Круг автобуса представлял собой пыльную асфальтированную площадку с несколькими недоломанными скамейками и несколькими киосками. Максим, Борис и Фриц с белком на плече выгрузились, совершенно не имея представления, что делать дальше. Фриц предложил перекусить.
- А у нас что, деньги есть? – с надеждой спросил Максим.
- Есть, - Фриц вытащил из кармана несколько купюр. – Я у Теслы в долг взял.
- Он знает об этом?
- Пока нет, приедет домой - узнает. Но я обязательно верну. Клянусь здоровьем фюрера.
- Это же подло. Он нам одежду дал, приютил, накормил, подвёз, а ты ещё т деньги украл.
- Занял! – обиделся Фриц. – Я же отдам, когда будут. Я ещё тут у него пару чертежей взял. Думал – газеты, потом смотрю – чертежи какие-то. Можно тоже продать. А что, с голода умирать, да? Кому что купить?
- Мне пива, - сказал Макс. – И чипсы.
Борис заказал кефир и булку, а белк - что угодно, только натуральное, без ГМО.
Фриц вернулся через две минуты с беляшами для всех. И с бутылкой водки.
- Ребята, я подумал, кефир мы в доме престарелых будем пить. А пока можно и более крепкие напитки попробовать. Вот, я и стаканчики купил.
- А мне что? Я котят не ем. – возмутился белк.
- Ой, чуть не забыл! Без ГМО только горчица была. Вот держи. – Фрицвыудил из кармана банку с коричневой массой.
- Сволочь ты, а я к тебе так привязался, – заворчал белк, - хотел уже стать ручным зверьком. Это же только разумные существа имеют такое извращённое чувство юмора. Вообще, чувство юмора – это атавизм. Все поистине разумные, не такие, как вы, юмора не понимают. Это потому, что природа пошутила только один раз, когда создавала людей. Всё остальное она делала вдумчиво и серьёзно. Ладно, водка без ГМО. Наливай.
Он выпили за розу ветров, за ветер приключений и за Жюля Верна.
- Так, перекусили, теперь нужно думать, что дальше делать, - сказал Боря, - надо у местных узнать, где здесь Экспо-холл.
На остановке собралось уже десятка три колхозника, очевидно уже отторговавших, и приехавших на конечную, дабы погрузиться поудобнее и домой ехать сидя.
Все галдели, матерились и пахли землёй, печкой и навозом.
Два мужичка курили самокрутки и степенно разговаривали, не спеша, тщательно выговаривая слова.
- А ты видел, какой стадион отгрохали!
- Ну, дык, к Евро-2012 готовятся.
- Оптимисты! Говорят, в двенадцатом конец света будет.
- Тю, так то ж зимой!
- А-а-а! Тогда ладно. А что, конец света точно будет?
- Ну, говорят если, значит будет.
- Жалко.
- Да.
Тут к ним подошёл третий, попросил подкурить и додержал беседу.
- Да не бойтесь вы. От конца света ещё никто не умирал. Вот у нас в Катаклизмовске по десять раз на день армагеддон. Летом – глобальное потепление, зимой – ледниковый период. Осенью – всемирный потоп. По утрам цунами, по вечерам – землетрясение. Вот так и живём. Да к тому же по двадцатым числам смена полюсов.
- Да, слыхали мы про вашу дыру. Каждый день по телеку про вас показывают. И как вы там живёте?
- Да нормально, привыкли. Люди и глисты в любой жопе жить могут. Летом загораем, зимой – лыжи, санки, осенью – серфинг и дайвинг. Нормально, короче.
- Во, народ, а у нас в Тихопёрдовке тоска смертная. Только и знай – корову подои, курей накорми, бурьян прополи, и дня нет. Некогда даже на волторне поиграть. Лежит инструмент, тараканы его совсем заиграли.
Невдалеке от этой компании ушлые работники сетевого маркетинга пытались впарить тётке Гербалайф. Дамочка с бейджиком жонглировала всякими баночками и щебетала:
- Вот, посмотрите, этот препарат чистит организм от шлаков. Принимаете в день всего по две таблетки, и через месяц почувствуете эффект.
- Да мне твой эффект, милка, не нужон. – Тётка задорно засмеялась. – Я утром банку молока вхерячу – так организм чистит, куда твоим пилюлям. Шла бы ты дальше.
- А вот, помада у нас недорогая…
- Иди, иди, пока ходишь.
Кто-то рассказывал под дружный смех, как на сельскохозяйственную выставку вырастили огурец рекордных размеров, а доярка, у которой муж недавно утонул, упёрла плод –чемпион для любовных утех.
Борис и Максим глазом не успели моргнуть, как Фриц завязал спор с мужичком в телогрейке и засаленной кепке. Фриц доказывал, что Рейх захватил весь мир и теперь на глобусе сплошная Германия. Мужичок смеялся и объяснял, что фашистов ещё под Гданьском в тридцать девятом разбили, а Гитлера сварили в кипящей смоле в назидание потомкам. Спор разгорался нешуточный, стали подтягиваться антифашистские силы в виде троих ковбоев и пьяного в дым здоровяка, который, не вникая в суть беседы, рвался надавать хоть кому-нибудь по соплям. Фрица оттянули, ковбоев успокоили, мол, товарищ историю не по тому учебнику учил. Здоровяк обиделся и уснул на скамейке.
У тех же ковбоев разведали, где тут выставки проходят. Оказалось, что на стадионе, всего в квартале отсюда.
Стадион нашли сразу, но оказалось, что сегодня там проходит концерт Мэнсона, и по этой причине попасть на территорию проблемно, только по билетам на сам концерт.
- Ну, что делать будем, ждать до завтра? – спросил Боря.
- Эх, жаль, люблю я Мэнсона, - вздохнул Максим, - душевные у него песни. Я бы и концерт посмотрел. Но билеты, наверное, по бешенным ценам.
- Эй, разумные! – пискнул с фрицева плеча белк. - Проблема? Вам что, билеты достать? Так уж и быть, сделаю одолжение.
Белк спрыгнул на землю, проскользнул между прутьями ограждения и вернулся через несколько минут с пачкой билетов в зубах.
- Ты их что, украл? – удивился Максим.
- А ты мне что, мораль хочешь прочитать? Что воровать не хорошо? Странные у вас стандарты. Леса амазонские вырубать – морально. Бомбы сбрасывать на мирные города – морально. Шапки шить из белок – морально. А взять несколько бумажек без спроса – аморально? Так я сейчас их верну.
- Не надо! – хором закричали приятели.
- То-то, будете должны.