58-я статья: 10 судебных историй 1937 года

Вся дичь в том, что даже этого инкриминируемого в реале не было. Можно понять, что любая власть борется с ее противниками и я бы понял тот режим, где карали бы за действительный террор и подготовку антисоветских восстаний. Только все это на 90 процентов сочинительство и фантазии органов. А 10 процентов это квалификация брака и плохой организации на производстве, как "вредительства" и "саботажа".

Даже пресловутый "заговор Тухачевского" - это просто кухонные разговоры, что "неплохо бы Ворошилова снять, который в военном деле ни бельмеса". Вся реальная контрреволюция закончилась в начале 20-х, а выступления оппозиции в 29 году.

Вот небольшая статья с конкретикой по конкретному району:
Репрессии против заонежских священников в 1937 г.
http://kizhi.karelia.ru/library/vestnik-9/312.html
По версии, сфабрикованнной в районном отделении НКВД, в районе существовала «контрреволюционная повстанческая организация, подготовлявшая вооруженное восстание в целях свержения советской власти и реставрации капитализма в СССР» [13] . Организатором ее был «назначен» епископ Трофим (Якобчук), который в 1926 году был выслан из Москвы за «религиозную деятельность» и отбывал долгую ссылку в Карелии. На момент ареста он жил в д.Масельская Гора Толвуйского сельсовета. Епископа Трофима, которому в мае 1937 года исполнилось 68 лет, обвинили в руководстве повстанческой организацией, якобы созданной им и действовавшей с 1927 года. Он был арестован 27 июля 1937 года. Вслед за этим, 11 августа, последовал арест священника Вырозерской Никольской церкви Петра Смирнова, жившего в д.Федосова Гора. Отец Петр был обвинен в руководстве контрреволюционными повстанческими группами в Вырозерском и Кузарандском сельсоветах [14] . Наконец, 30 августа была арестована Лидия Николаевна Шежемская, жена священника Толвуйской церкви Михаила Шежемского, сосланного в лагерь. Лидия Николаевна работала сторожем Толвуйской церкви. Как и отец Петр Смирнов, она обвинялась в руководстве контрреволюционной организацией в Толвуе и вербовке в нее новых членов [15] . На основании сфальсифицированных протоколов допросов первых трех человек, обвиненных в руководстве и активном участии в повстанческой организации, начались массовые аресты духовенства, церковнослужителей и мирян по всему Заонежью.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

1 октября 1937 года по тому же обвинению были арестованы священник Яндомозерской церкви Виктор Орлов, иеромонах Василий (Угаров), священник Толвуйской церкви (в 1908–1914 годах – монах Палеостровского монастыря) и псаломщик Вырозерской церкви Алексей Поляков. 24 октября – священник Кижской церкви Алексей Петухов, 28 октября – священник Кажемской церкви Александр Гедевский, 12 ноября – бывшие священники Тимофей Петровский из с. Великая Нива и Константин Дикаревский (был арестован в поселке Мереж–Наволок Кондопожского района). 18 ноября – священник Сенногубской церкви Василий Остроумов, 22 ноября – бывший священник Дмитрий Маклионов, живший в с. Кажма. Аресты продолжались и в 1938 году: одним из последних 5 марта был арестован бывший священник, принадлежавший к секте скрытников, Федор Маклионов, живший в д.Фоминская Паяницкого сельсовета. На протяжении осени и зимы 1937/38 года Заонежское районное отделение НКВД продолжало аресты остававшихся на свободе священно-, церковнослужителей и мирян.

Всем им приписывалось активное участие в контрреволюционной повстанческой организации, которое заключалось «в проведении антисоветской агитации, вредительстве, вербовке новых лиц в свою группу, посещении нелегальных собраний, на которых обсуждались вопросы подготовки вооруженного восстания» [16] . В дополнение к этому, тех, кто в годы Гражданской войны оказался в Финляндии или в приграничных с ней районах, обвиняли в шпионаже и связях с иностранной разведкой (о. Алексей Петухов, Дмитрий Маклионов).

Во всех следственных делах, без исключения, на первом допросе арестованные отказываются признать предъявленные обвинения. Но в процессе «расследования», после применения следователями запрещенных методов воздействия на заключенных, характер их показаний меняется. Протоколы допросов всех проходивших по этому делу, заранее отпечатанные на машинке, почти не отличаются друг от друга. Написанные казенным, канцелярским языком советского судопроизводства, с традиционными языковыми штампами того времени, все они содержат признания в собственной вине и списки лиц, причастных к «преступной деятельности». Как правило, «правдивые» показания начинаются со слов: «Я убедился в том, что следствию все известно, а поэтому решил говорить только правду. Признаюсь в том, что до дня моего ареста я являлся активным участником контрреволюционной организации» [17] .

Таким образом, после получения многочисленных «признаний», выявления так называемых сообщников, а также выяснения обстоятельств дела была реализована разработка органов НКВД под названием «Церковники». В результате все арестованные священнослужители Заонежского района обвинялись по различным пунктам 58–й статьи УК РСФСР, согласно которой были приговорены к расстрелу. Расстрелы начались в конце октября и продолжались до марта 1938 года, но большинство заонежских священнослужителей погибло в ноябре–декабре 1937 года.

ЗЫ. Все ссылки на архивные дела.

а зачем он нужен ?

а сильвер всегда поливает говном СССР. в его же ссылке есть и такое:

но он это не написал. и у него каждый раз так. вот каждый раз. тащит только то. что выгодно ему в изобличении кровавого режима. но оправдательные решения не публикует никогда. ему это невыгодно.

10 июля 1937 года портрет порвал, а в мае 1938 его освободили - то есть человек 10 месяцев просидел в тюрьме ни за что, и должен был кланяться в ножки Советской власти, что не расстреляли?

Сейчас кого-то сажают за верстку газеты или за сообщение, что памятник голуби загадили?

Ну вот почему чем выше градус псевдо-патриотизма и гордости за других, незнакомых ему людей, тем более убого и безграмотно выражает человек свои мысли на письме.

сейчас сажают за репосты в соцсетях. статья 282 трактутеся интересно