Мессенджер MAX сегодня подаётся как ключевой инструмент цифрового взаимодействия граждан с государством. В публичных высказываниях и в СМИ его называют «национальным» и даже «государственным» мессенджером, создавая впечатление, что речь идёт о некоем официальном государственном сервисе, за который напрямую отвечает Российская Федерация. Однако внимательное чтение пользовательского соглашения MAX (на дату редакции 01.11.2025) рисует иную, гораздо более сложную картину.
Юридически сервис принадлежит и администрируется не государственному органу, не казённому учреждению и не государственной информационной системе, а частной компании — ООО «Коммуникационная платформа». Именно с этим юридическим лицом пользователь вступает в договорные отношения, принимая пользовательское соглашение как договор присоединения. Никаких упоминаний о том, что владелец сервиса — органы власти или Российская Федерация, в документе нет. Тем не менее, в публичной риторике сервис маркируется как «национальный»/«государственный», что для непросвещённого пользователя практически неизбежно смешивается с представлением о прямой государственной ответственности.
Особое внимание заслуживает модель ответственности, которую оператор закрепляет за собой в тексте соглашения. Сервис предоставляется на условиях «как есть», без каких-либо гарантий бесперебойности или безошибочности работы. Компания прямо отказывается гарантировать отсутствие вирусов, вредоносного кода, технических сбоев. Более того, она заранее снимает с себя ответственность за потерю данных, ущерб устройствам пользователя, упущенную выгоду, репутационный вред и иные негативные последствия, возникающие в связи с использованием сервиса, включая взломы, утечки и технические инциденты. Это типичная для коммерческого IT‑сектора попытка максимально ограничить риски, но в данном случае она сочетается с иной, куда более чувствительной особенностью — глубокой интеграцией с государственными информационными системами.
yaplakal.com