из
викиПроцессБинтование ног начиналось до того, как стопа девочки была полностью сформирована. Чаще всего бинтовать ноги начинали осенью или зимой, поскольку холод уменьшал чувствительность к боли и снижал риск инфицирования[12][13]. В богатых семьях в день первого бинтования ног девочке предоставлялась личная прислуга, для того чтобы ухаживать за её стопами и носить её на руках в те дни, когда боль становится слишком сильной[11].
Для формирования «идеальной ножки» требовалось приблизительно три года. Процесс бинтования ног состоял из четырёх этапов[13].
Первый этап назывался «попыткой бинтования»[13]. Прежде всего ноги девочки обмывались тёплой смесью из травяных отваров и крови животных для того, чтобы стопа стала более гибкой. Хлопковые бинты длиной 3 метра и шириной 5 сантиметров также вымачивались в травяных отварах и крови животных. Ногти на ногах подрезались как можно более коротко для профилактики врастания ногтя и, как следствие, инфицирования. После этого стопа сгибалась с такой силой, что пальцы вдавливались в подошву ноги и ломались. Повязка накладывалась в форме «восьмёрки», начиная со свода стопы, затем вокруг пальцев и наконец вокруг пятки. После каждого оборота бинта повязка туго затягивалась[5]. Концы повязки сшивали для того, чтобы повязка не ослабла, а затем на ногу девочки надевали специальные носки и туфельки с острыми носами[13]. После этой процедуры девочку заставляли ходить, для того чтобы под весом тела стопа постепенно приобрела желаемую форму[3]. Кроме того, ходьба была необходима для восстановления кровообращения в туго забинтованных ногах. Каждый день девочка должна была проходить не менее 5 километров (однако девочки с особенно маленькими ногами ходить не могли и до конца жизни их носили слуги)[13].
Второй этап (длительностью более полугода) назывался «попыткой затягивания». На этом этапе бинты затягивались всё туже, что усиливало боль[13]. Сломанные пальцы требовали постоянного ухода, поэтому повязки периодически снимались, стопы омывались для того, чтобы удалить ткани, поражённые некрозом. Ногти аккуратно подстригались. Стопы также массировали, чтобы они легче сгибались, иногда их подвергали ударам для того, чтобы суставы и сломанные кости стали более гибкими[14].
После омовения ногу обрабатывали квасцами и благовониями с различными ароматами[7]. Сразу после этой процедуры повязка накладывалась снова, причем бинт затягивался ещё туже. Этот процесс повторялся как можно чаще (в состоятельных семьях как минимум раз в день, а в бедных крестьянских семьях два или три раза в неделю). Этим обычно занимались старшие женщины из семьи девочки или профессиональные бинтовальщики ног. Считалось, что матерям не следует проводить эту процедуру, поскольку мать будет испытывать жалость к дочери и не сможет затянуть повязку достаточно туго[15]. Существовала китайская пословица: «Мать не может любить одновременно свою дочь и её ногу»[11].
Третий этап назывался «периодом тугого бинтования». На этом этапе носок ноги постепенно притягивался к пятке, кости при этом изгибались и иногда ломались снова[13].
Четвертый этап носил название «бинтование дуги»: его целью было сформировать подъём стопы настолько высоким, что под аркой стопы могло поместиться куриное яйцо. В результате форма стопы начинала напоминать натянутый лук — это считалось очень красивым[13].
Через 4-5 лет после начала бинтования стопы боль становилась менее мучительной. Однако страдания, причиняемые деформацией ноги, были такими сильными, что в Китае появилась пословица «Пара бинтованных ног стоит ванну слёз»[5].
В более взрослом возрасте женщины сами бинтовали себе ноги[3]. Это приходилось делать в течение всей жизни[13].
В Китае существовали специальные стулья для бинтования ног. Каждый стул был оснащен выдвижным ящичком, в котором хранились бинты, ножницы для подрезания ногтей и прочие принадлежности. В спинке стула было приспособление для разглаживания смятых бинтов[13].
ПоследствияСамой распространённой проблемой было возникновение инфекций ног. Несмотря на то что ногти регулярно подстригали, они часто врастали в палец, вызывая воспаление и повреждая ткани пальца. По этой причине иногда ногти удалялись. Также несколько слоёв плотной ткани не пропускали воздух к стопе[13], и из-за слишком тугой повязки кровообращение в стопе нарушалось, а кровообращение в пальцах ног вообще исчезало. В результате инфекционные процессы в пальцах не прекращались; начинался некроз тканей. Если инфекция переходила на кости, то пальцы могли отпасть, это считалось благоприятным, поскольку теперь ногу можно было перебинтовать ещё туже. Если у девочки были более широкие стопы, в них иногда втыкали осколки стекла или черепицы, для того чтобы спровоцировать инфекцию и, как следствие, некроз тканей. Инфекция ноги могла привести к смерти от заражения крови, если же девочка выживала, то во взрослом возрасте у неё чаще возникали различные заболевания. В начале процесса значительная часть костей стопы оставалась сломанной часто на несколько лет. Когда девочка становилась старше, кости начинали срастаться. Однако даже после того, как кости срастались, они оставались хрупкими и часто снова ломались, особенно в подростковом возрасте, когда были ещё недостаточно крепкими. Взрослые женщины часто страдали от переломов ног и бёдерных костей, поскольку в положении стоя им было трудно сохранять равновесие, а также трудно вставать из сидячего положения[16]. В 1997 группа исследователей провела сравнение между пожилыми женщинами с деформированными и здоровыми ногами. Было выяснено, что те женщины, чьи ноги были деформированы, чаще страдают от остеопороза (масса костной ткани в бедерных костях у них была ниже на 5,1 %, а в позвоночнике — на 4,7 %), что означает повышенный риск перелома костей. При этом риск падения у них вдвое выше (38 % против 19 %)[3]
yaplakal.com