Наряду с множеством недостатков у Варвары были два существенных достижения: большая белая грудь и служба

Кто хоть раз открывал «Золотого теленка» Ильфа и Петрова, тот наверняка помнит этого персонажа, вызывающего гомерический хохот и, одновременно, брезгливость. Васисуалий Андреевич Лоханкин — имя, ставшее нарицательным для целого типа людей, обитавших в советских коммуналках. Мужчина средних лет, целыми днями возлежащий на клеенчатом диване.
Не работает, не помогает по хозяйству, особо не обременён гигиеной. Зато он безумно занят «раздумьями о судьбах русской интеллигенции» и своей собственной исключительности. Собственно, отвечая на вопрос, кто такой Васисуалий Лоханкин, можно сказать кратко: это профессиональный тунеядец с претензией на духовный аристократизм. Появившись всего в 3-х главах романа, он обратил на себя внимание публики и критиков.
Доморощенный философ, сокрушенный уходом жены Варвары, неожиданно начинает изъясняться пятистопным ямбом - и это отдельный вид искусства! Подобное речевое переключение является, по утверждению исследователей, «едва ли не уникальным случаем в русской литературе», особенно если учесть, что Лоханкин не цитирует чужие строки, а спонтанно создаёт собственные тексты!
«Волчица ты, — кричит он жене Варваре, — тебя я презираю! К любовнику уходишь от меня!». Не прелесть ли? Это же надо так виртуозно превратить бытовую ссору в шекспировскую драму, при этом продолжая жить за счет той самой «волчицы».

- Так вот к кому ты от меня уходишь! → - Птибурдуков, тебя я презираю, — заныл он. — Жены моей касаться ты не смей. Ты хам, Птибурдуков, мерзавец! Куда жену уводишь от меня?
- Уйди, уйди, тебя я ненавижу, — продолжал Васисуалий, раскачиваясь, как старый еврей на молитве, — ты нехороший человек жалкая и мерзкая притом. - Не инженер ты — хам, мерзавец, сволочь, ползучий гад и сутенёр притом! →
- Я обладать хочу тобой, Варвара! → - Он мне посмел сказать, что это глупо! Он, он, жену укравший у меня! Уйди, Птибурдуков, не то тебе по вые, по шее то есть, вам я надаю.
- Не может один человек уйти, если другой его любит! - Я к вам пришел навеки поселиться, надеюсь, я найти у вас приют. - Спасти успел я только одеяло и книгу спас, любимую притом.

Читатель знакомится с Лоханкиным в момент, когда супруга объявляет о намерении развестись, чтобы соединиться с любимым человеком — инженером Птибурдуковым. Потрясенный изменой жены, а главное, исчезновением источника дохода, Васисуалий объявляет голодовку. Однако трагическая жертвенность — только поза: Лоханкин — притворщик: ночью он втайне от жены опустошает буфет с хранящимися там консервами и борщом; он непрерывно думает о судьбах русской интеллигенции, к каковой причисляет себя и систематически забывает тушить свет в месте общего пользования…
… Варвара схватила со стола уже засохший зеленый бутерброд и подступила к голодающему. Лоханкин защищался с таким отчаянием, словно бы его собирались кастрировать. Птибурдуков отвернулся и смотрел в окно на конский каштан, цветущий белыми свечками. Позади себя он слышал отвратительное мычание Лоханкина и крики Варвары: «Ешь, подлый человек! Ешь, крепостник!»
Ночью Варваре приснился страшный сон. Иссохший от высокого чувства Васисуалий глодал белые шпоры на сапогах военного врача. Это было ужасно. На лице врача было покорное выражение, словно у коровы, которую доит деревенский вор. Шпоры гремели, зубы лязгали. В страхе Варвара проснулась.
Желтое японское солнце светило в упор, затрачивая всю свою силу на освещение такой мелочишки, как граненая пробка от пузырька с одеколоном «Турандот». Клеенчатый диван был пуст. Варвара повела очами и увидела Васисуалия. Он стоял у открытой дверцы буфета, спиной к кровати, и громко чавкал. От нетерпения и жадности он наклонялся, притопывал ногой в зеленом носке и издавал носом свистящие и хлюпающие звуки. Опустошив высокую баночку консервов, он осторожно снял крышку с кастрюли и, погрузив пальцы в холодный борщ, извлек оттуда кусок мяса. Если бы Варвара поймала мужа за этим занятием даже в лучшие времена их брачной жизни, то и тогда Васисуалию пришлось бы худо. Теперь же участь его была решена.

— Лоханкин! — сказала она ужасным голосом.
От испуга голодающий выпустил мясо, которое шлепнулось обратно в кастрюлю, подняв фонтанчик из капусты и морковных звезд. С жалобным воем кинулся Васисуалий к дивану. Варвара молча и быстро одевалась.
— Варвара! — сказал он в нос. — Неужели ты, в самом деле, уходишь от меня к Птибурдукову?
Ответа не было.
— Волчица ты, — неуверенно объявил Лоханкин, — тебя я презираю, к Птибурдукову ты уходишь от меня…
Но было уже поздно. Напрасно хныкал Васисуалий о любви и голодной смерти. Варвара ушла навсегда, волоча за собой дорожный мешок с цветными рейтузами, фетровой шляпой, фигурными флаконами и прочими предметами дамского обихода …

Сколько в этих сценах забавных столкновений и неожиданностей в „ильфо-петровском стиле“, насколько парадоксально смешиваются в них высокое и низкое! Почти античные трагедии, разрешающиеся ошеломляюще гротескно! Васисуалий, усматривающий необходимость и глубокий смысл во всём, что с ним происходит, возводит свою страдательную роль в принцип. «Бунт индивидуальности», который учиняет в романе Лоханкин, сводится к притворной голодовке из-за ухода жены к другому и заканчивается безоговорочной капитуляцией: «А может быть, так надо, — может быть, это искупление, и я выйду из него очищенным?».
Сюжетная линия Лоханкина продолжается сценой «товарищеского суда», в которой соседи подвергают незадачливого интеллигента порке розгами за неряшливость и забывчивость в быту.

Позже Васисуалий и вовсе остается без крыши над головой и приходит к сердобольной бывшей супруге, живущей с новым мужем: «Уж дома нет – сказал Васисуалий, продолжая дрожать – сгорел до основанья. Пожар, пожар погнал меня сюда. Спасти успел я только одеяло и книгу спас любимую притом. Но раз вы так со мной жестокосердны, уйду я прочь и прокляну притом». - В его речи, как всегда, много патетики и нелепых деталей. … Васисуалий, горестно шатаясь, пошёл к выходу. Но Варвара с мужем удержали его. Они просили прощенья, говорили, что не разобрали сразу, в чем дело, и вообще захлопотали. На свет были извлечены новый пиджачный костюм Птибурдукова, белье и ботинки.
Пока Лоханкин одевался, супруги совещались в коридоре.
- Куда его устроить? - шептала Варвара. - Он не может у нас ночевать, у нас одна комната.
- Я тебе удивляюсь, - сказал добрый инженер, - у человека несчастье, а ты думаешь только о своем благополучии.
Когда супруги вернулись в комнату, погорелец сидел за столом и прямо из железной коробочки ел маринованную рыбу. Кроме того, с полочки были сброшены два тома "Сопротивления материалов", и их место заняла раззолоченная "Мужчина и женщина".
- Неужели весь дом сгорел? - сочувственно спросил Птибурдуков. - Вот ужас!
- А я думаю, что, может, так надо, - сказал Васисуалий, приканчивая хозяйский ужин, - может быть, я выйду из пламени преобразившимся, а? Но он не преобразился…
Впервые персонаж по имени Васисуалий Лоханкин появляется в цикле сатирических новелл «Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска» (остросатирического цикла новелл Ильи Ильфа и Евгения Петрова, написанного в 1928–1929 годах. Впервые был опубликован в журнале «Чудак» №№ 2–10, всего вышло 11 новелл, но цикл остался незавершённым из-за вмешательства цензуры).

Прежний образ Лоханкина не вполне соответствует тому, что описан в «Золотом теленке»: в рассказах Васисуалий работает гробовщиком и пугает соседей рассказами о скором конце света. Из этого же произведения на страницы «Золотого телёнка» переместилось и название коммунальной квартиры, в которой проживает Васисуалий, — «Воронья слободка»
Почему его образ до сих пор актуален?
Мир изменился, коммуналки почти исчезли, но типаж-то остался! Сегодня мы можем встретить Лоханкиных в социальных сетях. Это те самые эксперты по всем вопросам, которые, не вставая с кресла, рассуждают о макроэкономике и высоких материях, пока реальная жизнь проходит мимо них.
Глядя на таких «философов», задумываешься: а кто такой Васисуалий Лоханкин в сегодняшних реалиях? Это человек, который мастерски находит оправдание собственной лени в несовершенстве мироздания. Когда его в конце концов высекают розгами соседи по «Вороньей слободке», он умудряется найти в этом «сермяжную правду». Мол, так и надо, через страдания душа очищается … Его трагикомедия заключается в полном отрыве от реальности. Он искренне верит в свою значимость, хотя, по факту, не способен даже выключить свет в туалете …
Персонаж, который напоминает: никакие высокие фразы не заменят человеческого достоинства и умения нести ответственность за свои поступки. И всё-таки …, без таких колоритных бездельников русская литература утратила бы не мало!...

Использованы цитаты из романа И. Ильфа и Е, Петрова "Золотой телёнок"
Уверен, что всем они прекрасно знакомы. Но без них не обойтись. Да и кому повредит ещё раз улыбнуться?