100 лет со дня рождения Евгения Леонова

2 сентября 2026 года исполняется 100 лет со дня рождения великого советского и российского актёра театра и кино, народного артиста СССР Евгения Павловича Леонова.

ломать не надо, закончу сообщу

Евгений Леонов родился 2 сентября 1926 года в обыкновенной московской семье среднего достатка. Его отец — Павел Васильевич — работал инженером на авиазаводе, а мать — Анна Ильинична – была домохозяйкой. Евгений был вторым ребенком в семье. Брат Коля был старше его на два года.Леоновы жили в коммунальной квартире на Васильевской улице, занимая две небольшие комнаты. Родители Евгения была гостеприимными хозяевами, и поэтому их дом был вечно полон. Постоянно приезжали близкие и дальние родственники, и все чувствовали себя здесь легко и свободно. Леонов позднее вспоминал: «У мамы было нечто такое, что меня, мальчишку, удивляло — мама умела рассказывать так, что все смеялись, в квартиру набивалось много-много людей».

Мама, хотя и не была высокообразованной, всю себя отдала воспитанию детей. Она много читала им книг. А отец часто рассказывал сыновьям о знаменитых летчиках: Чкалове, Байдукове, Белякове. Именно тогда у мальчиков и возникла мечта стать летчиками. Кстати, брат Евгения Николай впоследствии стал работать в авиации.

В пятом классе Евгений Леонов записался в школьный драматический кружок. Долгое время ученики репетировали пьесу, сочиненную ими самими же. И хотя премьера так и не состоялась, но эта работа запала в душу мальчика, зародила в ней искры любви к театру.

Когда началась Великая Отечественная война, Евгений окончил седьмой класс. По совету родителей мальчик устроился учеником токаря на авиационный завод. Во время войны там работала вся семья Леоновых: отец – инженером, мать — табельщицей, а брат — копировальщиком.



Осенью Евгений Леонов сдал экзамены и поступил в Авиационный техникум им. С. Орджоникидзе. Учась в техникуме, Леонов принимал участие в художественной самодеятельности, выступал на студенческих вечерах.

Евгений Павлович рассказывал: «Я помню, что именно там подготовил «В купальне» Чехова, выучил и рассказывал «Монтера» Зощенко, очень любил Блока, Есенина, читал их наизусть на вечерах, и меня называли, как когда-то в школе, «наш артист».На третьем курсе техникума Евгений Леонов поступил на драматическое отделение Московской театральной студии, которой руководил Р. Захаров, известный балетмейстер Большого театра.

О своем поступлении он рассказывал: «Я попросил у брата пиджак и решил, что готов к экзамену. Я безумно нервничал — я понимал свою несостоятельность, но не думал, что так получится. Сидело человек 25 народу, я вышел (они, видимо, добирали, студия существовала уже второй год) и прочитал все, что с таким успехом читал в техникуме: Чехова, Зощенко.



У меня спросили: «Еще что-нибудь есть?» Я сказал: «Есть, но это еще хуже». Почему-то все стали просить, чтобы я почитал еще. Я прочитал Блока «В ресторане». Я любил это стихотворение… Была тишина, я был белого цвета. Я читал серьезно, мне сказали спасибо. И это стихотворение Блока спасло меня, примирило и с моим пиджаком, и с моей курносой физиономией, и с недостатком культуры. Потом, говорят, развернулось целое собрание, стали просить Екатерину Михайловну Шереметьеву. Она сказала, что я, мол, очень серый, неотесанный, но ее стали снова просить: «Мы поможем» — и меня приняли в студию».

Евгений с удовольствием окунулся в новую жизнь. Каждый день он пропадал в студии с 8 утра до часу ночи. Большое влияние на него оказал Андрей Александрович Гончаров, который, вернувшись с фронта, стал вести их курс.


Закончив в 1947 году обучение, Леонов был принят в Московский театр Дзержинского района. Там он сыграл роль Кольки в спектакле «Ровесники». Однако уже спустя год театр расформировали и на его месте создали Московский драматический театр имени Станиславского, главным режиссером которого стал Владимир Федорович Дудин.

Молодых актеров приняли в новый театр, но долгое время не доверяли главных ролей. Леонову приходилось играть в массовке (например, денщика в «Трех сестрах» или колхозника в «Тиши лесов»).В 1947 году Леонов впервые попробовал себя в кино. Театральных денег на жизнь явно не хватало, поэтому он искал любую возможную халтуру. Первоначально это были даже не эпизоды, а массовка. Первые же свои эпизодические роли он сыграл в 1949 году: в фильмах режиссера Владимира Немоляева (отца известной актрисы Светланы Немоляевой) «Счастливый рейс» и «Карандаш на льду».

Затем последовали эпизоды в спортивной комедии Владимира Петрова «Спортивная честь» (1951), где Леонов появился в роли официанта, и в героико-приключенческом фильме Владимира Немоляева «Морской охотник» (1954). В фильме «Морской охотник» ему довелось сыграть кока. Как он вспоминал: «Там песенку надо было петь, для меня это было стеснительно — и оркестр, и все на меня вытаращились. Я так запел, что пюпитры закачались, но все-таки каким-то образом я пел песню — с моим-то слухом…»

В середине 50-х у Евгения Леонова произошли серьезные перемены, как в кино, так и в театре. В 1955 году он снялся в криминальной драме Иосифа Хейфица «Дело Румянцева»

и приключенческом фильме Александра Столпера «Дорога».

В обоих случаях это были действительно сложные и интересные роли. Леонов вспоминал:

«Я никогда не забуду доброе лицо, добрые глаза Виталия Доронина, с которым я снимался в фильме «Дорога». Я, наверное, чего-то не умел, но там я из себя выходил, фантазировал, а Доронин поддерживал, и действительно, иногда снимали, как я предлагал. Там подобралась удивительная компания, что для меня, молодого актера, для мальчишки, имело большое значение: на свете есть такие хорошие, такие доброжелательные люди…»

Что же касается театра, то Михаил Яншин, пришедший на должность главного режиссера, первое время, также как и предыдущий руководитель, не доверял Леонову ролей. Актер очень расстраивался по этому поводу:

«У меня стало появляться сомнение: правильно ли я сделал, что пошел в искусство…И были мысли бросить это дело совсем.»

Перемены произошли в 1954 году, когда режиссер внезапно назначил Леонова на роль Лариосика в спектакле «Дни Турбиных» Михаила Булгакова. Эту роль до этого играл сам Яншин, и поэтому критики тут же в один голос заявили: «Леонов – второй Яншин». Однако они ошиблись. Актер, унаследовав эту роль, не повторял ее, а как хороший ученик, развивал. Лариосик в его исполнении был существом душевным, чистым, непосредственным в проявлении чувств.

Надо сказать, что Яншин никогда прилюдно не хвалил Евгения Леонова. Наоборот, почти всегда режиссер ругал его. Леонов рассказывал: «Яншин ко мне относился беспощадно, иронично, дикция у меня была неважная — скороговорка, и вообще, требования на уровне МХАТа времен Станиславского… Он меня никогда не хвалил, а за Лариосика всегда ругал… Однажды на «Днях Турбиных» публика хлопала, кричала, а Яншин приходит и говорит: «Вы что из Лариосика оперетту сделали». А как-то шли по фойе театра после спектакля, Яншин говорит: «Это ужасно, ужасно», а впереди идет Павел Александрович Марков — знаменитый завлит Станиславского.

И Яншин спрашивает у него: «Ну что, Паша, Леонов? Как он?» А Марков отвечает: «Миша, он уже лучше тебя играет». И вижу, Яншин, довольный, улыбается, а мне свое: «И не подумай, что правда»..

Он ведь даже перед смертью, выступая по радио, ругал меня. Хотя мне передавали соседи по дому (они были знакомы с Яншиным), что он сказал: «Леонов мой лучший ученик». Конечно, хочется верить, что он меня любил. Михаил Михайлович считал меня своим учеником, а я его — своим учителем».

В середине 50-х произошли изменения и в личной жизни Евгения Леонова. Стоит отметить, что он был чрезвычайно стеснительным человеком, и это несколько осложняло его взаимоотношения с девушками.

Со своей будущей женой Вандой Леонов познакомился в 1957 году, когда театр Станиславского был с гастролями в Свердловске. Случилось это совершенно случайно. Вместе с другом они вышли прогуляться по городу и обратили внимание на двух девушек, которые оказались студентками музыкально-педагогического училища. Одна из них, по имени Ванда, сразу понравилась Евгению, и он пригласил девушек на спектакль. После спектакля они с Вандой гуляли по вечернему городу, и влюбленный Леонов читал Ванде стихи…

По возвращении в Москву Леонов стал названивать любимой девушке и уговаривать приехать. В конце концов, он ее уговорил. Ванда приехала в Москву и пришлась по душе родителям Евгения, после чего Леонов тут же предложил девушке руку и сердце. А вот родители Ванды оказались совершенно не в восторге от предполагаемого брака. Они считали профессию актера несерьезной бесперспективной. Вот тут то и проявился характер Ванды, которая заявила, что все равно выйдет за Леонова. Родителям пришлось смириться с решением дочери.

Звездный час Евгения Леонова наступил в 1961 году, когда на экраны вышла комедия Владимира Фетина «Полосатый рейс». В этой картине актер сыграл скромного буфетчика Шулейкина, волей судьбы выдающего себя за укротителя тигров.Сама исходная ситуация фильма таила в себе множество возможностей для эксцентрической комедии. И авторы успешно воспользовались этим.

Фильм получился веселым, динамичным, насыщенным головокружительными трюками, правда, он был начисто лишен психологических нюансов, его персонажи — не более чем узнаваемые комедийные маски. За исключением недотепы Шулейкина — Леонов играл блистательно, с наслаждением, не боясь откровенного фарса, в то же время, оказавшись трогательным в своем наивном простодушии. Именно эта роль принесла актеру поистине всенародную славу, в одно мгновение, превратив его в самого любимого комедийного актера советского кинематографа.

Еще один интересный факт. В этой картине Евгений Леонов первым из советских актеров снялся в обнаженном виде. Как он вспоминал позднее: «Я первым из актеров показал свой мощный зад советскому народу. Сцена, где мой горе-укротитель убегает от тигра, выскочив из ванны, поразила министра культуры Е. Фурцеву. Потом было много нареканий…»

Картина имела огромный зрительский успех, заняв в прокате 1961 года первое место. Только в том году ее посмотрели 32 миллиона зрителей. Впоследствии она вошла в Золотой фонд отечественного кино. И вот уже несколько десятков лет продолжает оставаться одной из самых любимых зрителями комедий.

«Полосатый рейс» принес Евгению Леонову огромную популярность. Со всех сторон посыпались многочисленные предложения от режиссеров. Обрадованный актер почти всегда соглашался. Он, истосковавшийся по работе, был рад любой роли. К сожалению не все они были по-настоящему интересными. Порой доводилось играть и в довольно посредственных фильмах.

К тому же режиссеры, как правило, использовали актера очень однобоко, предлагая стандартные комедийные роли. И как знать, что было бы дальше, если бы не Владимир Фетин. Владимир Фетин, открывший для зрителей комедийного актера Леонова, спустя три года поразил зрителей Леоновым — драматическим актером.

Свою мелодраму «Донская повесть» он поставил по рассказам Михаила Шолохова «Шибалково семя» и «Родинка». Картина рассказывала о трудной судьбе донского казака Якова Шибалка, принявшего революцию, и о его трагической любви к женщине, неразделившей его взглядов. Вот этого то казака и сыграл Евгений Леонов, что стало совершенно неожиданным для всех – и для зрителей, и для критиков. До этого считалось, что Леонов – прирожденный комик, и ничего кроме подобных ролей играть не может. Как же они ошибались!

Евгений Павлович вспоминал: «Когда вышел на экраны «Полосатый рейс», где я, к удовольствию зрителей, в мыльной пене, бегал от тигров, многие решили, что теперь уже я прописан постоянно в цехе комиков и мне за его пределы шагу ступить не дадут. По правде сказать, я и не очень огорчался. Еще в студии понял, что я — комик. Я всегда любил комедии и хотел играть в веселых фильмах и в спектаклях. Интересную драму я предпочту плохой комедии. Но хорошей комедии буду верен всю жизнь… Но как бывает в жизни иногда — самое интересное предложение получаешь там, где его совсем не ждешь.

Когда раздался звонок из Ленинграда и родной голос режиссера Фетина сообщил, что для меня есть роль в его новом фильме, я не без ужаса подумал: каких еще хищников придется мне укрощать? И вдруг слышу: по рассказам Шолохова… «Донская повесть»… Шибалок… Я замер: ну, думаю, это похуже хищников. А он продолжает: я вижу только тебя — это обычно говорят режиссеры. Я, конечно, не соглашаюсь, он обижается. «Ладно, говорю, приеду, поговорим», а сам думаю: худсовет не допустит.

И, естественно, худсовет «Ленфильма» возражает: «Только что «Полосатый рейс» — и вдруг «Донская повесть», что же общего? Где логика?» Но режиссер и меня убедил, и худсовет…В «Донской повести» мне работалось нетрудно, мы к этому подготовились, искали грим — щетину, челку, искали костюм. Я как-то верил, что могу передать любовь к ребятеночку этому (у меня уже был мой Андрюшка). Фетин, по-моему, и дал мне эту роль потому, что я ему рассказывал про сына, а иногда, когда рассказывал, слезы появлялись…»

Эта работа актера была высоко оценена специалистами – он был удостоен премий на 3-м Международном кинофестивале в Нью-Дели (Индия) и на Всесоюзном кинофестивале в Киеве.

Несмотря на большой успех «Донской повести» режиссеры продолжали приглашать Леонова на комедийные роли. Однако теперь привычные комедийные характеры его персонажей все чаще стали наполняться трагикомическими красками.

Замечательную роль солдата, будто сошедшего со страниц русских сказок, Евгений Леонов сыграл в 1969 году в трагикомедии Георгия Данелии «Не горюй!»

В том же 1969 году Леонов был приглашен Эльдаром Рязановым в сатирическую комедию «Зигзаг удачи». Актер сыграл фотографа Володю Орешникова, которому выпадает выигрыш в лотерею 10000 рублей – по тем временам тройная стоимость машины.

Этот фильм также оказался с трудной судьбой. Руководители советских профсоюзов заявили, что картина является клеветой на их деятельность, после чего фильм был выпущен в ограниченном прокате и практически без рекламы.

Драматическое дарование актера проявилось и на театральной сцене. В 1966 году он поразил зрителей мастерским и точно выдержанным по стилю исполнением роли царя-тирана Креонта в спектакле «Антигона», поставленном Борисом Львовым-Анохиным.

Когда режиссер пригласил Леонова на эту роль, многие восприняли это крайне отрицательно. «Леонов и Креон? Да вы с ума сошли!» Однако спектакль все-таки состоялся. Как вспоминал позднее сам Леонов: «Успех был большой. Какой-то обвал газетно-журнальный, писали так много и хорошо, интересно, что мы удивлялись. Во всех городах, где Театр имени Станиславского побывал с гастролями, появлялись статьи, и не в том дело, что хвалили, а в том, что разные люди, критики, журналисты находили что-то свое, совсем неожиданное, и это было интересно читать».

Работе в театре Леонов отдавал всего себя. За 21 год работы им не было сорвано ни одного спектакля. Евгений Павлович выходил на сцену даже тогда когда болел воспалением легких, когда у него была температура под сорок…

В 1969 году Леонов покинул Театра им. Станиславского, перейдя в Театр им. Маяковского, главным режиссером которого был А. Гончаров. Первой работой в новом театре для Евгения Павловича стала роль Ванюшина в спектакле «Дети Ванюшина».

Некоторое время актера продолжали приглашать играть в спектаклях на сцене Театра им. Станиславского. Но когда он узнал, что бывшие его коллеги обратились к директору с просьбой не приглашать больше Леонова, мол «что у нас, своих актеров нет», то отказался от дальнейшего сотрудничества. По этому поводу Евгений Павлович позже признался:

«В моей жизни бывало так, что меня обижали, как мне кажется, напрасно, незаслуженно. А у меня такая воля, что, если человек меня обидел, я его исключу из своей жизни, я могу с ним здороваться и разговаривать, но он для меня как человек уже не существует…»

В 1970-х годах в СССР о Леонове узнали и самые строгие зрители - дети.

Актёр озвучил всеми любимого Вини-Пуха в одноименном мультфильме Ф. Хитрука. Впоследствии этот мультперсонаж навсегда закрепился за Евгением Леоновым.

Самые знаменитые свои роли Евгений Леонов сыграл именно в 70-е годы. Большинство из его картин того периода вошли в золотой фонд отечественного кино. Причем это были фильмы совершенно различных жанров.

По сюжету киноповести Андрея Смирнова «Белорусский вокзал» на похороны видного военачальника собираются его бывшие фронтовые друзья – люди самых разных профессий: журналист, бухгалтер, директор завода и простой слесарь. Эти роли удивительно тонко, пронзительно и очень по-разному были сыграны Всеволодом Сафоновым, Анатолием Папановым, Алексеем Глазыриным и Евгением Леоновым. Сыграны они были так что, собранные вместе, эти персонажи олицетворяли собой целое поколение, прошедшее войну. Самым ярким и трагичным моментом картины стал его финал, когда друзья собираются в доме бывшей медсестры и поют замечательную песню Булата Окуджавы про десятый десантный батальон.

Совершенно другую роль Евгений Леонов сыграл в эксцентрической комедии Александра Серого «Джентльмены удачи».
ㅤ

Здесь актеру достались сразу две главные роли – жестокого вора по кличке «Доцент» и директора детсада Евгения Ивановича Трошкина, который по заданию милиции перевоплощается в Доцента.

Для того, чтобы убедительнее сыграть роль, Леонов специально ходил в Бутырскую тюрьму и смотрел в глазок камеры, изучая заключенных. Эти наблюдения, а также актерский талант и мастерство помогли ему создать незабываемые персонажи. На глазах у зрителей Евгений Леонов мгновенно перевоплощался из трогательного персонажа в жестокого рецидивиста.

«Джентльмены удачи» вышли на экраны в 1972 году и мгновенно стали супер хитом , а фразы из него тут же разлетелись на цитаты.

В 1972 году состоялось еще одно знаменательное событие в жизни Евгения Павловича – ему присвоили звание народного артиста РСФСР.

Среди других удачных работ Евгения Леонова в те годы: Нюхин в фильме Михаила Швейцера «Карусель» (по словам самого актера – «одна из немногих ролей, которые мне самому интересно было смотреть…»), Леднев в телесериале «Большая перемена», Потапов в драме Сергея Микаэляна «Премия», конечно же, Коля в замечательной комедии Георгия Данелии «Афоня».

Штукатурщик Коля, друг главного героя Афони в фильме Георгия Данелии, особенно полюбился зрителям. И это неслучайно. Наивный, чистый душой он обнаруживает доброе, светлое начало в главном герое. Без него невозможно было бы понять историю перерождения и саму возможность перерождения Афони.

Отдельно стоит отметить одну из самых лучших работ Евгения Леонова – роль Сарафанова в драме Виталия Мельникова «Старший сын».

Именно роль Сарафанова вобрала все самые яркие черты Леонова-актера, именно в ней со всей полнотой проявился его самобытный драматический талант: мастерство психологического анализа, ироничные и забавные нотки простодушия, непревзойденный, тонкий артистизм, душевная незащищенность. Сарафанов Леонова – чудак, ранимый и великодушный. Его сбивчивая речь афористична: так выдает себя органическая неспособность человека к красноречию. Он говорит только самое важное, чего нельзя не сказать. Это и оказывается незамысловатой житейской, а чаще жизненной мудростью.