Пардон за дзен.«Не молчите»: история Евгения Янеш из села Баево

История, случившаяся этой весной в Алтайском крае, стара как мир, но от этого не становится менее дикой в своей обыденности. Житель села Баево Евгений снял на телефон, как большая вода заходит в его дом, как он вместе с семьей — женой и трехмесячной дочкой на руках — пытается спастись от наводнения. Он не критиковал президента, не кричал лозунгов. Он просто показал реальность. И реальность эта оказалась для местных чиновников страшнее самого наводнения.

В гости — с повесткой. Видео мгновенно разлетелось по соцсетям и набрало десятки тысяч просмотров. А дальше начался сюрреализм, достойный пера Салтыкова-Щедрина. К Евгению в дом наведался оперуполномоченный уголовного розыска и потребовал объяснить, зачем он вообще выложил эти кадры, ведь ролик, видите ли, «приобрел общественный резонанс». Полицейского, заметим, заинтересовала не судьба людей в зоне бедствия, а мотивы автора видео. На этом, казалось бы, абсурдная ситуация могла завершиться, но куда там — это было лишь начало. Следом пришло голосовое сообщение от главы Баевского района Татьяны Давыдовой. Чиновница не подбирала слов: «Вы зачем это сделали? Зачем хайп ловить на вот этом всем? Никто ж не пострадал». Как будто вода, залившая пол, размывшая дороги, и люди, которых эвакуируют в лодках, — это плод воображения «неблагонадежного» гражданина.

Финальным аккордом стала повестка из военкомата. К этому моменту сомнений в том, что на Евгения открыли сезон охоты, не осталось ни у кого. «Не было, не заметили, сами виноваты»: анатомия реакции

Любой, кто выносит сор из избы, рискует стать врагом. В этом и заключается глубинная логика нашей бюрократической системы, которая накрепко усвоила единственный принцип: нет видео — нет проблемы. Стоит только признать, что людям нужна помощь, — и моментально возникнут вопросы: почему не помогли раньше, куда делись бюджетные деньги, почему не сработала система оповещения?

Поэтому гораздо проще не решать проблему, а попытаться «отменить» само видео. Объявить его фейком, а автора — хайпожором. Хайп — это не огласка, а любое неудобное для мундира свидетельство реальности, которое каким-то образом просочилось сквозь заслон официальных пресс-релизов. На любое нежелательное видео, будь то потоп, пожар или рукотворная катастрофа, мгновенно навешивается ярлык «хайпа». Это универсальное слово-паразит, призванное обесценить и заставить замолчать.

«Человек с телефоном» стал для системы врагом номер один. Показать, как тонет твой дом, сродни преступлению. Потому что когда на одном экране — кадры с людьми на лодках, а на другом — бодрые отчеты, власть выглядит нелепо и беспомощно.

«Всё под контролем»: катастрофа в Туапсе и двойная реальность

Пока власти рассказывали об «ограниченном количестве» волонтеров и «локальных загрязнениях», экологи сравнивали масштабы бедствия с худшими техногенными катастрофами, а добровольцы сутками напролет вытаскивали из мазута умирающих птиц и дельфинов.

Это и есть та самая двойная реальность, в которой мы живем:

· Официальная: ущерба нет, ситуация штатная.

· Настоящая: люди в респираторах, черный прибой и мертвые дельфины, которых пакуют в мешки.

Собранные волонтерами кадры — это не «погоня за сенсацией», а единственный способ достучаться до общества. Когда официальная машина в упор не замечает катастрофу, только такие видео и становятся триггером для реальных действий. Именно этого и боятся чиновники больше всего — что народ поверит не их сводкам «без разливов и пострадавших», а собственным глазам.

Внезапно выяснилось, что официальные отчеты и то, что видят люди на берегу — это две абсолютно разные планеты.

Если нас боятся — что мы можем?

Страх чиновника перед правдивым видео — это на самом деле приговор системе. Они боятся не видеороликов, а гнева начальства. Но вместе с тем — боятся ли нас? Да.

Они боятся, что мы перестанем верить их отчетам. Что мы начнем задавать вопросы: почему оповещение не работает? Где техника для уборки пляжей? Почему бюджетные миллионы уходят в песок, а реальные герои — это волонтеры, скидывающиеся на респираторы?

Государство, которое видит угрозу не в стихии, а в людях, снимающих эту стихию на смартфон, обречено на деградацию. У него больше нет цели защищать, его цель — контролировать. Контролировать реальность методами из арсенала цензуры. Давление, которое испытал на себе Евгений из Баево — это и есть та самая «вертикаль власти», которая выстроена не для помощи людям, а для защиты чиновника от любого дуновения правды.

И все же эта тактика давления — признак слабости и одновременно наш шанс. Когда правдивый ролик одного-единственного человека вызывает такую панику на административных этажах, это означает, что правда им во вред. Что система прогнила настолько, что боится сквозняка. И наше оружие в этом противостоянии — публичность. Пока мы снимаем, пока показываем правду, мы не просто фиксируем реальность — мы вынуждаем власть реагировать на неё, а не делать вид, что ничего не происходит.

История Евгения Янеш из Баево — это не история о наводнении. Это история о том, как в России XXI века человека методично уничтожают за попытку сказать: «Смотрите, мы тонем». И пока мы будем молчать, они будут продолжать убеждать нас, что дождя нет, а если мазут на берегу — то это просто «локальное загрязнение». Продолжайте снимать. Продолжайте говорить. Это единственное, чего они действительно боятся. https://dzen.ru/a/afWsTJVNi3kWaxGp?ysclid=m...f2ojnu259717706
Размещено через приложение ЯПлакалъ