13 мая во Дворце офицеров состоялась встреча Горбачева с военными и гражданскими работниками Байконура. Горбачев говорил долго, хвалил работников космодрома и создателей космической техники. Со стартом «Энергии» он не торопил, предложил сперва разобраться во всех проблемах и лишь при полной уверенности провести пуск такой сложной и дорогой системы. И еще он заявил:
«…Наш курс на мирный космос не признак слабости. Он является выражением миролюбивой внешней политики Советского Союза. Мы предлагаем международному содружеству сотрудничество в освоении мирного космоса. Мы выступаем против гонки вооружений, в том числе и в космосе… Наши интересы тут совпадают и с интересами американского народа, и с интересами других народов мира. Они не совпадают с интересами тех, кто делает бизнес на гонке вооружений, хочет добиться через космос военного превосходства… Всякие разглагольствования о защите от ядерного оружия — это величайший обман народов. Именно с этих позиций мы и оцениваем так называемую Стратегическую оборонную инициативу, которую стремиться осуществить американская администрация… Мы категорически против переноса гонки вооружений в космос. Мы видим свой долг в том, чтобы показать серьезную опасность СОИ всему миру…»
После этого судьба «Скифа», да и всей программы развития военно-космических систем стала ясна. И происшедший при запуске аппарата отказ, помешавший его выходу на орбиту, ускорил закрытие работ по данной программе.
Некоторое время в КБ «Салют» еще продолжались работы над аппаратом 17Ф19Д «Скиф-Д1″ N18101, старт которого в конце 1985 г. был перенесен на июнь 1987 г. Однако после потери интереса к программе у руководства страны, средств на программу стали выделять меньше, сроки пуска стали отодвигаться. Лишь к началу 1987 г. для «Скифа-Д1″ на ЗиХе были изготовлены отсеки АФУ, ПСВ, ПСН, донный обтекатель, корпуса ПГО, ОДУ и боковых блоков целевого модуля. Корпуса остальных штатных отсеков целевого модуля планировалось изготовить к IV кварталу 1987 г.
Возникли проблемы и с созданием в казанском НПО «Радиоприбор» системы наведения и удержания и фотооптической системы слежения. В связи с этим первый заместитель министра Общего машиностроения В.Х. Догужиев еще 20 апреля 1987 г. подписал решение о переносе сроков поставки стендовых комплектов СНУ и ССФО на 1989 г, а штатного комплекта — на 1990 г. С учетом этих сроков «Скиф-Д1″ мог быть готов лишь к концу 1991 г. Проблемы с его системами решить не удавалось. По словам ведущего конструктора этой темы Ю.П.Корнилова, специалисты, работавшие над «Скифом», к тому времени подходили к этому аппарату с чисто восточной философией Ходжи Насредина: к тому моменту, когда придет срок готовности «Скифа-Д» «или эмир умрет, или — ишак».
Так, в принципе, и произошло. В сентябре 1987 г. работы по теме 17Ф19Д в КБ «Салют» и ЗиХе были приостановлены, да так и не возобновились. «Новое мышление» в международных отношениях и в то же время начавшийся кризис в советской экономике привели к полному прекращению финансирования темы тяжелых боевых орбитальных станций в 1989 г. Закат «холодной войны» привел и к закату советских «звездных войн».
А в мае 1993 г. были прекращены все работы над РН «Энергия» и ОК «Буран». Это стало последней точкой в истории создания космического меча Империи.
yaplakal.com