Кастанеда в "Активной стороне бесконечности" описывает охоту на грифа.
"Однажды Акоста и трое его друзей предложили
мне сделать то, что ни разу ему не удавалось, - поймать живым и
невредимым грифа. Он объяснил, что тело грифов нашей местности -
огромных птиц, размах крыльев которых составлял пять-шесть футов,
- содержит семь различных типов мяса, каждый из которых применяется для
тех или иных лечебных целей. Он сказал, что желательно, чтобы тело грифа
не было повреждено. Его нужно поймать не силой, а хитростью.
Подстрелить-то его легко, но в этом случае мясо утратит свои лечебные
свойства. Так что вся штука в том, чтобы поймать его живьем, а вот это
не удавалось ему ни разу. Однако, сказал он, с моей помощью и с помощью
трех его друзей он с этим справится. Он заверил меня, что это
естественный вывод, к которому он пришел после того, как раз сто
наблюдал за поведением грифов.
- Для этого нам понадобится дохлый осел, - с энтузиазмом
провозгласил он, - осел у нас есть.
Он посмотрел на меня, ожидая вопроса о том, что же мы станем делать
с дохлым ослом. Но так как вопрос не прозвучал, он продолжил:
- Мы удалим у него внутренности и вставим несколько палочек, чтобы
туша сохраняла форму.
- У грифов всем заправляет вожак; он крупней и умней остальных, -
продолжал он. - Никто не может сравниться с ним в остроте зрения. Это и
делает его вожаком. Именно он обнаружит дохлого осла и подлетит к нему.
Он сядет с подветренной стороны, чтобы обнюхать его и убедиться, что он
действительно издох. Кишки и прочие внутренности, которые мы извлечем из
туши осла, мы сложим возле его задней части. Это будет похоже на следы
трапезы дикого кота. Затем гриф не торопясь приблизится к ослу. Спешить
ему некуда. Он станет прыгать вокруг туши и наконец опустится на ее круп
и начнет ее раскачивать. Не воткни мы в землю четыре палочки, он мог бы
ее перевернуть. На какое-то время он замрет, сидя на ослином крупе; это
будет сигналом остальным грифам опуститься поблизости. И лишь когда
рядом с вожаком окажутся три или четыре других грифа, он примется за
дело.
- А какова же моя роль во всем этом, господин Акоста? - спросил я.
- Ты спрячешься внутри туши, - сказал он с невозмутимым видом. - Не
бойся, я дам тебе пару специальных кожанььх перчаток, и ты будешь сидеть
там и ждать, пока гриф-вожак разорвет своим мощным клювом задний проход
осла и просунет туда голову, чтобы начать есть. Тогда ты крепко схватишь
его за шею обеими руками.
- Я и трое моих друзей спрячемся верхом в глубоком овраге, -
продолжал он. - Я буду следить за всем в бинокль. Когда я увижу, что ты
схватил грифа за шею, мы прискачем во весь опор, бросимся на птицу
сверху и поймаем его.
- А осилите ли вы грифа, сеньор Акоста? - спросил я. Не то чтобы я
сомневался в нем, просто хотел быть уверен.
- Конечно! - сказал он со всей возможной уверенностью. - Мы все
наденем перчатки и кожаные гамаши. У грифов очень сильные когти. Они
могут переломить голень, как хворостинку.
У меня не было выхода. Меня охватило сильнейшее возбуждение. Мое
восхищение Леандро Акостой не знало в этот момент границ. В моих глазах
он был настоящим охотником - находчивым, хитрым и знающим.
- Прекрасно, давайте так и сделаем! - сказал я.
- Вот это как раз тот парень, который мне нужен! - сказал Акоста. -
Я верил в тебя!
Он приладил позади своего седла толстое одеяло, и один из его
друзей легко поднял меня и посадил на лошадь.
- Держись за седло, - сказал Акоста, - и одновременно придерживай
одеяло.
Мы поскакали плавным галопом. Спустя примерно час мы оказались на
какой-то сухой и безлюдной равнине. Остановились мы под навесом,
напоминавшим палатку продавца на рынке. Его плоский верх служил защитой
от солнца. Под навесом лежал дохлый бурый осел. Не похоже было, что он
умер от старости - выглядел он совсем молодым.
Ни Акоста, ни его друзья не сказали мне, убили ли они осла или
нашли издохшим. Я ждал, что они прольют на это свет, но спрашивать не
собирался. Совершая необходимые приготовления, Акоста объяснил, что
навес нужен потому, что грифы всегда начеку, и хотя они кружат высоко и
сами не видны, несомненно, они могут следить за всем происходящим.
- Эти твари способны только видеть, - сказал Акоста. - Их уши
никуда не годятся, да и нюх у них не так хорошо как зрение. Мы должны
заделать в туше каждую дырку. Я не хочу, чтобы ты выглядывал
откуда-нибудь, потому что они увидят твой глаз и ни за что не
приземлятся. Они не должны ничего видеть.
Они установили внутри ослиной туши несколько палочек крест-накрест,
оставив достаточное пространство, чтобы я мог забраться внутрь. В
какой-то момент я решился задать вопрос, мучивший меня все это время.
- Скажите, сеньор Акоста, ведь этот осел издох от болезни, не так
ли? Как вы думаете, я не могу ею заразиться?
Акоста закатил глаза.
- Ну-ну, не говори глупостей. Ослиные болезни людям не передаются.
Давай займемся делом и не будем забивать себе голову всякой ерундой.
Будь я поменьше ростом, я сам влез бы в брюхо этого осла. Знаешь ли ты,
что такое поймать вожака грифов?
Я поверил ему. Что-то в нем располагало меня к ни с чем не
сравнимому доверию. Я не собирался праздновать труса и пропустить
величайшее в своей жизни приключение.
Страшней всего было в тот момент, когда Акоста запихнул меня внутрь
ослиной туши. Затем они натянули шкуру на каркас и стали зашивать ее.
Все же они оставили снизу, у земли, довольно большое отверстие, чтобы
мне было чем дышать. Ужас обуял меня, когда шкура наконец сомкнулась
надо мной, подобно захлопнувшейся крышке гроба. Я тяжело задышал, думая
лишь о том, как здорово будет схватить грифа-вожака за шею.
Акоста дал мне последние наставления. Он сказал, что избавит меня
от лишних волнений, дав знать свистом, похожим на птичий, когда
гриф-вожак закружит поблизости и станет садиться. Затем я услышал, как
они снимают навес; также до меня донесся удаляющийся стук копыт их
лошадей. Хорошо, что они не оставили в шкуре ни одной дырочки, не то я
обязательно выглянул бы. Искушение взглянуть на происходящее было почти
неодолимым.
Прошло много времени; я сидел, ни о чем не думая. Вдруг я услышал
свист Акосты и решил, что гриф кружит вокруг меня. Я совершенно в этом
уверился, когда услышал хлопанье мощных крыльев, после чего ослиная туша
вдруг закачалась так, будто на нее наехал грузовик, по крайней мере так
мне показалось. Затем я почувствовал, что гриф сел на тушу и замер. Я
мог ощущать его вес. Послышалось хлопанье других крыльев, и вдалеке
раздался свист Акосты. Тогда я приготовился к неизбежному. Ослиная туша
затряслась и что-то стало разрывать шкуру.
Вдруг внутрь туши влезла огромная безобразная голова с красным
гребнем и чудовищным клювом; широко раскрытый глаз пронзил меня своим
взглядом. Я закричал от страха и схватился обеими руками за шею. Мне
показалось, что гриф на миг оцепенел, поскольку никак не отреагировал,
что дало мне возможность крепче обхватить его шею. Затем же последовала
настоящая карусель. Гриф пришел в себя и потянул с такой силой, что чуть
не размазал меня по ослиной шкуре. В следующее мгновение я оказался
наполовину снаружи, изо всех сил держась за птичью шею.
Я услышал вдали стук копыт лошади Акосты. До меня донесся его крик:
- Отпусти его, отпусти, он собирается улететь вместе с тобой!
Гриф действительно собирался или улететь со мной, или же оторвать
меня от себя когтями. Добраться до меня ему мешало то, что его голова
была частично погружена вовнутрь туши. Его когти скользили по выпущенным
ослиным кишкам и ни разу толком меня не коснулись. Также меня спасло то,
что гриф изо всех сил старался освободить шею от моей хватки и не мог
выставить когти достаточно вперед, чтобы по-настоящему нанести мне вред.
В следующее мгновение Акоста рухнул на грифа, как раз в тот момент,
когда кожаные перчатки слетели с моих рук. Акоста был вне себя от
радости.
- Получилось, получилось, малыш! - воскликнул он. - В следующий раз
мы вобьем в землю палки подлиннее, чтобы гриф не смог их вырвать, и
привяжем тебя ко всему сооружению.
Мы были дружны с Акостой довольно долгое время, пока я не помог ему
поймать грифа. После этого же мой интерес к нему угас столь же
таинственным образом, как и появился, и мне ни разу не представился
случай поблагодарить его за все, чему он меня научил."
yaplakal.com