Часть историй реальные рассказы от людей, просто подача идет красочно и с добавлением мистики.
Добавлю бонусом.
viaМы нашли нашего товарища прибитым к дереву. У него не было ни одной кости. Рассказываю, что охотится в этой тайге.Тайга не прощает слабости. Эту фразу, как молитву, повторял наш бригадир Матвей. Мы, артель из пяти мужиков, заброшенная на безымянную речку где-то на границе Якутии и Красноярского края, знали это не понаслышке. Мы пришли сюда за золотом. Мы мыли его, рвали из ледяной земли, жили в грязи и вони солярки, слушали по ночам рев дизельного генератора и вой волков. Мы были крепкими, грубыми, привыкшими к крови и тяжелой работе. Нам казалось, что мы видели все.
Мы ошибались.
Все началось с Витька. Самый молодой из нас, шумный, вороватый, но, в сущности, безобидный парень. Он пошел вверх по ручью проверить старую помпу, которая качала воду для промывочного лотка. Ушел и не вернулся. Мы ждали до вечера, орали в темноту его имя, стреляли в воздух. Ответом была лишь гнетущая, равнодушная тишина тайги.
«Медведь задрал, — сплюнул Семён, самый здоровый и агрессивный из нас. — Или в речке утоп по пьяни».
«Надо искать», — хрипло сказал Матвей, и на рассвете мы отправились на поиски.
Мы нашли его через два часа. И этот момент навсегда разделил мою жизнь на «до» и «после».
Витёк не был съеден. Он не утонул. Он был… выставлен. Как экспонат в музее безумца. Его тело было прибито к стволу гигантской лиственницы. Прибито не гвоздями, а заостренными сучьями, проткнувшими его ладони и ступни. Рот был широко открыт в беззвучном крике. Но самое страшное было не это. Его тело было пустым. Мягким, как мешок из-под картошки. Оно висело на дереве, и под ним не было ни капли крови. Словно из него вынули абсолютно все кости, до последней фаланги пальца, оставив лишь кожу, мышцы и органы внутри.
Семёна вырвало прямо там, на мох. Фёдор, наш старик, знаток примет и суеверий, упал на колени и забормотал что-то неразборчивое, мешая молитвы с матом. Матвей стоял, как каменный, его лицо стало серым. А я… я смотрел на эту чудовищную, невозможную инсталляцию и чувствовал, как мой разум трещит по швам. Ни один зверь не способен на такое. И ни один человек.
Мы вернулись в лагерь, как побитые собаки. Страх был осязаем. Он висел в воздухе, густой и липкий, как болотный туман. Ночью никто не спал. Мы забаррикадировались в самом большом срубе, затопили печь докрасна и сидели с ружьями наизготовку, вслушиваясь в каждый шорох. Дизель-генератор, который раньше раздражал своим тарахтением, теперь казался спасительным барьером, отгораживающим нас от тьмы.
Но оно не лезло напролом. Оно играло с нами.
На следующую ночь мы услышали это. Тонкий, высокий, стрекочущий звук, похожий на цикаду-переростка или на щелчки костяшек. Он доносился со стороны леса, перемещаясь по периметру лагеря. Мы палили в темноту, пока стволы не раскалялись, но звук просто замолкал, чтобы через час появиться с другой стороны.
Утром у входа в сруб мы нашли «подарок». На пеньке лежал череп волка. Идеально чистый, белый, отполированный до блеска. А рядом с ним, в аккуратную спираль, были выложены птичьи перья.
«Это Хозяин, — прошептал Фёдор, его глаза были безумными. — Дух тайги. Мы его потревожили. Он нас всех по одному заберет».
«Заткнись, старый! — рявкнул Семён. — Какой, к черту, дух! Это тварь из мяса и крови! И я ее пристрелю!»
Безумие начало прорастать в нас, как ядовитая плесень. Мы перестали доверять друг другу. Каждый косой взгляд казался предательством. Каждое слово — ложью. Семён целыми днями чистил свой карабин, его глаза налились кровью. Он был как сжатая пружина, готовая лопнуть.
И она лопнула.
На третий день, после очередной ночи акустической пытки, Семён не выдержал.
«Я иду за ним! — проревел он, вскидывая ружье. — Хватит сидеть тут, как крысы!»
«Не ходи! — крикнул Матвей. — Семён, стой!»
Но он уже не слушал. Он вышиб дверь и ринулся в сторону леса, в туманное утро. Мы слышали, как трещат под его сапогами ветки. А потом — один-единственный, короткий, захлебнувшийся вскрик. И тишина.
Мы решились выйти только через час. Мы шли плотной группой, прижимаясь друг к другу. Тело Семёна лежало на поляне, метрах в двухстах от лагеря. Его карабин валялся рядом, нетронутый. Он даже не успел выстрелить.
Увиденное было еще более чудовищным, чем то, что оно сделало с Витьком. Одежда Семёна была аккуратно разрезана вдоль позвоночника. Через этот разрез тварь извлекла всю его центральную нервную систему. Весь спинной мозг с отходящими от него нервами. Она сделала это с хирургической точностью, не повредив ни одного органа. Она просто забрала то, что ей было нужно.
Тут сломался даже Матвей. Он сел на землю и завыл. Громко, страшно, как раненый зверь. Наш бригадир, наш каменный утес, рассыпался в прах.
Мы поняли, что нам не выжить. Что мы просто материал. Расходник для чего-то непостижимого. Мы решили бежать. Бросить все — золото, оборудование, — взять только оружие, патроны, еду и попытаться пробиться к старой заброшенной шахте, штыльне, где, по словам Фёдора, можно было укрыться.
Путь к штыльне лежал через бурелом и болотистую низину. Мы шли, обезумевшие от страха, вздрагивая от каждого звука. И мы наткнулись на его логово.
Это была не пещера. Это была поляна, превращенная в галерею кошмара. В центр ее оно притащило скелет лося. И оно… украшало его. Скелет Витька, идеально собранный, был причудливо вплетен в лосиные ребра. Нервная система Семёна, светящаяся в полумраке леса слабым, фосфорическим светом, была натянута между рогами лося, как струны на арфе. Рядом стояли другие «скульптуры» из костей и внутренностей мелких животных. Это была не бойня. Это была мастерская художника из ада.
И в центре этой мастерской стоял он. Художник.
Оно было высоким, метра под три. Тонкое, как будто состоящее из одних сухожилий, покрытых хитином цвета старой кости. У него было четыре длинных, как у паука, конечности, заканчивающихся то острыми, как бритва, лезвиями, то тонкими, игольчатыми стилета. Голова была узкой, треугольной, с двумя огромными, черными, фасеточными глазами. Оно не рычало. Оно стояло неподвижно и рассматривало нас. Не как угрозу. А как новый, свежий материал, который сам пришел к нему в руки.
Фёдор выстрелил первым. Пуля срикошетила от хитинового панциря с визгом. И тварь двинулась.
Это была не драка. Это была бойня. Оно двигалось с молниеносной, невозможной скоростью. Один из его клинков снес Фёдору полголовы. Матвей успел выстрелить из своего дробовика, картечь вспорола существу бок, оттуда брызнула не кровь, а густая, похожая на смолу, желтая жидкость. Тварь издала тот самый стрекочущий, режущий уши звук и пронзила Матвея насквозь своей иглоподобной конечностью.
Но Матвей, умирая, успел сделать то, что должен был. В руке у него была связка динамитных шашек, которую мы прихватили из лагеря. Он выдернул чеку и, обхватив тварь своими медвежьими руками, закричал мне последнее слово:
«Беги!!!»
Я бежал, не разбирая дороги. За спиной грохнул взрыв, который, казалось, сотряс саму тайгу. Я не оборачивался. Я бежал, пока не упал без сил, захлебываясь кровью из разбитых легких.
Я не знаю, как я выжил. Меня нашли через неделю геологи из другой партии. Истощенного, обмороженного, седого в мои двадцать пять лет. Я рассказал им все. Про Витька без костей, про Семёна без нервов, про гнездо, про тварь.
Они решили, что я сошел с ума. Что это я, в припадке «золотой лихорадки», убил всех своих товарищей, а потом придумал эту чудовищную историю. Меня связали и сдали властям.
Сейчас я сижу в комнате с мягкими стенами. Врачи говорят, что у меня острое диссоциативное расстройство. Что мой мозг, не выдержав изоляции и тяжелой работы, создал монстра, чтобы оправдать мои собственные деяния. Мне дают лекарства, которые превращают мир в вязкий, серый кисель. Они не верят мне. Никто не верит.
Но я знаю правду. Я закрываю глаза и вижу его, «Сборщика», стоящего посреди своей галереи. Я знаю, что взрыв мог и не убить его. Что оно, может быть, прямо сейчас охотится на новую артель. А может, оно создало свое главное произведение. И это произведение — я. Человек, запертый в клетке собственного тела, в тюрьме, где стены сделаны из чужого неверия. И это, пожалуй, самая жестокая пытка, которую оно могло для меня придумать.
Это сообщение отредактировал Marv25 - 15.03.2026 - 00:02