Зарок. Почему я больше не вмешаюсь. Почти не выдуманная история

АфтырьЯ©
БукаФнеМнога
___

Эта история из разряда «нехороших». Не в том смысле, что случилось что-то криминальное, а в том, что она пугает своей тенденцией. Пугает не сам факт, а перспектива. Мы же взрослые люди и давно перестали тешить себя иллюзиями об уникальности. Таких примеров — вагон и маленькая тележка.

Лужайку возле нашего дома малышня облюбовала давно. Ватага детей от пяти до семи лет: расстелют покрывала, разложат печенье, лимонад. Выглядит забавно, почти идиллия. В позапрошлом году это было, в прошлом, в этом. Я лиц не запоминал, просто привык к этой картинке.

В тот вечер они засиделись. Солнце давно зашло, стемнело, а они всё «загорают» на тонких покрывалах. Земля уже остыла, сырость пошла. Я, глядя на часы, подошел ближе:

— Не надо сидеть на холодном. Домой уже собирайтесь, полночь почти.

Я не успел договорить. Мои уши свернулись в трубочку. В ответ прилетела такая отборная матерная брань, что стало не по себе. От пятилетних детей. Я опешил, не ожидая подобного в принципе.

Видимо, кто-то из родителей наблюдал за ситуацией с балкона. Потому что сразу после детского мата раздались взрослые крики — громкие, злобные, угрожающие. В мой адрес.

«На кой черт я связался?» — пронеслось в голове. Я ускорил шаг, стараясь не оборачиваться. В тот момент я дал себе зарок: больше никогда. Никаких замечаний, никаких советов, никакого участия.

Но теперь, сидя дома, я смотрю в окно на эту лужайку и думаю: а ведь это дети. Неужели мне действительно всё равно?

Мы привыкли отгораживаться фразой «моя хата с краю». Мы боимся агрессии, боимся быть неправильно понятыми, боимся нарваться на неадекватных родителей. Проще пройти мимо, уткнувшись в телефон. Но, проходя мимо, мы не просто игнорируем чужих детей — мы молчаливо соглашаемся с тем, что их деградация — это норма.

Я дал зарок не вмешиваться, потому что не хочу быть битым за доброту. Но этот зарок — не признак мудрости. Это признак нашего общего поражения. Мы вырастили поколение, которое не знает границ, и теперь боимся даже посмотреть в их сторону. И самое страшное не то, что они матерятся. Страшно то, что мы, взрослые, уже смирились с тем, что это их естественный язык.

Ладно. Я больше не вмешаюсь. Но от этого осознания становится только холоднее. И дело тут вовсе не в остывшей земле.


Это сообщение отредактировал macgugo - 31 июл 2026 в 11:49