«Ну и что, что так совсем немного толку…»

«Ну и что, что так совсем немного толку…» — эту строчку из песни Лепса знают все. А вот кто на самом деле спел её первым, мало кто помнит. В начале 90-х голос Геннадия Богданова звучал из каждого окна. Его группа «Русские», тогда говорили, наш ответ Фредди Меркьюри и «Queen». Геннадию пророчили мировую славу, но он в один момент потерял всё: имя, песни и вообще право выходить на сцену. Шоу-бизнес просто стёр его из истории. Как так вышло? Почему человека, который взлетел выше звёзд, в итоге выбросили на обочину?

НЕ ЛОМАТЬ!

Геннадий Богданов родился 13 июня 1961-го в Кировске, заполярном городе в Мурманской области. Затем семья перебралась в соседние Апатиты. Голос у мальчишки был с раннего детства сильный, чистый и громкий. Пока пацаны гоняли во дворе, он сидел у проигрывателя. Крутил пластинки советской и зарубежной эстрады до тех пор, пока те не начинали шипеть. А гитару Гена освоил вообще случайно. Старший брат влюбился в девушку и решил произвести впечатление — взялся за гитару. Пока брат пропадал на свиданиях, Гена тайком брал его семиструнку. И на слух подбирал всё, что слышал. Когда брат вернулся из армии, 11-летний Геннадий уже играл как настоящий музыкант.
Провинциальные ВИА, запись песни для кино в 1983-м — всё это Богданов прошёл быстро. И понял, что в Заполярье ему тесно. В том же году он уехал в Ленинград. Голос у него был мощный, и это сразу заметил Виктор Резников — известный композитор. Позвал Богданова солистом в «Марафон». Интересно, что хиты Резникова, как «Льдинка», «Недотрога» и «Половинка», советские слушатели впервые услышали именно в исполнении Богданова. А всесоюзную славу этим песням принесли уже Долина и Пресняков. К 1989-му Богданов начал писать своё. Когда его песня «Каменный дождь» возглавила ленинградский хит-парад в «Смене», он понял, что и в «Марафоне» ему уже тесно. Он ушёл, и буквально в тот же день познакомился с продюсером Владимиром Киселёвым.

В 1989-м Владимир Киселёв, бывший барабанщик и культовый руководитель «Землян», собрал новый проект — группу «Русские». Шла перестройка, и название — броское, патриотичное, но с роковым подтекстом — попадало в нерв времени идеально. Главным сокровищем группы стал Богданов. Он не просто встал к микрофону, а стал основным автором песен. Дебют случился 9 мая 1989-го на фестивале «Звуковая дорожка» в Лужниках. И страна мгновенно влюбилась. Харизматичный блондин с длинными волосами и мощным, пронзительным голосом. Первый же магнитоальбом «Русские идут!» принёс бешеную популярность. А трек с тем же названием и «Женщина, которую боюсь» зазвучали отовсюду.


В 1990-м Богданов написал «Ну и что» — монументальную балладу. С ней он поехал в Юрмалу, на телевизионный конкурс, и взял первое место. А через год на «Песне-91» трек закрепился как абсолютный суперхит. И вот тогда «Русских» начали сравнивать с «Queen». Драматичное вступление, надрыв, сама структура песни «Ну и что» — всё это подозрительно напоминало «The Show Must Go On». Но в плагиате Богданова обвинить невозможно. Он представил свой трек в Юрмале летом 1990-го. А Мэй и Меркьюри только записывали свой шедевр в октябре того же года. Альбом Queen «Innuendo» вышел вообще в феврале 1991-го. Так что это было мистическое совпадение.
Два гения нащупали одну и ту же гармонию. Богданов выдал на советской сцене продукт мирового уровня. «Русские» оказались одной из немногих советских групп, которых признали на Западе. С 1989-го по 1993-й они много гастролировали за границей. Подписали серьёзный контракт. Работали в совместных турах с Дитером Боленом и его проектом Blue System. Это был уровень. А в 1991-м Богданов в составе культурной делегации улетел в Японию — в рамках визита Горбачёва. Казалось, весь мир открыт, но уже назревало недоброе.

Через год Богданов и Киселёв разругались. Продюсеру проект стал неинтересен. Эфиры редели. Музыканты превратились в тех, кто просто отрабатывает гастроли. А тут ещё криминал полез в шоу-бизнес. Богданов начал бороться за свои песни, за безопасность. Но не выдержал и ушёл со скандалом. На время даже уехал из страны. Так «Русские» затухли прямо на взлёте. Какое-то время Богданов жил за границей: сначала на Багамах, потом перебрался в Германию. Музыку не бросил, но сменил роль. Стал писать песни и делать аранжировки для других — европейских и российских исполнителей. В конце 90-х, когда стало поспокойнее, вернулся в Москву. Попробовал снова выйти на сцену сам. Но пробиться на федеральные каналы без миллионов и связей — нереально. Тогда Богданов понял, что ему самому места на сцене уже нет, и продолжил писать для других.


А в 2008-м случилось то, что сделало песню бессмертной — и окончательно отняло у Богданова массовое признание. Григорий Лепс записал кавер на «Ну и что». Для альбома «Вся жизнь моя — дорога…». Спел он её со своей фирменной хрипотой, от которой мурашки. Кавер мгновенно стал хитом. Песня снова зазвучала отовсюду. Её начали петь в караоке по всей стране. Вот только для миллионов слушателей «Ну и что» стала песней Лепса. Новые поколения даже не догадывались, что этот шедевр написал и спел за 18 лет до этого длинноволосый рок-романтик из группы «Русские». Настоящего создателя просто стёрли из памяти. Хотя, с другой стороны, как автору музыки и текста, Богданову капали хорошие отчисления. И это его финансово поддержало.

Сейчас Геннадию Богданову 65 лет. И он не сидит на диване. Гастролирует со своим коллективом «Время Русских», играет в клубах, даёт сольные концерты. Москва, Питер, другие города — залы собираются, иногда даже яблоку негде упасть. Живые выступления — это плотный олдскульный поп-рок и глэм-рок, на который идут люди старшего поколения. При этом Геннадий не превратился в ретро-артиста, который поёт только хиты тридцатилетней давности. Богданов пишет новое, выпускает альбомы — из последних крупных «Правила были...». Делает аранжировки и для себя, и для коллег.


А в личной жизни он вообще редкий однолюб. Женился в 18 лет, еще до армии и до переезда в Ленинград. И с тех пор с женой не расставался. Елена прошла с ним весь путь. Стадионные аншлаги «Русских», тяжёлое расставание с Киселёвым, внезапный отъезд за границу и возвращение в Москву. Она всегда держалась в тени. Сын Евгений — продолжение отца. Парень унаследовал и талант, и профессию. Работает в звуковой индустрии. Он не просто поддерживает отца, а помогает ему — со студийной записью, сведением, технической частью выступлений.

Источник: https://kulturologia.ru/blogs/240926/70202/#

Всё.