Йоахим Пайпер
(1915-1976)
Родился в Берлине 15 января 1915 года в семье ветерана африканских сражений 1-й Мировой войны. У него было два брата - Ханс-Хассо и Хорст.
Он вступил в Ваффен-СС в 1935 году и вскоре дослужился до роттенфюрера СС. Он начал офицерскую подготовку при "Лейбштандарте" в этом же году и закончил её в звании унтерштурмфюрера СС 25 февраля 1936 года. В 1938 году он был направлен в штаб Генриха Гиммлера, в котором он занимался передачей посланий и организацией встреч. Он познакомился со своей будущей женой, Зигурд, тогда же, когда она работала одной из секретарш Гиммлера. Они поженились 26 сентября 1939 года У них было трое детей: Хинрих, Эльке, Зильке. Впервые Пайпер принял участие в боях в рядах "Лейбштандарта" в 1940 году во время кампании во Франции. Он участвовал в ряде атак на Ваттенбергские высоты как исполняющий обязанности командира 11-ой роты. Эта атака была примечательна тем, что шла в разрез с известным приказом Гитлера о прекращении боёв за Дюнкерк. На холмах была расположена британская артиллерия, которая доставила "Лейбштандарту" некоторые неудобства. Вопреки этому приказу Дитрих бросил своё подразделение на них, и позиции были захвачены. За свои действия Пайпер был удостоен Железного креста 2-го класса 31 мая 1940 года, а также повышен в звании до гаупштурмфюрера СС и официально утверждён командиром 11-й роты.
В период командования 3-м батальоном СС 2-го моторизованного полка СС 12-14 февраля 1943 года он принимал участие в спасении уцелевших из 320-й пехотной дивизии, которые были окружены русскими и постепенно уничтожались, получив за это Германский крест в Золоте. 7 марта 1943 года Йоахим Пайпер был награждён Рыцарским крестом за захват и удержание 6 марта важного стратегического моста, ставшего плацдармом для успешного наступления на Валки.
Его наиболее известное командование было, без сомнения, боевой группой "Peiper" в ходе операции "Wacht am Rhein" ("Стража на Рейне"). За свои действия в этой кампании он получил Мечи к Рыцарскому Кресту (11 января 1945 года; Дубовые листья к Рыцарскому Кресту он уже получил 27 января 1944 года) и был повышен до штандартенфюрера СС. С этим званием он был самым молодым полковником в Ваффен СС, возглавляющим 1-й танковый полк СС.
В книге Г. Вильямсона "Верность - моя честь" можно найти личный отчёт Пайпера, объясняющий сожжение русских деревень факелами: "Долгое время я возглавлял 3-й батальон 2-го моторизованного полка СС "Лейбштандарта". Это соединение сделало себе имя за ночные атаки в России и было известно в дивизионных и корпусных частях как "батальон паяльных ламп". Наши бойцы использовали этот весьма практичный инструмент зимой для подогрева двигателей в наших машинах, для быстрого разогрева воды и для множества других целей. Была также поговорка среди солдат в эти дни, когда они получали задание: "Скоро мы это подогреем". Машины даже использовали паяльные лампы как тактический символ. В ходе послевоенных допросов, тем не менее, это наименование было искажено с "батальона паяльных ламп" на "поджигательный батальон". Это дало повод думать, что паяльные лампы были использованы для сжигания домов. В бою наши бронетранспортёры имели привычку атаковать на полной скорости и вести стрельбу со всех огневых средств. На русских домах почти всегда крыши покрывались соломой, что неизбежно приводило к возгоранию во время сражения. Конечно бойцам было не нужно покидать свои машины и использовать паяльные лампы для поджигания домов, когда они уже загорались во время стрельбы, но это только одно из множества утверждений, которыми чернят образ солдат Войск СС".
Другое из так называемых "военных преступлений", которое преследовало Пайпера ещё долго после войны, это инцидент в Бове. 18 сентября 1943 года Пайпер находился в Кунео, вместе со своим SPW-батальоном и 1-м разведывательным батальоном СС. У них была задача - разоружить только что сдавшуюся итальянскую армию. Оберштурмфюрер СС Динсе был военным комендантом Кунео. Итальянский полковник представился Пайперу как полномочный представитель 4-й итальянской армии и предложил Пайперу покинуть район Кунео в течение следующих 24-х часов, в противном случае его батальон будет полностью уничтожен. Он заметил, что у Пайпера в горах не будет ни малейшего шанса. Реакция Пайпера была мгновенна, и он приказал распространить листовки, которые заявляли, что итальянская армия была окружена. Пайпер поспешил в Бове обратить внимание мэра города, какие будут последствия, что произойдёт с теми гражданскими в соответствии с международным законодательством, которые воюют вместе с регулярной армией или партизанами. Батальон Пайпера встал против крупного подразделения итальянской 4-й армии, усиленного партизанами. Город Бове и склоны Монте Бизальта позади города, около 6 км к югу от Кунео, были центром партизанской активности. загорались во время стрельбы, но это только одно из множества утверждений, которыми чернят образ солдат Войск СС".
Требуется подробный анализ случившегося в тот день, так как это определит юридическое расследование в 1965 году против Йохена Пайпера и его командиров рот: Эрхарда Гюрса и Отто Динсе. Утром 19 сентября обершарфюрер СС Карл Визорек и унтершарфюрер СС Курт Бутенхофф ехали из Кунео в Бове в Кюбельвагене, они вели поиски запасного участка на заброшенной железнодорожной станции 4-й армии. Когда они достигли рынка, то были взяты в плен итальянскими солдатами. Они видели, как итальянские граждане грузили амуницию и продовольствие в транспортёры. Затем им завязали глаза и отвезли в горы к югу от Бове. Допросив, их за-перли в башне часовни. Динсе услышал от офицеров итальянской полиции, что двое из его людей были взяты в плен солдатами итальянской армии. Пайпер приказал ему вернуть их. Он выехал на грузовике и одном БТР с 10 солдатами к Бове. Когда он прибыл на место, он нашёл оставленный город. От местной полиции он услышал, что 2 пленных эсэсовца содержатся в лагере, окружённом горами. Динсе отправился на поиски лагеря. За пределами Бове ему была устроена засада итальянцами. Он доложил об этом Пайперу по радио. Пайпер сказал Динсе вернуться к точке, где они встретятся. В это время итальянцы открыли огонь, нескольких ранив и убив штурмманна СС Вилли Штайнметца. Под прикрытием дымовых гранат другие отступили. Пайпер добрался с 13-й и 14-й ротами в 13.00 до Бове. Эрхард Гюрс и Пайпер вместе с подразделением Динсе направились через центр Бове.
Йоахим Пайпер вспоминал: "Нас "приветствовали" огнём из тяжёлого оружия и пулемётов, который вёлся из домов и окружающих холмов, ручные гранаты летели в нас сверху, находиться в тяжёлом БТР с открытым верхом было очень опасно. Несколько человек были ранены, кто-то убит. Моя форма была разодрана, рация - уничтожена. Я приказал отступить и открыть огонь по той части города, где находился противник, из САУ "Грилле". Несколько домов накрыло огнём, и под прикрытием дыма солдаты противника и гражданские отступили в ту часть города, которую мы не могли просматривать". Пайпер отправился вперёд, через Бове, разыскивая подразделение Динсе на другой стороне. Он обсудил с Динсе и Гюрсом возможность освобождения 2-х пленных эсэсовцев и перевоза тела их погибшего Штайнметца. Направившись вперёд, они нашли его тело. В это время по ним опять открыли огонь. Пайпер приказал САУ "Грилле" ответить огнём. Итальянцы отступили, и Визорек и Бутенхофф бежали. Они размахивали платками, чтобы показать Пайперу место, где они находились. Огонь был прекращён и подразделения вернулись в Кунео. Взвод "Грилле" остался в Бове, чтобы уничтожить оставшееся оружие и амуницию. Пайпер: "Когда я вернулся в Кунео, префект, генерал Сальви, принёс мне свои извинения за инцидент в Бове. Он сказал мне, что в этом повинны коммунисты". В 1968 году немецкий министр юстиции официально заявил, что в данном случае нет повода обвинять Пайпера, и это дело было закрыто 23 декабря 1968 года.
Пайпер не чувствовал желания сдаваться даже после того, как «Лейбштандарт» сражался, окружённый со всех сторон, с чешскими партизанами и русскими эсэсовцами, которые предали немцев. Он отправился с несколькими хорошо вооружёнными солдатами в свой дом к жене. Прискорбно, но он был взят в плен всего лишь за несколько миль до своего последнего «объекта наступления».
Длинный и тяжёлый период начался у Пайпера после его ареста. Он был взят в плен американцами, которые имели слабое представление о происходящем во время войны и поспешили осудить всю организацию СС. Пайпер только раз подвергся физическим истязаниям. Они заперли его в "Warmezelle" (жаркой камере), где температура достигла 60 градусов. Он схватил стул и ударил по центральной отопительной системе в комнате, что привело к её повреждению. Другим не так повезло. Молодые эсэсовцы постоянно подвергались избиениям со стороны военной полиции. Пайпер был приговорён к смертной казни, но приговор был отменён.
Только в декабре 1956 года он был освобождён. Он отдал свою молодость войне и тюрьме. Но Германия оказалась к нему бесчувственна. Повсюду, где бы он ни появлялся, его прошлое и его "вина" в военных преступлениях преследовали его. Он назвал Федеративную Республику Германии (преобразованная западная Германия) "обанкротившимся обществом" и уехал во Францию в 1970 году. Пайпер говорил Чарльзу Уайтингу до своего отъезда во Францию: "Я сижу словно на пороховой бочке. Эллис, Кемпнер и Визенталь... они все пытались «достать меня». Однажды кто-нибудь придёт с другой "правдой" и пороховая бочка взорвётся подо мной. Тогда всему придёт конец".
Йохен, сам того не сознавая, точно предсказал свою собственную судьбу. Ночью, 14 июля 1976 года, он был убит в своём доме французскими коммунистами между 23.30 и 24.00. Они швырнули бутылку с бензином в окно дома, и Пайпер задохнулся от дыма, в то время как дом уже находился в огне. Это был конец для человека, который заслужил больше уважения, чем целые дивизии врагов, вместе взятые. Его сын, Хинрих, был исключён из школы в Германии в связи с прошлым его отца. Сейчас он живёт в США, где он, возможно, нашёл лучшую долю.
yaplakal.com