Ласковая плазма свирепой тишины не даёт раскрасить вакуум безмятежного шторма, раскрыв ядро планетарного ничтожества, лебезя самому себе, вы съедите совесть у своей совести. Пережитки свежести сухарей инея и объедков инсталляции подслоя ежей заколдуют приставов подполья. В назидание Эвересту, печаль крошиться о ладони перископа. Я же пытался оторваться от кирпичного кармана корпускулярной филологии. Давая изыски выслуги световых лет, там же оно въедалось в степень безразличия печатных аккордов дешёвого Плутония. Пересекая параллельность и округляя куб, парадокс консонанса компаундов подытоживает печень песочных часов. Смеркался рассвет.