Здесь кто-то писал про покос, сенокос и прочие "трудности". Да, это было, но это сильно помогало понять взрослую жизнь, научить правильно расставить приоритеты и запомнить, что летний день год кормит. После прополки, сенокоса было время и на отдых. Рыбалка, походы в лес, ловля бурундуков, езда на мотоцикле, пока ни кто не видит и прочее, прочее. Вот есть у меня маленький рассказик о тех временах...
А сколько было ещё приключений впереди? Однажды случился вообще вопиющий эпизод. На очередном этапе пацанского развития, мы решили сделать духовые ружья. Хотя это громко сказано, но, тем не менее, из алюминиевых лыжных палок нарезали трубок примерно по метру длиной. Из велосипедных спиц наделали «патронов» для наших ружей. Заточенные на станке спицы, примерно по двенадцать сантиметров каждая, с другой стороны имели поролоновые уплотнители, для компрессии выстрела. Вставив эту спицу в тело отрезка лыжной палки, надо было набрать как можно больше в лёгкие воздуха, и сильно выдохнуть, давая ускорение полёта этому неспортивному снаряду. Через три-четыре дня нас можно было посылать на международный чемпионат мира, поскольку мы полностью овладели искусством индейцев. Однако был и отрицательный момент- через некоторое время сильно более через чур развитые мышцы щёк.
Как обычно всегда мы собирались около нашего дома. Длинная скамейка в полной мере предоставляла сидячие места для молодых балбесов. Стрельба по мишеням нам изрядно поднадоела, и мы жаждали драйва.
-Саня, давай я метко выстрелю над твоей головой,- без тени сомнения предложил я повторить исторический опыт стрельбы в яблоко, лежащее на голове человека.
-Да ну тебя,- сосед Саня нервно ухмыльнувшись, махнул рукой.
-Да постой,- убеждал я его,- ты же знаешь, что я метко стреляю, и я тебе обещаю, что всё пройдёт на высшем уровне.
Остальные пацаны с интересом наблюдали за развитием ситуации.
-А если в меня попадёшь?- сомневалась предполагаемая жертва.
-Смотри.
Вставив снаряд в духовое ружьё, я прицепил на ворота листик с черёмухи, и, отойдя на порядочно расстояние, произвёл выстрел. Остро заточенная спица, оставив в воздухе невидимый глазу эффект преодоления звуковой волны, с характерным звуком воткнулась как раз по центру листика.
-Ну? Видел? Давай, короче садись на скамейку.
Саня нерешительно занял место, и замер в предвкушении циркового номера. Заняв исходную позицию, я невольно задумался. Стрелял я метко, но это были обычные мишени. Здесь совсем другое дело. Затаив дыхание, на меня устремились заинтригованные взгляды друзей. Не хотелось бы опозориться в такой исторический момент.
Вставил спицу, занял устойчивое положение, но в последний миг снова призадумался, рассчитывая траекторию предполагаемого выстрела. Для попадания чуть выше белобрысой головы Сани воздуха хватало с лихвой. А если промажу? Тогда вся сила удара придётся в лоб товарища?. Без спицы посмотрел в чрево трубки и приметил положение ствола. Вставил снаряд, плотно обхватил трубку и поднёс ко рту. Резкий выдох послал спицу к намеченной цели, чуть выше головы, как ошибочно думал я. Но связи с тем, что в самый последний момент я немного ослабил силу удара, произошло именно, к чему так стремительно разматывался клубок событий. Раздался крик.
На скамейке сидела глупая жертва, скосив глаза к переносице. Спица попала ровно в центр лба, между глаз, и теперь просто висела, не сумев пробить кость черепа. Из эпицентра выстрела тоненькой струйкой текла кровь.
Пацаны вначале ахнули, но поняв, что всё обошлось, громко рассмеялись. Я же был белее белого. От лица отошла кровь, и только сейчас я осознал, что спокойно мог лишить Саню как минимум одного глаза. Его родные не простили бы мне наличие у них в родне одноглазого пирата.
Таких случаев был воз и маленькая тележка. Отец с дедом занимались рыбалкой и охотой. У нас всегда был увешан чердак дома плотными шеренгами сушёной рыбы. Это и плотва, окунь и зубастая щука- такой обычный трофей реки. Удочки, и сети, лодка и мотор, спиннинги и блёсна- всё это было в наличии. Друг Серёга, ожидающий моего ежегодного приезда, всегда составлял мне компанию на рыбной ловле. До чего прекрасен момент восхода солнца ранним утром. Я много бы отдал, чтобы снова вернуться в то время, когда проводив рано утром длинное стадо коров, погоняемого очередными пастухами за окраину деревни, мы с Серёгой уходили на утреннюю рыбалку. Привязанная за верёвку лодка Казанка ожидала нас на реке. Водная гладь стихии была без единой волны, и лишь немного прохладный воздух доставлял некое неудобство. Положив вёсла, мы отвязали и столкнули лодку на воду. Она тут же поплыла по течению, медленно разворачиваясь в угоду реки, пока мы устраивались в ней.
-Давай на старое место,- сказал Серёга.
-Давай. Я гребу туда, ты обратно.
-Хорошо.
Я уверенно развернул лодку, манипулируя вёслами, и взяв нужное направление, повёл судно в район рыбалки. При очередном поднятии уровня на плотине, в этом месте всплыла земля, став на время плавучими островами. Причудливые стволы, пни, и растущие на островах деревья смотрелись непривычно. Вот под этими островами и паслась щука, сидя в засаде, и выжидая томительно свою жертву. К этому времени солнце стало входить, с каждым разом всё теплей и теплей одаривая нас своими лучами.
-Всё приехали, - дал команду Сергей,- мы вчера здесь были.
Я осушил вёсла, и когда последние капли упали в реку, вложил инструмент в пазы борта. Ещё задолго до этих водных вылазок мы поделили места в лодке. Я, на правах хозяина, всегда занимал носовую часть. Здесь было удобно и свободно стоять, делая забросы спиннингом. Сергею же доставалась задняя часть. Стоять при этом приходилось на узкой доске, которая использовалась для сидения при управлении мотором. Своего спиннинга у него не было, поэтому он пользовался моим, а я брал отцовский. В то время не было современного изобилия рыболовных принадлежностей, поэтому даже для тела спиннинга использовался обычная деревянная палка. Такое рыболовное орудие с лихвой оправдало себя, и десятки, десятки щук и окуней стали оправданной наградой на рыбалке.
Мы сделали по паре забросов. При ловле на спиннинг всегда приятно наблюдать приближающийся момент подхода блесны к лодке. Вот, вот, ещё мгновение и блестящую блесну должна взять добыча. В то время уже наперёд знали места обычных засад щук, и часто послав уверенно блесну с леской далеко вперёд, точным движением траектории ложили её прямо перед покачивающимся на воде пнём. Дав время блесне немного проникнуть в водную пучину, тут же делали стремительный для неё старт, и, наматывая на катушку леску, выманивали зубастую хищницу из своего логова.
Вот очередной заброс. В этот раз хотелось забросить блесну как можно дальше. Отводящее движение спиннинга для замаха назад, и тут же резкий выпад вперёд. Всё внимание устремлено в предполагаемое место падения блесны. Но этого нет. Только позади меня раздался оглушительный крик, от которого застыла в жилах кровь, и, казалось, что на поверхность вспылили все рыбы в округе, чтобы познать источник шума.
-А-а-а-а!!!- орал Серёга на всю зримую часть водной поверхности реки.
Отражаемое от всех препятствий береговой линии эхо суматошно пыталось погасить этот ор.
Не сразу смог понять я причину неприятности друга. А когда увидел, то не мог в это поверить. Из головы друга, спрятавшись в редких волосах, торчал намертво посаженный тройник блесны. Два его крючка прочно вонзились в кожу головы, доставляя его хозяину нечеловеческие страдания.
-Сергей, Сергей, подожди,- успокаивал я его,- только не кричи.
Но мои уговоры не действовали. Кроме боли, он испытывал ещё и страх от необычности ситуации. Когда друг более-менее стал тише орать, я отцепил тело блесны. Первоначальный осмотр места боли требовал как минимум наличие наркоза и кареты скорой помощи. На тот момент ничего этого у меня не было. Решение созрело сразу - надо резать голову. Но не в том смысле, что отрезать голову от бренного тела, а просто надо было освободить крючок.
-Сергей! Погоди, не ори,- дал я команду,- сейчас вырежем.
Мимолётное прикосновение к крючку вызывало неконтролируемую реакцию у пациента, и на обширную территорию реки вновь раздавался его крик. Достав из кармана раскладной ножик, я наконец то уговорил товарища немного помолчать. Острые жала тройника основательно поймали кожу головы, как цепкие клещи.
-Потерпи, сейчас будет немного больно, зато потом полегчает,- и, наметив место надреза, вонзил жало ножа в голову друга.
Многократно усиленный крик, в разы перекрывавший до этого уровень децибелов, вновь дал знать о чудовищных экспериментах в этой части реки.
Через некоторое время я наконец-то освободил крючок от друга, или друга от крючка.
-Смотри, вот он,- и показал досаждавшего его острый рыболовный предмет.
-Я домой хочу,- плаксиво заявил Серёга.
Рыбалка, конечно же, была сорвана, и обратно грести довольно длинный путь пришлось мне. Но что не сделаешь ради спасения друга. По приходу домой, я вынес из дома бутылёк с йодом, и, помазав голову товарища, отправил его к себе домой. Всё закончилось хорошо. Уже после обеда он снова пришёл ко мне, как будто ничего и не было…
Крепко стоящая наша пятистенная изба была украшена резными наличниками, которые лихо изготавливал единственный мастер на всю округу. Дворовая территория усадьбы была не очень большой, но места хватало. Здесь находилась летняя кухня, маленький гараж-сарай под лодочные моторы и прочее барахло; баня и хозяйственные постройки для скотины. Нашими соседями были дед Яшка со своей женой и их великовозрастный сын. Эти старики были ещё старше бабушки с дедом, и изредка приходили в гости. Чаще приходил дед Яшка. Я редко видел его в трезвом состоянии, так же впрочем, как и его сына Витьку. Дожив до сорока лет, этот детина нигде не работал, и даже не заработал на уважение младших. Без отчества, он запомнился просто как Витька-синий. Причиной этому была непомерная тяга к зелёному змею. В помятых, видавшего вида брюках, в стоптанных кирзачах, и в нечистой рубашке - таким был его обычный портрет. Часто залазя на соседский забор, мы с братом наблюдали за соседским двором, поросшим зарослями репейника и крапивы. Здесь сильно не хватало хозяйской руки, и двор выглядел уныло и немного мёртво. В очередной раз, залазя по забору на крышу дома за сушёными окунями, мы заметили Яшкиного сына. Он был вопреки всему трезв как стёклышко, и что-то вырезал ножом из деревянной заготовки. Мы решили попросить сделать нам автомат.
-Дядь Вить, а Калашник сможешь вырезать?- тут же задал вопрос двоюродный брательник, болтая ногами на заборе.
-Наверно нет,- ответил он, тщательно стругая острым инструментом деревяшку,- ППШ смогу ещё, а Калашник нет.
Мы расстроились. Сильно хотелось иметь автомат Калашникова. Хотя бы деревянный.
-Ну, хорошо, давай ППШ,- соглашались мы.
Так это обещание и осталось невыполненным. Через год Витька-синий умер от водки, сгорев от неё в ещё нестаром возрасте.
А тем летом в один из дней дед Яшка в крайне возбуждённом состоянии пришёл к нам. Дома была бабушка, и, пригласив соседа в дом, стала в очередной раз свидетельницей непростых взаимоотношений восьмидесятилетнего деда Яшки с его вдвое молодым сыном.
-Елизавета, ты представляешь?- всё ещё находясь во взведённом состоянии, начал сосед. -Витька пришёл домой уже пьяный, и требует с меня денег на водку.
На морщинистом лице деда отразилось негодование и упрёк сыну.
-И он ведь, сукин сын, ещё бросается на меня,- продолжал Яшка,- ага, прямо с ножом и на меня.
Сидя в другой комнате, я с интересом вслушивался в разговор.
-А где он его взял?- поддержала бабушка беседу, оперевшись локтями на стол, таким способом приняв удобное положение.
-Да там и не нож то, а финка какая-то,- описывал орудие нападения дед Яшка,- хрен его знает откуда он её приволок, наверно в карты выиграл.
Перед моими глазами сразу возник образ финки из фильма «Кортик».
-Так этот гад на меня прёт, глаза заливши, и этой финкой машет,- продолжал делиться новостью сосед. –Так я его скрутил, а финку выкинул в огород…Вот ведь подлец! На отца руку поднял…
Не дослушав разговор, я пулей вылетел на двор. Азарт получения этого орудия преступления так и манил меня в огород соседей, который начинался тут же около дома на задворках. Поле было большое, и на нём уже стройными рядами проросла картошка. Ещё в то время меня привлекал поиск, хотя бы глазами. Убедившись, что за мной никто не следит, я приступил к поиску. Осматривая каждый куст, я искал заветный кусок металла. И результат не заставил себя ждать. Правда, в другом русле. Неожиданно и негаданно, первой находкой оказалась поеденная окислом глины монетка. Вглядевшись в год выпуска монеты, заворожено рассматривал её в свете солнечного света. Она казалась такой старой и древней, как казалось мне в то время. Чуть погодя очередная находка среди картофельных кустов порадовала меня. Это была уже медаль за материнство. В тот день, тщательно обследуя поле соседей, я нашёл ещё несколько монет. Пресловутой финки так и не было. То ли дед Яшка приукрасил ситуацию, то ли он выкинул в другое место. Зато эти свидетели тех событий остались у меня до сих пор…
Хорошее время было...
yaplakal.com