40 лет назад затонул "Адмирал Нахимов".

31 августа 1986 года теплоход «Адмирал Нахимов» затонул в Цемесской бухте за восемь минут. Погибли 423 человека — крупнейшая морская катастрофа в советской истории мирного времени.

То, что судно было опасным, знали. Не все — но знали достаточно людей, чтобы это можно было остановить.

«Адмирал Нахимов» — бывший немецкий лайнер Berlin, построенный в 1925 году. После Второй мировой войны достался СССР в счёт репараций, был переименован и переоборудован для круизных рейсов по Чёрному морю.

К 1986 году судну было 60 лет — по меркам мирового судоходства преклонный возраст, суда такого класса обычно списывали в 30–40 лет, но «Адмирал Нахимов» продолжал ходить.

Причина стандартная для экономики дефицита: пассажирских судов на Черноморском флоте не хватало, туристический поток в Крым и на Кавказское побережье рос. Списать старое судно значило сократить пассажировместимость и не выполнить план.

Технически судно проходило плановые осмотры и получало свидетельства о годности — формально всё по правилам. Фактически — изношенный корпус, устаревшее оборудование, спасательные средства, не отвечающие современным международным требованиям СОЛАС.

Последний плановый ремонт судно прошло в январе–апреле 1985 года в Варне, в Болгарии, где ему установили срок службы до 30 ноября 1986 года. Формально документы были в порядке.

8 июля 1986 года — менее чем за два месяца до катастрофы — руководство Черноморского морского пароходства подписало акт: судно признавалось непригодным к дальнейшей эксплуатации. Выпускать списанное судно в рейс права не имел никто.

Тем не менее 29 августа «Нахимов» вышел из Одессы в очередной круиз с более чем тысячей пассажиров на борту — с ведома того же руководства, которое двумя месяцами ранее подписало акт о его непригодности.

Столкновение произошло в 23:12. Сухогруз «Пётр Васёв» шёл встречным курсом — оба капитана видели друг друга на радаре, оба считали, что разойдутся.

Не разошлись.

«Пётр Васёв» ударил «Нахимова» в правый борт бульбовой частью корпуса — прямо в район переборки между машинным и котельным отделениями, повредив сразу два смежных отсека судна, рассчитанного на непотопляемость при затоплении только одного.

Через восемь минут теплоход лежал на дне Цемесской бухты, на глубине 47 метров. Из 1 243 человек на борту спаслись 820, погибли 423 — большинство пассажиры, не успевшие выбраться из кают или попавшие в водовороты при затоплении.

Суда подошли к месту катастрофы в течение нескольких минут — рядом был Новороссийск. Но восемь минут от удара до затопления — это время, за которое невозможно организовать эвакуацию тысячи с лишним человек.

В советской прессе о катастрофе написали — это было уже время гласности, август 1986-го. Но написали осторожно: факт гибели людей — да, подробности об акте о непригодности, о состоянии судна, о системных проблемах советского торгового флота — нет.

Официальная версия сосредоточилась на ошибке двух капитанов. Это было правдой — капитаны действительно приняли неверные решения.

Это была неполная правда. Полная картина выглядела так: 60-летнее судно, официально признанное непригодным за два месяца до рейса, столкнулось с сухогрузом из-за навигационной ошибки — и затонуло быстрее, чем это могло бы произойти с судном в нормальном техническом состоянии.

Уголовное дело рассматривалось в 1987 году. Капитан «Нахимова» Вадим Марков и капитан «Петра Васёва» Виктор Ткаченко были осуждены на 15 лет лишения свободы каждый.

Приговор был юридически обоснован: оба допустили навигационные ошибки, приведшие к столкновению, но в приговоре не было ни слова об акте о непригодности судна, о его состоянии, о том, что 60-летний корабль продолжал возить пассажиров по коммерческим соображениям.
Марков вышел на свободу в 1992 году по состоянию здоровья, Ткаченко — раньше, в 1990-м, по амнистии. Министра морского флота СССР Тимофея Гуженко после катастрофы отправили в отставку официально «по состоянию здоровья». Черноморское пароходство продолжило работу.

Теплоход «Адмирал Нахимов» до сих пор лежит в Цемесской бухте на глубине 47 метров. Его не подняли — слишком дорого и технически сложно.

Место захоронения обозначено буями. Водолазам погружаться к нему запрещено юридически: это воинское захоронение, поскольку среди погибших были военнослужащие, — но нарушители этого запрета встречаются регулярно, судно стало объектом притяжения для дайверов.

Несколько попыток поднять судно обсуждались в разные годы — в 1990-е, в 2000-е. Ни одна не была реализована: высокая стоимость, риск разрушения конструкций при подъёме, нежелание тревожить место гибели людей.

Родственники погибших периодически собираются в Новороссийске в годовщину катастрофы, 31 августа, и бросают цветы в Цемесскую бухту.