Ахъ, почтенные, третьяго дня въ Парижѣ пріобрѣла моя зазноба телефонный аппаратъ "Кацавей" вкупѣ съ камерой Обскура, а къ нему вѣяніе послѣдней парижской моды - альбомъ Инстаграфія со съемными рамками. Нынѣ каждый владѣлецъ подобнаго альбома можетъ оставить росчеркъ на поляхъ, неказистые вирши и рисованныя сердечки. Поговариваютъ и предсѣдатель Государственнаго совѣта свѣтлѣйшій князь Медведовскій и намѣстникъ Кавказа ханъ Кодорскій таковы альбомы завели, а тамъ вѣдь однѣ токмо барышни столичныя свои туфельки въ паркахъ снимаютъ, а то и въ неглиже предстаютъ, собирая урожай изъ разбитыхъ сердецъ юныхъ амантовъ-гимназистовъ. А то и вовсе какой купчина въ ресторанѣ Яръ снимаетъ свою трапезу и пишетъ въ листкѣ - "а вотъ узрите сей славный натюрмортъ съ ванильнымъ парфе, сіе, судари, мой десертъ!", а иной острякъ ему телеграфируетъ: "А вотъ крестьянскія щи, хоть удъ срамной полощи". Тьфу, срамота! Ужъ лучше, право, заказать у господъ-передвижниковъ портретъ!