51. Бензин на заправке стоит полдоллара за литр. Около колонок небольшой магазинчик, в нём продается вода, какое-то печенье и запчасти для машин. Клиентов явно немного. Я думаю поддержать бизнес и что-нибудь купить у мужика, хотя мне особо ничего и не нужно. Выбираю печенье, думаю потом кому-нибудь его отдать.
— Откуда ты? — Из России. — О, русский, — мужик прямо расцветает, — Я не возьму денег! Спасибо вам, спасибо России! Спасибо Путину!
На мои настойчивые просьбы всё же взять деньги, мужик не реагирует. "С русских не возьму".
57. А теперь самое время рассказать о нашем сопровождающем. Так как официально мы с Петей Ловыгиным — тургруппа, которая приехала изучать великую культуру Сирии, нам выдали из музея какого-то странного пенсионера. Выдали его, похоже, только потому, что в 72-м году он закончил один из питерских ВУЗов и кое-как говорит по-русски. А вот его знания о Сирии ограничивались от силы названиями отдельных зданий и помещений в них.
Рассказ обычно проходил так:
Это Церковь. Это столовая. Это туалет. Высота этого храма 50 метров. Отсюда на врагов выливали горячее масло. Тут были ворота.
Я не знаю, в чём причина скудности рассказов нашего гида. Или возраст, или плохое знание русского языка, или он вообще не гид, а какой-то престарелый сирийский чекист, которого вытащили с дачи и попросили пару дней последить за двумя русскими фотографами.
58. Вторая проблема дедушки была в том, что он жутко всего боялся. При этом свои страхи он никак не объяснял. Даже когда не было никаких причин для паники — он паниковал. Когда не было ни одного повода для запрета — он пытался все запретить.
В конце дня мы уже начали откровенно орать друг на друга, и это помогало двигать дело с мертвой точки.
59. Например, мне надо было посмотреть Хомс. Мы заранее договорились, что Хомс мы посмотрим, но выходить из машины не будем, так как там военные и опасно. Ок. Подъезжаем к Хомсу, а это 150 километров от Дамаска. Я не спеша готовлю камеры, жду жуткие виды разрушенного войной города... Но тут мы сворачиваем на объездную дорогу... ЧТО?
— Алло, шеф, а куда мы едем? Мы же должны были Хомс посмотреть! — интеллигентно возмущаюсь я. — Нельзя смотреть, вон он, на горизонте, смотри! — невозмутимо отвечает дедуля. — Не-не-не, так не пойдет. Мы два часа сюда ехали, чтобы ты мне на горизонте показывал дома? Давай рули в Хомс! — Нельзя, опасно, нельзя, запрещено, у нас бумаги, в бумагах нет Хомса, нас арестуют! — Да кто нас арестует? Там нет никого, поехали из машины снимем, как договаривались! — Нет, у меня дети! Я не хочу остаток жизни провести в тюрьме! — Давай спросим у солдат на блокпосту разрешение. — Нет, они не разрешат — Ну, если не разрешат, тогда не поедем, в чем проблема? Давай спросим. — Я точно говорю, что они не разрешат! — Мы можем спросить? — Нет. — Почему? — Они не разрешат! Это военные, они ничего не разрешают. — Так давайте спросим!
Минут 5 я его уговариваю спросить разрешение у военных. Он нехотя соглашается. Останавливаемся у очередной будки, дедуля недовольно выскакивает из машины, я иду с ним. В будке три мужика все в разной форме, один вообще спит на какой-то раскладушке. В центре палатки на земляном полу стоит печка, на которой булькает огромная кастрюля с белым густым супом.
Солдаты улыбаются, а узнав, что я из России улыбаются еще больше. Мне предлагают хлеб.
Дедуля начинает что-то спрашивать у солдат по-арабски. Я не понимаю, но судя по интонации диалог был примерно такой:
— Офицер, я простой гид, мне не нужны проблемы, у меня тут два дурака из России, они не верят, что у нас тут всё строго! Вот бумага, посмотрите, тут чёрным по белому написано, что им запрещено ехать в Хомс. Но они мне не верят! Вы не могли бы сказать этому кучерявому дураку, что в Хомс его не пустят? — Да ладно, дедуля, почему? Поезжайте в Хомс, нам вообще пофиг! — Но ведь нельзя! — Да ладно тебе, норм ребята! — Но они будут фотографировать! У них профессиональная техника, это наверняка надо где-то согласовывать! — Да пусть пофоткают, чего тебе, жалко?
Солдаты улыбаются мне, показывают большой палец и жестом приглашают в Хомс. Дедуля бесится, но ничего сделать не может.
— Это просто мелкие солдаты, они ничего не решают! Они просто левые люди, ничего не решают! — Ок, давайте спросим на блокпосту перед въездом в город.
60. На блокпосту всем тоже пофиг. Нас совершенно спокойно пропускают в Хомс, даже не заглядывая в документы. Дедуля пытался объяснить солдатам, что у нас нет разрешения, но те не стали его слушать и махнули рукой, чтобы мы быстрее проезжали и не создавали пробку.
И так по каждому вопросу.
В прошлом посте меня попросили дать контакты фирмы, через которую мы всё делали. Так вот, контакты не дам, чтобы не рекомендовать таких мудаков.
42. Сирийская армия училась у советских инструкторов, использует советское вооружение и до сих пор активно получает снабжение из России. Отсюда метод ведения войны такой же, как и в Чечне: танки, минометы, снайперы.
как будто другие по другому воюют, вот фотка мосула(ирак).
Это сообщение отредактировал samsatona - 26 янв 2019 в 18:04
Господи Иисусе, сколько же там восстанавливать. Дай сил всем сирийцам перетерпеть эти невзгоды и вновь возродиться из пепла, как феникс.
Задача России тут максимально помочь и специалистам, и финансами. Нужно поднять Сирию из руин, это один из наших форпостов в Средиземноморье, влияние на весь Ближний Восток. К тому же наши народы связывает нерушимая дружба, прошедшая сквозь десятилетия войн и мира.
Почему то верю, что при поддержке Владимира Владимировича Асад сможет отстроить страну и сделает из неё прекрасный курорт, где российские граждане со своими детками смогут круглогодично загорать на песочных пляжах и наслаждаться природой.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com
ivarlamov