насчет почему в этом топеге...не знаю...считаю что все таки главы из одной книги должны быть вместе...а кого зацеило тот найдет этот топег и прочитает продолжение так скажем...а вот кстати и продолжение:
Ботаник
Ботаник был моим лучшим товарищем по несчастью. Его распределили в Террариум одновременно со мной, и на некоторое время биографии синхронно следовали в едином фарватере. То есть были конечно и другие молодые и распределенные, но именно одновременно с Ботаником мы испытывали сначала общее горькое изумление перед системой Террариума, затем общее гадливое отвращение к этой системе, перешедшее наконец, в общее насмешливое снисхождение. Мы вместе удивлялись, затем вместе негодовали, затем вместе насмехались. Весь путь осознания занял около месяца. Остальные молодые и распределенные все еще вникали и вживались, старались, адаптировались и постигали, в то время как наша эволюция уже достигла стадии насмешливого снисхождения и мы были молчаливо допущены в сообщество «нормальных людей». Отцы-Командиры заявили, что месяц - вполне достойный срок, и на их памяти только один человек показал результат лучше. Звали его Евгений Русаков, но он достоин отдельной главы, а не эпизодического упоминания.
Ботаник быстро пришел к правильному выводу, что основная цель деятельности всех нормальных людей в Террариуме - это прорваться через проходную и покинуть территорию Террариума раньше положенного часа. Отцы-Командиры, как уже достигшие определенной ступени, регулярно выписывали друг другу местные командировки на полдня, а Николай Николаевич с Федоровичем фабриковали себе талоны в медсанчасть, расположенную вне территории. Мы же с Ботаником, как существа бесправные, не имели таких изящных возможностей безболезненного дезертирства, поэтому прибегали к способам более обременительным или рискованным. Мы с удовольствием подряжались на целые месяцы стучать отбойным молотком на строительстве административного корпуса, перекапывать почву в подсобных теплицах и даже швырять мерзлую капусту в колхозе - все что угодно, лишь бы подальше от ненавистного Террариума. В зимнее время, однако, эти способы отпадали, и приходилось прибегать к рискованному варианту - выходить из проходной в обед и не возвращаться. Это была игра с судьбой в орлянку, так как на проходной эпизодически происходили проверки соответствия количества вышедших на обед количеству вернувшихся. Однако до поры до времени удача улыбалась нам.
Впрочем, игра стоила свеч - вырвавшись из лап Террариума, мы по льду замерзшей Москвы-реки достигали противоположного берега и проводили остаток вечера в пивной «Мневники», где работал мой знакомый еще «Фазану» официант Борис Иванович. «Мневники» были отдушиной и способом временного освобождения. Безобразные трубы, ангары и металлоконструкции Террариума были видны и из Мневников, однако с каждой следующей кружкой они все более отдалялись, размывались и в конце концов растворялись в серой пелене угасающего зимнего дня. К сожалению, на следующее утро они, неуничтожимые, вновь присутствовали в реальности наряду с головной болью – импульсом последействия «Мневников».
С течением времени мы так обнаглели, что практиковали выходы во Мневники по два раза в неделю, а затем сделали их всесезонными, освоив переправу через Москву-реку на регулярно курсировавшем маленьком моторном катере. И лишь только недели ледохода и ледостава оставались «мертвым сезоном».
Но все хорошее кончается. В конце концов Ботаника поймали, депремировали, и руководство даже пыталось на него орать матом. Ботаник, не смущаясь, показал руководству степень своего собственного владения ненормативной лексикой и мгновенно написал заявление об увольнении. Обалдевшее от его лексических познаний руководство в растерянности подписало заявление, предоставив Ботанику свободу рук. И Ботаник учудил удивительный ответный ход. Он тут же устроился работать в вохру Террариума, как я подозреваю, с единственной целью - лично обеспечивать беспрепятственный выход «нормальных людей» через проходную в любое время дня и ночи. Ему выдали колючую черную шинель с зелеными петлицами, валенки и форменный треух с зеленый кокардой. В таком виде он любил захаживать в Проектный Центр и к неудовольствию руководства приветствовал народ криком «Здравствуйте, товарищи проектанты!». Ему хором отвечали «Здравия желаем, товарищ лесник!». Материальное вознаграждение за труд его совершенно не интересовало, так как к тому времени работа в Террариуме уже перестала быть основным источником его дохода.
С тех пор над столами Отцов-Командиров самое почетное место занял график дежурств Ботаника на посту. Эти часы получили наименование «Зеленый Коридор». Вскоре после начала «Зеленого Коридора» лучшие сотрудники тянулись реденькой цепочкой к охраняемой Ботаником проходной, и в течение нескольких минут численность отдела сокращалась примерно на четверть. В идеальном случае «Зеленый Коридор» мог начаться до начала рабочего дня, и тогда я умудрялся приходить на работу в 9-15, а уходить с нее в 9-16. К сожалению, полностью устранить сам факт прихода на работу система Террариума не позволяла даже с помощью «Зеленого Коридора»...
yaplakal.com