, и мне придется вызвать вам скорую. С вами все порядке?

   - Да, да, да, - смешался отец Веры. - Я не молчу. Что я, малахольный, что ли? Вы меня поставили в затруднительное положение.

   - Почему? - почти шепотом спросил Сергей. - Почему? 

   - Да потому что у меня нет никакого сына. 

   - Как так?

   - Да так. Это вздор. У меня с Тамарой только одна дочь. 

   - Подождите, - соображал Сергей, - когда вы познакомились с Тамарой Константиновной, то у нее уже был ребенок — Саша?

   - Нет, - отрезал Николай Федорович. - Когда я познакомился с Тамарой, у нее не было детей, и когда мы с ней разошлись, она больше детей не рожала. Это уже я точно знаю. Вы, молодой человек, глупости говорите. Я думал, что вы серьезный человек, а вы что из себя представляете?!

   Так, думал Сергей, держа телефон у уха. Вот они и прокололись. Но зачем это?.. К чему это?

   Получается, что теща и Вера сговорились, чтоб притащить в дом этого проходимца. Какова их истинная цель? Что в итоге они хотели получить?

   Сергей пропустил мимо ушей последние слова, сказанные Николаем Федоровичем. И спросил еще раз контрольно:

   - Точно у вас нет сына? - вопрос уже звучал глупо. 

   - Молодой человек, - разъярился Николай Федорович. - Вы, я так понимаю, непонятливый. Такая, как Вера, и не смогла бы себе найти лучше спутника, чем такого, как вы.

   - Не стоит так нервничать.

   В трубке слышалось тяжелое дыхание. Николай Федорович явно был возбужден. Он перешел на «ты» и спросил просто:

   - Как ты там говоришь, тебя зовут?

   - Сергей.

   - Так вот, Сергей, мой тебе совет. Опасайся этих людей. Я и сам от них пострадал. До свидания.

   Дальше в динамике послышались гудки.


Глава 2


Дальше в динамике послышались гудки. Тесть не захотел вести дальше беседу. Что-то его напугало, и своими словами он посеял сомнение. Понятие не имеет, кто такой Саша. Вот это уже аргумент. Неубиваемая карта. Но торопиться не стоит, сначала надо выяснить, что же эти хитрованки задумали.

   Сергей поехал на свою фабрику. Поднялся к себе в кабинет. И первым делом ему доложили, что приходил какой-то рослый человек по имени Александр. Вынюхивал что-то. Рассказал Сергею об этом начальник цеха Никиткин.

   Сергей стал размышлять об этом: обманным путем, значит, пробрался  на фабрику, получается. Ввел в заблуждение охранника — заверил, что хозяин… И проявил упорство. Вынудил мастера Коваленко и наладчика Петрова показать станки… Вот это да-а-а…

   - И что? - Сергей переспросил начальника цеха. - Показали ему станки?

   - Показали. Говорят, остался доволен... Сказал, хорошая мебель получается. Похвалил. 

   - Ладно, - неопределенно буркнул Сергей.

   - А что, не надо было его пускать?.. С охранником что делать, уволить?

   Сергей обдумывал сказанное Никиткиным:

   - Не надо. Оставьте. Скажи больше, чтоб не пускали этого… Александра.

   Никиткин ушел. А Сергей спустился вниз, сел в машину и, пока ехал, ругался, представлял, что сейчас сделает с этим самозванцем.

  Но когда открыл двери квартиры, оторопел. Жена его встретила в нижнем белье. 

  - Вера, ты в таком виде?

- Сергей не верил глазам, - тут этот ходит - Саша, а ты в таком виде: в трусах и лифчике? 

   У Веры поменялось лицо от услышанного. Она сказала:

   - Я одна дома, Саши нет, он уехал по делам. - Накинула халат и еще сказала: - И я же просила не говорить о нем в таком тоне!

   Сергей горько улыбнулся, этот спектакль пора кончать. Козырей было предостаточно. Начал он, как ему казалось, с неубиенной карты — с самого главного, с факта, который ему удалось нарыть.

  Они прошли на кухню. Вера села у окна, а Сергей расхаживал взад-вперед. Все это отдаленно напоминало сцены из французской комедии с Пьером Ришаром, где всё сумбурно и хаотично. Сергей открыл рот, и из него полились неопровержимые доказательства. Он сказал:

   - Знаешь, я звонил твоему отцу... И он мне сказал, что у него нет сына!

   Серые глаза Веры остекленели. Правое веко чуть подернулось. Ноздри расширились. Сергей знал, это признак крайнего недовольства жены. Но чужой гнев его сейчас не волновал, он сам сейчас был способен на многое. И, продолжая мельтешить, заговорил:

- Николай Федорович меня заверил, что у него нет сына. И мать твоя не рожала больше.

   Милое лицо Веры нахмурилось:

   - Зачем ты звонил этому ужасному человеку?

   - Получается, что этот Саша не какой тебе не брат, - продолжал долдонить свое Сергей. - Вы зачем водите меня за нос?.. А сейчас я прихожу… и

вижу тебя раздетой, когда в доме посторонний! 

   Сергей усиленно замахал рукой: 

   - Да он же мошенник, неужели вы не видите?! Или вы с ним заодно, ты и твоя мать? Да?! Вы сговорились? Не знаю зачем только. Хотите меня свести с ума, наверное?

   Сергей, не глядя на жену, отодвинул от стола табуретку, сел: 

  - А сейчас мне на фабрике говорят: пришел какой-то человек, всё обглядел, разнюхал. Рабочих моих построил. Надавал распоряжений и ушел. Люди в растерянности, не поняли, что это было. Он самозванец, он присматривается к нашей фабрике, я тебе зуб даю, Вера!

   - Это он… - сказала тихо Вера. - Это на его деньги мы купили фабрику и эту квартиру. Это всё он приобрел до того, как он пропал. 

   - Да ладно врать-то! - не поверил Сергей и отмахнулся: - Я же говорю, всё, концерт окончен, я звонил твоему отцу.

   - Отцу?! - перебила его Вера. - Да этот отец бросил нас давным-давно. Он превратил нашу жизнь в ад. Он псих. В детстве он был очень агрессивен, маму обижал, бил. Нам угрожал. Мы терпели. Он, как правило, был не в себе. Нес какую-то чушь. Часто говорил, что мы ему не дети, а Сашу вообще ненавидел. Неудивительно, что такой человек, да еще и спустя много лет, утверждает, что Саши вообще не существует.

   К Сергею приходило понимание, что он доверился, мягко говоря, не достоверному источнику. Но как это возможно, господи, в голове не укладывается. Когда надо было разузнать подробности прошлого, он попадает на пренеприятнейшего человека — на отца Веры, который является душевнобольным. Это всё было очень странно.

   Становилось стыдно, но до конца уверенность, что его не обманывают, еще не пришла. Уж больно Сергей был настроен на разоблачительную тираду, хотелось всё разрушить до основания, припереть заговорщиков к стенке и как-нибудь призвать к ответу, наказать. А выходит, что именно он, Сергей, разворошил тайны прошлого, расковырял больные раны.

   Вера не плакала, но мимика ее лица говорила о том, что она сильно обижена.

   - Но Саша мне сам сказал… - всё пытался бушевать Сергей, уже правда не веря самому себе, - я, мол, не брат Вере, он мне говорил. Я его признания еще на телефон хотел снять...

   Вера рассмеялась: 

   - Да он пошутил. Он сказал, что ты его уже достал. Вот он и пошутил над тобой. Он мне когда это рассказывал, мы так с ним смеялись.

   - Обхохочешься, - насупился Сергей. - Какая у вас семья интересная. Прям артисты... - Он посмотрел перед собой и сделал вывод: - Получается, что Саша твой брат. 

   - Да, - лаконично ответила Вера, и так она улыбнулась ехидно, что одна только это улыбка, и даже не улыбка это была, а скорее ухмылка, и именно эта ухмылочка выдала их. Показала, что у них злые намерения. Значит, получается, смеются они. Потешаются. Ладно, пускай торжествуют пока.

  Сергей решил сделать вид, что им верит. Но проверки решил усилить и делать это более тайно. Получается, что отец у них свихнулся, он говорит неправду. Брат-шутник считает себя полноправным хозяином всего вокруг, поэтому пришел на фабрику не для того, чтоб отжать предприятия, а осведомиться о состоянии дел и по-отечески, так сказать, оценить, в каком состоянии находится его детище. Ну хорошо, допустим. А почему тогда теща Тамара Константиновна, почему не приезжает?.. И Саша, если он, конечно, действительно Саша, как объяснить, что он помнит о прошлой жизни? Ведь он же сам мне рассказывал о своей молодости, как это объяснить?

   - Скажи мне, моя дорогая, - продолжил Сергей разговор с женой, - где твоя мама? Почему не навещает сына родного, недавно найденного? 

   - Саша сам к ней ездит.

   - Ааа, вот оно как, - Сергей кивнул. 

   - Заболел дядя Боря — ее гражданский муж, и мама не отходит от его кровати. Ему очень плохо. Поэтому Саша ездит к ним сам. И сейчас он у них.

   Тут Сергей решил ввернуть еще один вопрос: 

   - К Саше я заметил, память возвращается?

   - Да! - искренне обрадовалась Вера. - Я тоже заметила. Я читала об этом в интернете. Это называется амнезия, часто бывает спонтанный характер, воспоминания возвращаются в хронологическом порядке, начиная с самых старых. А воспоминания последних событий, предшествующих амнезии, зачастую не возвращаются никогда.

[/b]*

   Вечером приехал Саша, угрюмый и уставший. Повстречав в коридоре Сергея, буквально преградил путь своей комплекцией и тоном, больше похожим на наезжающий, сказал:

   - Ты это, извини меня... за шутки. Брат я Вере. И точка!

   В руках он держал букет лилий, хоть Сергей и не любил цветы, но все же пришлось констатировать, что они были прекрасны. 

   И Сергей спросил:

   - Кому цветы?

   Саша поднес букет к лицу и принюхался. Вдохнув благоухание, растянулся в слащавой улыбке:

   - Вере купил, - сказал он томно. На недоумевающий взгляд Сергея ответил: - Раньше дарил, когда молодыми были. Мне было лет двадцать, а она девчушка еще совсем. У меня лоток был с цветами на Пионерской, она, когда приходила ко мне, всегда на них смотрела. Ну я и дарил ей их, сначала по праздникам, а потом просто.

   - Моей жене ты цветы купил? - сказал Сергей зло. Точнее, он хотел, чтоб это звучало зло, но вышло неубедительно. 

   Саша выдвинул нижнюю челюсть, и Сергей подумал, сейчас будет конфликт. Но Саша лишь замахнулся букетом, а Сергей сжал кулаки.

   И брат жены сказал: 

- Да не бойся ты меня. Не бандит я. Пошутил я. Я когда фабричное дело возглавил, бизнес достался мне за копейки. Рейдеры хотели ее отнять тогда. И не один раз делали попытки... Набрехал я тебе про авторитетов и банкиров. Просто ты достал меня уже, ходишь за мной... Невзлюбил меня. Я честный бизнесмен, раньше времена были такие, поэтому приходилось выживать.

   Он сунул Сергею букет со словами: 

   - На, сам отдашь Вере. 

   Дальше, когда Сергей передал жене букет, она скорее поспешила к нему, к братцу. И весь оставшийся вечер они хихикали, шушукались, пили вино, был слышен звон бокалов. 

   Сергей изнемогал от ревности, но поделать ничего не мог. Он все еще не верил до конца, что этот негодяй, этот бомжара, этот самозванец может быть честным человеком и подлинным родственником. 

А его праведные поступки, такие как посещение матери, которая в свою очередь дежурит у кровати больного, покупка приличного букета для дорогой сестры и ведение честного бизнеса, это никак не хотелось принимать.

   Удобно было думать, что тут какой-то замысел. Возможно, здесь была обычная конкуренция между двумя самцами, двое вожаков не могли ужиться на одной территории, и кто-то должен был уйти, и Сергей подсознательно чувствовал себя проигравшим. И фабрику он получил готовую, и даже эти стены, — Сергей огляделся, — куплены на средства шурина. Всё здесь принадлежит ему — Саше.

   Нет, Сергей не хотел быть неудачником. Он еще раз решил сопоставить все факты. Он не мог доказать, что Саша не Верин брат. Но и нет ни одного доказательства того, что Саша тот, за кого он себя выдает, кроме утверждения жены и тещи. К тому же не давало покоя обстоятельство, что у бывшего обитателя подъездов отбеленные, ровные зубы и загар черноморский. И вот это вряд ли кто-то может уже объяснить.

   Решение пришло само собой — тест на родство. Он всё разъяснит.

   Либо получится вывести проходимца на чистую воду, либо замолчать навеки и больше никогда не поднимать эту тему и смириться. И еще придется постараться наладить с ним отношения.   

   Биоматериал был собран быстро. Из возможных вариантов: ногти, кровь, волосы, окурки и зубная щетка, Сергей выбрал самый простой — волосы. Окурки тоже мог бы быть вариант, но бывший бомж, как ни странно, не курил. Ногти — это как-то неэстетично. Остальные варианты даже не брались в расчет. А волосы, пожалуйста, бери на расчёски сколько хочешь, взял и Верин, и самозванца.

   Отвез в лабораторию и стал ждать три дня. Шли они долго эти три дня, каждый день казался неделей. 

   Белозубый родственник явно положил глаз на Веру. Сергей всячески пытался не давать им остаться наедине и даже перестал ездить на фабрику. А Саша, как назло, вел себя галантно. Больше не пил и не свиничал, и вообще, раньше он был похож на инструктора по йоге, а теперь смахивал на романтичного капитана королевского фрегата. Благородного и бесстрашного. На фабрику он больше не совался, а когда встречал Сергея где-нибудь в коридоре или на кухне, нарочито хвалил и говорил, что он — Сергей, молодец, мол, не дал загибнуть производству. Сергей же не знал, как расценивать эту похвалу, и слегка тушевался. Теща по-прежнему не приезжала, ухаживала за больным гражданским супругом, казалось, ей нет дела до недавно вновь обретенного сына.

   В пятницу с утра позвонили и сообщили долгожданный результат:  родство не установлено!

   Сергей не сразу понял, что он услышал в трубке. В горле першило, всё нутро куда-то упало вниз…

   Думал в этот момент: значит, я был все-таки прав. Значит, был прав. Не брат он ей. Он ей не брат!..

   В таком состоянии его застала жена. Она много говорила.

   Сергей в какой-то момент сфокусировал на ней свой рассеянной взгляд и наконец понял, что она пытается сказать: Вера говорила о том, что, оказывается, Саша пропал. И оказывается, что мама после визита Саши не берет трубку уже третий день. Вера потрясла мужа за плечо: 

   - С тобой всё в порядке? Надо, говорю, к маме съездить.

   - Не надо, - спокойно сказал Сергей. - Я сам съезжу. Не волнуйся, всё будет хорошо. 

   По дороге Сергей думал о том, что это какое-то наказание. Он обидел бомжа, но тот мешал ему пройти. И Сергей то ли пихнул, то ли наступил на него, потом обозвал этого несчастного. За это его и наказали. Высшие силы решили отомстить, превратить его жизнь в помойку, чтоб он сам стал бомжом. Безвестным, никому не нужным.

   - У кого просить прощение? - сказал Сергей вслух. - У бомжа?.. Не дождется! Не хочу!.. Я, наверное, его больше не увижу! Он, наверное, пропал, натворил дел, небось украл все деньги и смылся. Почувствовал, что он у меня под колпаком, и сбежал, как последний вор... Хотя от такого не отделаешься, где-то пьянствует, наверное... Нет, надо попросить у него прощения, и тогда это наваждение закончится. Да, да, да. Этот бомж — это ангел, и он меня мучает. Он ждет, когда я изменюсь... Да фиг тебе!!!

   Сергей нажал на газ, и уже через пять минут был на месте. Тамара жила в доме своего теперешнего мужа. Домик так себе, скромный. Березки кругом. Забор покосившийся. 

   Калитка не закрыта, прошел в дом, дверь тоже настежь. Внутри люди разговаривают. Теща кормит своего мужика. Тот, приподнявшись на кровати, ест с ложечки. Щеки розовые, глаза живые. Значит, идет на поправку. 

   - Извините без стука, - сказал грустно Сергей. 

   - Ой, батюшки. Это кто это к нам в гости сподобился? Первый раз у нас?

   Сергей виновато улыбнулся:

   - По-моему, как-то был. 

   - Н-нет, - холодно ответила теща.

   - А меня Вера прислала, просила узнать, как у вас дела. Волнуется, телефон у вас недоступен. 

   - Да в воду уронила, - досадовала Тамара Константиновна. - А другого вот и нет.

   - Вот, возьмите мой, - Сергей безэмоционально протянул свой телефон престижной марки.

   - Спасибо.

   И теща сразу позвонила дочке. Они долго разговаривали ни о чем. Теща извинялась за то, что не была на связи.

  Когда  они закончили, Сергей перешел к делу. Был у него свой здесь интерес. Ему нужна была информация. Поэтому он и не взял с собой Веру. Ведь про результат теста он ей не сказал. 

   - Тамара Константиновна, вы знаете, что ваш сын на самом деле вам не сын?

   - Знаю, - не удивившись, сказала Теща. И по глазам ее было видно, что она всё-всё знает. И скрывать не будет. Предвосхищая все вопросы, сказала: - Саша усыновлённый. Когда я была замужем за этим никчемным чудаком Колей, нам сначала сказали, что мы не можем иметь детей, и мы усыновили мальчика, назвали его Сашей. Потом появилась Вера... Она не знает, что Саша усыновлённый, и Саша тоже не знает. Он был совсем маленький, когда мы его взяли.

  Сергей перевел взгляд на дядю Борю. Тот надул губы, как младенец, и закивал, видимо, тоже был в курсе дел. 

   - Как у вас здоровье? - спросил Сергей.

   - Нормально, уже лучше, - с одышкой прозвучал старческий голос.

   Сергей похвалил дядю Борю и пожал ему руку: 

   - Выздоравливайте.

   Дома Сергей оказался только через два часа, пока на заправку заехал. Потом в магазин. Во дворе долго искал парковочное место. 

   В коридоре прямо на середине валялись Сашины штиблеты, ярко-красного, алого цвета.

   Дома, подумал Сергей. Повернув голову влево, увидел, собственно, хозяина яркой обуви. Там же на кухне была и Вера. На столе стояли кружки, из которых шел пар, по всей видимости, в них был чай. Милая домашняя атмосфера.

   - Ааа, - обрадовался Саша зятю. - Ну я рад, что все дома, что все в сборе. 

   Они усадили Сергея за стол для того, чтобы он выслушал какое-то Сашино заявление. А сам Сергей, в свою очередь, тоже пытался сказать. Произнес:

   - Подождите. Я тоже хочу сделать заявление.

   - Сначала я, - потребовал Саша.

   - Нет, я, - настаивал Сергей. - Я скажу. Я хочу попросить прощения у Саши за то, что некрасиво обошелся с ним в подъезде. Я ударил его ногой. Случайно. И называл плохими словами. Я прошу прощения.

   Сергей поднял голову и спросил у кого-то, как будто на потолке: «Вы довольны?» Это он обращался, по всей видимости, к высшим силам. Перевел взгляд на Сашу, но тот вопреки предположениям не исчезал.

   Вера и ее брат были в недоумении. Но акцентировать на этом свое внимание они не стали. В их глазах Сергей и так вел себя в последнее время достаточно странно. Поэтому свое слово все-таки сказал Саша:

   - Итак, друзья, родные. У меня две новости. Я хочу признаться.

   Сергей был весь во внимание.

   - Я, - продолжил Саша, - я не бомжевал. Как вы видите, я хорошо выгляжу. У меня белые зубы, мускулистое тело. Я жил у океана и зарабатывал себе на хлеб, работая инструктором по йоге.

   Сергей щелкнул пальцами:

   - Я так и думал. Ты стопроцентный... типичный... пляжный… бездельник!!!

   - Тихо! - успокоил Саша. - Я не мог приехать раньше. Я жил под чужим именем. Меня искали какое-то время бандиты. Но стало известно, что этих людей уже нет среди нас, и теперь, когда мне ничего не угрожает, я вернулся. Понимаю, что вы на меня будете обижаться, но если я раньше дал бы весточку о том, что я жив, то я бы подставил не только свою жизнь под угрозу, но и ваши.

   Веру это объяснение не устроило. Она хлопнула ладонью братца по щеке и ушла.

   Сергею ее поведение было понятно.

   Саша тоже не был шокирован реакцией. Он повысил голос и вытянул шею, заорал в сторону коридора: 

   - Вер, прости, я тебя люблю!

   Он взял зеленый прозрачный пакетик с ручками, поднялся с места. Вдохновенно вздохнул:

   - Вторая новость!  Я же говорил, их две у меня. Я от вас съезжаю.

   Сергей пригляделся к пакету, в нем были манатки шурина. Зубная щетка, тапки, футболки, зарядка и еще что-то там.

   - Ты сильно не радуйся, родственник, - сказал Саша борзо. - Я в соседний подъезд к продавщице из наливайки. Я буду рядом. Я, кстати, сегодня у нее ночевал. Вера зря волновалась.

   Они пожали друг другу руки, крепкое рукопожатие длилось дольше, чем положено — закадычные соперники мерились силами. 

   Шурин уступил первым, убрал и сказал:

   - Скажи Вере, что я завтра зайду. - И дальше последовало с его стороны нечто странное, шурин подался ближе к уху Сергея и шепнул: - Кстати, на фабрике закопан чемодан с деньгами. Сто тысяч баксов!

   Сергей обрадовался: 

   - Ни фига себе.

   Шурин покачал головой:

   - А ты на этом месте новый корпус построил. Придется здание сносить... Э-э-эх.

   Сергей растерянно повел головой.

   - Да шучу я, - захохотал Шурин и хлопнул по плечу родственника. 



   Потом он ушёл. Но обещал вернуться!
Размещено через приложение ЯПлакалъ